Чтение онлайн

– Петь можно и со словами, так будет легче, – сказала Аня.

Ева вновь удивилась: неужели при этом можно пользоваться и словами?

Аня запела длинную-длинную песню: сказку о молодом скотоводе, ускакавшем в сторону луны в надежде вернуться с лунной царевной. О, какая это была чудесная сказка! Намного красивее просто мелодии! А когда Аня запела о том, как молодец в дороге упал с лошади и замертво остался лежать на земле, Ева заплакала. А Аня рассмеялась.

Возвратились женщины и пригласили к столу. Под дождем они все вместе перебежали в другой шатер, где стоял стол с кипящими горшками с едой. Женщины и дети сгрудились в сторонке: они то ели, то прислуживали мужчинам и гостье.

Мужчины – их было шестеро – сидели в ряд вдоль стола и молча ели. Ева понимала, что они немного смущены ее присутствием. Сама она сидела в торце, ближе к старейшине.

Это его она когда-то спасла от укуса змеи. Ели они мясо, сочное, вкусное, пили сверкающий темный напиток.

Возле нее тоже стоял бокал, она взяла его и попробовала напиток – сладкий и крепкий. И тут с ней произошло нечто удивительное: когда напиток добрался до желудка, на сердце стало легче, тяжелые мысли и беспокойство отступили.

Она отпила еще глоток, голова слегка закружилась, спина выпрямилась, и из горла вырвался смех. Старейшина посмотрел на нее немного удивленно, улыбаясь уголками губ.

– Пей осторожно, – сказал он. – Напиток крепок.

И тут она вспомнила, как его звали – Эмер.

После обеда дети заснули, и их отнесли в женский шатер. Взрослые расселись вокруг очага, женщины с одной стороны, мужчины – с другой. Ева выбрала место посредине, чтобы, рассказывая, видеть лица всех…

Начала она со смерти своего мальчика, не упомянув при этом о братоубийстве. Сказала лишь, что в состоянии великой скорби решила отправиться в лиственные леса на другом берегу реки, чтобы там получить ответы на несколько своих вопросов.

При этом она испытующе оглядела присутствующих, стараясь понять, как воспринимаются ее слова. Эмер кивнул:

– Насколько я понимаю, тебе надо было найти старого шамана. Ты ведь не предполагала, что он уже умер.

– Вы знали его? – Ева попыталась говорить спокойно.

– Да, он ведь умел вызывать дождь. Мы тоже искали его, когда засуха стала почти невыносимой. Я хорошо знал шамана, в детстве даже жил у него целую неделю. В тот раз, как и предполагалось, я вернулся в племя с дождем. Да, он был сильным человеком. Правда, он не одобрял наше поклонение многим богам.

– Многим богам?

Эмер покачал головой: это не тема для разговора, о богах с женщинами не говорят, даже с такой, как она, совсем особенной.

– А как он умер? – Этот вопрос она должна была задать, хотя ответ на него уже знала.

– Однажды ранним утром, когда мы перешли реку, чтобы выпросить у него дождь, мы нашли два тела, – ответил Эмер. – Это были он и царская дочь. Проклятый лесной народ убил их.

– Царская дочь, – сказала Ева дрожащим голосом. – Ничего не поделаешь.

– Да, мы тоже удивлялись. Нам всегда казались выдумкой разговоры о царской дочери из Северной страны, о том, что бог реки приказал ей идти на восток, в Эдем, найти живущий в нем народ-избранник. Народ этот не владел словами, а потому не знал никаких законов. С ней был молодой шаман. Лунной ночью они переплыли реку и оказались в райских лесах.

– Народ-избранник?

– Говорили, что народ этот владел даром безвременья, он вечен, как боги. Просто выдумки, но царская дочь поверила в сказку. Она решила, что должна научить лесной народ словам. Сумасбродная идея. Что эти сумасшедшие стали бы делать со словами?

Голос Эмера продолжал вызывать в памяти Евы находки у хижины шамана.

– Как ты узнал, что женщина, которую вы нашли там, была царской дочерью? – У Евы почти перехватило дыхание, когда она задавала этот вопрос.

Эмер долго смотрел на нее.

– Да, это было действительно удивительно. Знаешь ли, еще молодым человеком я однажды ходил в башню Северной страны. Случилось так, что бог равнин проклял наш скот, и ягнята начали умирать еще в чреве овцы. И мы вынуждены были купить новых баранов для разведения племенного скота. Золото у нас было, наследственное.

Сделка прошла хорошо, мы обменяли кольца на двух чудесных баранов. Сделку совершала сама царица. Очень красивая и с очень необычным носом, изогнутым, как ястребиный.

У мертвой женщины у хижины был такой же нос, – продолжал Эмер, внимательно наблюдая за Евой. – Ты, конечно, понимаешь, как мы были удивлены, когда рыли могилы и хоронили оба тела.

Ева схватилась за свой нос, сердце ее стучало, пот, просочившийся у корней волос, потек по лбу. А Эмер продолжал пристально смотреть на нее. Удивительная тишина стояла в шатре. Слышно было, как стучат по нему капли дождя.

Через некоторое время Эмер вновь заговорил:

– Знай, этот нос еще раз в жизни удивил меня. В пещере на горе, у женщины-земледелицы, когда я однажды вечером оказался там после змеиного укуса. У этой женщины с редкими знаниями, – улыбаясь, сказал он.

Улыбка была дружеская, но не без любопытства.

– Но я что-то разговорился, а рассказывать обещала ты, а не я.

Ева глубоко вдохнула, наконец-то ей стало хватать воздуха.

– Спасибо тебе. Обо всем этом я ничего не знала.

Рассказ свой она начала с переселения. Ей захотелось объяснить причины, чтобы быть правильно понятой.

– Вы должны знать, что ни муж мой, ни я ничего не помнили о происходившем до того утра, когда мы переплыли реку и отделались от Белого Света. Это был наш первый день.