Чтение онлайн

От станции мы ехали по асфальту, но вскоре свернули на второстепенную, покрытую гравием дорогу. Она была извилистой и проходила между деревьями, крона которых утопала в листве, сквозь которую редкие лучи солнца пробивались до дороги. Машина подъехала к отрытым воротам, столбы которых были увиты плющем, и мы въехали на территорию, где моему взору открылась усадьба. Как только водитель остановил машину у подъезда, из двери дома вышел мужчина и замер, следом вышел Фил.

— Добрый день, Жан! Рад вас видеть в своем скромном жилище, — приветствовал он, как только я вышел из машины.

— Скромность вас точно украшает, — ответил я. Конечно, возможно я был не прав, и надо было быть более скромным при разговоре, но здесь не кабинет, да и отношения лучше выстраиваются в непринужденной обстановке. В высших кругах оценят, что ты не человек второго сорта, да и не был я его подчиненным.

— Билл, — обратился он к стоящему на ступеньках мужчине, — отнесите вещи Жана в его комнату.

Водитель достал из багажника сумку и передал Биллу.

— Вы не устали? Здесь не далеко ехать.

— Даже не успел.

— Тогда пойдемте за дом, у нас сегодня небольшая компания, будем отмечать наступление лета, — он открыл дверь, и мы вошли в холл. Справа, почти под лестницей, стол, рядом полукруглый диван. Широкая лестница вела на второй этаж, на стене, вдоль лестницы висели картины. Справа и слева были массивные двустворчатые двери. На стенах, от дверей также висели картины.

— Если не возражаете, то мы осмотрим картины позже, а пока я вас познакомлю со своими друзьями. Обед будет в семь часов.

Мы прошли по паркетному полу, и вышли на задний двор, где возле бассейна расположились двое мужчин и три женщины. Справа от шезлонгов стояла тележка с напитками, возле которой стоял мужчина. Услышав нас, он повернулся, взглянул и вновь отвернулся, разглядывая бутылки, раздумывая, что налить. Когда мы подошли Фил представил нас:

— Представлю вам своего нового знакомого, знатока искусства — Жан Марше. Он не так давно в нашей стране и у него еще свежий вкус из Европы. Прошу не обижать.

— Вкус либо есть, либо нет, — буркнул мужчина, повернувшись от тележки. Он был примерно одного возраста с Филом, но худощав, гладко выбрит. Узкое лицо, глаза чуть на выкате, с пышной шевелюрой волос. Лицо немного бледное, загар не пристал к нему, и красок на лице было мало. Но в его кажущихся простых, бесцветных глазах пряталась жизнь, в них проскакивали лукавые искорки, при том в самой глубине его газ.

— Стив, ты не прав. Он не всегда такой угрюмый, — пояснил мне хозяин. — Напускает на себя строгость, но на язык злой. Это Стив Картер — известный журналист и телеведущий, а по совместительству мой друг детства. Вы его видели по телевизору?

— Я мало смотрю телевизор, особенно шоу.

— Это правильно, — поддержал меня Стив, — там веселого очень мало.

— Стив, как всегда очень подозрительно относиться к новым людям, или пытается таким казаться.

— А как иначе! Того и гляди ляпнут что-то глупое, а так хочется услышать умную, если уж не мысль, так хоть фразу и увидеть умное выражение лица. Смяться — это вообще редкость. Разве только над вами сенаторами. Вы порой такое скажете или такой принимаете закон, что остальной части населения остается только смеяться.

— Или грустить, — заметил я.

— О! Вы умеете ловить мысль!

— Ну, что вы, я их только улавливаю.

— Нашли общий язык, — сделал вывод Фил.

— Договоримся, — и Стив протянул мне стакан с бурбоном.

— Потом обсудите, все, — Фил повернулся к женщине, сидящей слева: — Это моя жена Синди.

Синди была блондинкой, по возрасту лет на десять моложе Фила, привлекательна и с веселыми глазами, даже мелкие веснушки не портили ее.

— Александр Брукс, — мой коллега, сенатор, — указал он на мужчину сидящего справа, на вид лет сорока пяти, — а рядом его жена, Дженнис.

Брукс не вставая, оценивающе посмотрел на меня снизу вверх и кивнул головой, в знак приветствия, но в этом кивке не было снисходительности, просто приветствие, я ответил тем же. Его жене было лет сорок, хорошая фигура, смуглое лицо, с короткой стрижкой черных волос.

— Со Стивом ты уже знаком, а рядом с Джессикой его жена — Марта. Как видите чисто дружеский вечер.

— Только я нарушил его, тем, что я один.

— А где ваша супруга? — спросила Синди.

— Таковой, нет, и никогда не было.

— Да вы что!

— Я вам сочувствую, Жан, — произнес Александр. Голос у него был мягкий и тихий. — Теперь вы для них объект номер один. Они будут пытаться исправить эту вашу ошибку.

— И что? — возразила Синди смеясь. — Мужчина вы интересный.

— Не сложилось, — пояснил я. — Может быть в этом и беда, что интересный. Не хотят теряться рядом со мной.

— Так их, Жан, — поддержал меня Стив.

— Мы вас познакомим с такой, которая не затеряется.

— Вы хотите лишить меня свободы передвижения? — улыбнулся я.

— Вы ей так дорожите?

— Это, то не многое, чем я еще могу дорожить.

— Абсолютной свободы не бывает.

— Пусть будет хотя бы относительная. Относительно женатых.

— Синди, отцепись от человека, — вступил Фил. — Женщины очень болезненно воспринимают холостого мужчину; видимо бояться, что вы плохо повлияете на женатых, поэтому его обязательно надо пристроить.

Я смотрел на гостей Фила, мне интересны были все, и не обращать внимания на них было бы не вежливо, поэтому я переводил взгляд, чтобы видеть реакцию всех на наш разговор. Меня занимал лишь один вопрос, случайно ли я оказался здесь? Или они?