Чтение онлайн

— Очень приятно, что вы выполнили мой маленький каприз и приехали.

— Такие капризы выполнять приятно.

Обменявшись любезностями, она попросила отнести служащего мои вещи в ту же комнату, где я и был раньше, а меня пригласила на веранду. Когда мы вошли, то на веранде, кроме известных мне лиц: Стива и его жены Марты, сидела еще одна женщина.

— Познакомьтесь — это Жан. Вы знаете всех, — обратилась она ко мне, — кроме Риты. Это наша подруга.

Теперь я понял, что меня пригласили для знакомства. Ну как же! Мужчина и один, не порядок. Интересно, они долго подбирали кандидатуру или меня для нее? Судя по ее лицу, она тоже не знала, что будет приглашен мужчина, и все это промелькнуло в одно мгновение, но я успел его поймать. Рита сидела в плетеном кресле, но я заметил, что ростом она была не маленькая. На вид ей можно было дать от тридцати до сорока; когда она улыбнулась, то легкие морщинки сообщали, что она старше, чем когда лицо было спокойным. Уже потом я узнал, что ей тридцать семь. У нее были волнистые каштановые волосы, свободно спадающие на плечи, легкий загар, карие большие глаза, чувственные губы, высокая грудь под тонкой кофтой. Джинсы обтягивали ее ноги, и даже не знатоку было понятно, что они стройные. Во всяком случае, можно смело сказать, что такую женщину мужчины замечают сразу, хотя мужчины всегда обращают внимание на крайности: либо красота, либо уродство, среднего они не видят.

— Будем знакомы, — произнес я, и расположился в кресле напротив нее. — А где Фил?

— Он на работе, но скоро будет, — ответила Синди. — Кстати, Жан, а как ваша фамилия?

— Марше.

— Она как-то переводиться?

— Рынок.

— Ого! И что там на этом рынке? — смеясь, спросил Стив.

— У меня контрабандный рынок, — придав голосу таинственность, сообщил я им. — Там есть почти все.

— Почему почти?

— Душа все не вмещает.

— А любовь там есть? — спросила Марта.

Я вздохнул: — Любовь товар штучный, ее купить нельзя.

— А продать? — задал вопрос Стив.

— Не знаю, — ответил я, смеясь. — Никто не предлагал.

— А если предложат?

— Так ведь чтобы что-то продать, надо это иметь. Но я плохой торговец, даже если и будет не смогу продать.

— Это кто тут не умеет продавать? — услышали мы голос Фила. Он стоял возле двери.

— Да вот, Жан, говорит, что плохой торговец, — сообщила ему Синди.

— Это он плохой! Не уверен. Свои мозги он очень даже неплохо продает.

— Извини, Фил, уточнение. Мозги на вынос не продаю, только мысли. А вообще разговор шел о любви.

— Ну, тогда этот товар может прийти в негодность со временем. Ты как считаешь, Джесси? — обратился он к жене Брукса, которая стояла сзади него вместе с мужем.

— Ну что вы стоите, проходите, — не дала ответить ей, предложила Синди.

Они прошли и расселись на свободные кресла.

— Я считаю, что если товар испортился, то он с самого начала был негодный, с гнильцой. Как думаешь, Рита?

До этого Рита не вступала в разговор, и с интересом слушала диалог.

— Ну если ты имеешь ввиду мой опыт замужества, то соглашусь, — улыбнулась она, детской приветливой улыбкой, но глаза смотрели на меня.

— Рита, а почему ты, отвечая, смотришь на Жана? — ехидно спросил Стив.

— Не старайся Стив, не покраснею от твоего вопроса, не на шоу. А смотрю потому, как разговор зашел о рынке любви.

— Ну да, сейчас мы договоримся, о цене. Если есть спрос, значит должно быть и предложение.

— Хватит. Иначе залезем в болото, из которого не выберемся, — предложила Синди. — Так почему бокалы пустые? Фил!

— Да, что-то увлеклись темой. Жан что будете?

— В прошлый раз пил бурбон, но мой любимый напиток красный мартини.

— Все свои, ухаживайте за собой и дамами сами, — предложил Фил.

Я посмотрел на Риту, понимая, что должен уделить ей внимание, и делать это мне было приятно.

— А вы что будете?

— Тоже что и вы.

— Предлагаю перейти на «ты».

— Хорошо.

Минут пять все занимались наполнением бокалов.

— Держи, Александр, — обратился Фил к Бруксу, — а то сидишь задумчивый, весь в делах. Дела не уйдут.

Брукс действительно сидел задумчивый, и я не был уверен, что он вообще слышал наш разговор. Александр взял стакан с виски и кивнул в знак благодарности.

— Верно, Фил. Дела не уйдут, но это пока их не решишь. Куда же мне мысли деть?

— Да загони их куда-нибудь.

Я третий раз видел Брукса, но никак не мог найти с ним общий язык. Мой опыт помог мне иметь много ключей, чтобы открыть человека, но вот в этот раз такого ключа у меня не было.

— Он вообще в последнее время весь в думах, — пожаловалась Джессика. — Ладно, хоть пошел мне навстречу и приехал сюда.

— Ну что ты такое говоришь, — ответил он. — Всегда есть сложности, но извини, дорогая, я постараюсь исправиться.

— Надолго ли, — вздохнула Джессика.

— Так, что сидим? Предлагаю развлечься и пойти пострелять по тарелкам, — предложил Фил. — У меня есть замечательная машинка. Иногда практикуюсь.

— Что в воздух палить, — проворчал Стив.

— Ну не по людям же? Пошли, пошли.

Фил позвал своего служащего, и тот быстро все организовал. Зрители разместились в двух шагах от стреляющего. Первым стрелял Фил, и надо отметить не плохо, больше попаданий, чем промахов. Затем он отдал ружье Бруксу, тот не стал отказываться, так как обещал жене на время забыть о работе. Стрелял он тоже прилично.

— Что значит опыт, — похвалил Стив.

— Ну, теперь ты, — протянул он ему ружье. Стив вздохнул и приступил. Стрелял он отвратительно, ни разу не попал.

— Это тебе не языком работать, — съязвил Брукс, — тут зоркий глаз нужен и твердая рука.

— Это вы там у себя языками работаете, а руку набили, ставя подписи, — парировал Стив.

— Жан, попробуете? — предложил Фил.

— Если можно потом.

— Дай мне, — заявила Синди. Стрелять она не умела, но важен был процесс и реплики зрителей. Отстрелялись все женщины не важно, кроме Риты, она пару раз попала.

— Ну, теперь вы покажите нам, как стреляют европейцы, — подал мне ружье Фил.

Отказываться было нельзя. Промазать я не мог, учитывая, что Брукс и Моррис знали технику стрельбы и сразу бы заметили, что я нарочно. Я взял ружье — это была вертикальная двустволка. Прикинув ее на вес, я поводил ей, по направлению предполагаемого движения тарелок. Когда определился, то кивнул служащему. Еще раньше, когда стреляли другие, я определил время задержки. Первый выстрел был пустой, я пристреливался. Но потом, тарелка вылетела и, не долетев до максимума высоты, разлетелась. Сзади я услышал одобрительные возгласы. Так было еще пару раз, а потом я разбил тарелку уже почти на выходе из машинки. Опустив ружье, я оглянулся.