Чтение онлайн

Анализируйте то, что вы чувствуете при познавании какой-то программы. Вспомните, что не все телевизионные программы вам импонируют: одни раздражают, и вы их сразу выключаете, а другие эмоционально заряжают и повышают настроение.

Запомните, что энергоинформационный мир – это тонкий мир, и с ним шутить нельзя. Перед тем как включить экран монитора компьютера, ясно представьте себе цель, что и как вы собираетесь предпринять, и у вас уйдет на это меньше биоэнергетической оплаты.

Появившаяся на телевидении торговая реклама об интернетовских «джойстерах» в виде человека – субъекта, размножающегося на наших глазах на фантомы, наводит на размышление, что нам ясно дают понять об общении с энергоинформационным полем: мы «заводим» и «разводим» своих «двойников»...

Один из творческих лидеров на предмет его взаимоотношения с компьютерной техникой кинорежиссер Виктор Мережко рассказывает: «Стоит у меня компьютер, а вот какой – понятия не имею. Иногда сажусь на нем печатать, но долго не выдерживаю – непривычно, устают глаза, и вновь возвращаюсь к пишущей машинке, к которой сильно привык. А вот мой тринадцатилетний сын Ваня от компьютера в восторге, и оторвать его, когда он начинает кого-то догонять или играть в стрелялки, совершенно невозможно. Пробовал и я несколько раз поиграть, но не могу. Чувствую, что я тупею от компьютерных игр».

Да, это еще один негативный аспект, развивающийся в социальной жизни с вхождением в нее компьютера, – игромания.

В конце позапрошлого века американский инженер-конструктор Чарльз Фей изобрел необычную машину, к которой сразу потянулись жадные и азартные человеческие натуры. То была «игровая машина механического действия». Она быстро получила прозвище «однорукий бандит». Из города Сан-Франциско «однорукий бандит» отправился покорять мир. До нас он добрался в компьютеризированном виде с дисплеем.

Игромания – это погоня за призрачной удачей. Она лежит в основе любого вида игры, будь то карты или рулетка, игровой автомат, игра на компьютере.

Американский врач Р. Кастер из госпиталя в городе Брекосвилль штата Огайо еще с 1970-х годов заметил азартных игроков, которых пора наблюдать и лечить. Он наблюдал 50 таких «обреченных» игроков и госпитализировал их на срок от трех до шести недель. Они испытывали одно-двухдневный синдром «изъятия», который проявлялся в сильных головных болях до тошноты и в расстройстве кишечника. Все это было похоже на похмелье или «ломку» наркоманов.

Кастер утверждает, что болезнь «игромания» может поразить человека любого возраста, а также социальной группы: рабочих, «белых воротничков», бизнесменов, домохозяек, военных, безработных, священников, творческих интеллигентов.

Сколько на сегодняшний день таких людей, подобных больным СПИДом, активно заражающих других? Точно никто не может сказать. Но можно сказать, что игровая «чума» угрожает психическому здоровью. Происходит деструкция во всевозможных проявлениях: рушится карьера, распадается семья, происходит деградация личности.

Комплексующий человек – это обычно выходец из неблагополучной психологической среды, в которой он замыкался и не находил общий язык с окружающими. Проходит время, и когда-никогда он ныряет в лазейку игры в надежде утвердить себя в этом мире под солнцем, застревая все глубже и глубже в «трясине» азарта.

Самый опасный возраст – подростковый. Человек переломного возраста однажды затягивается сигаретой, чтобы заглушить душевную боль, выпивает рюмку вина, испытывает процесс захватывающей азартной игры на автомате и выигрывает несколько монет. Следующий проигрыш он ассоциирует со злой иронией судьбы. И, пытаясь ей что-то доказать, он любыми способами добывает деньги для удовлетворения страсти.

Болезненная страсть к азартной игре быстро и незаметно переходит в стадию хронической. Знак «обреченности» – частая игра с повышением ставок. Игрок попадает в долговую яму. Он преступным образом выкручивается и продолжает играть. Все заканчивается плохо: или психиатрическим диспансером, или неестественной смертью.

В России долгие десятилетия не знали казино с рулеткой, электронных собратьев «однорукого бандита». Сегодня игровые автоматы не ставят у себя в торговых заведениях только ленивые.

Игорный бизнес – это огромная прибыль. И нашу страну захлестнула мутная волна игорного бизнеса. И российским психиатрам и психологам придется разгребать этот навалившийся мусор в человеческих душах.

Давно уже известно, что есть патологическое пристрастие к азартным играм. И специалисты считают это психическим расстройством, требующим лечения.

Четыре года назад случаев обращений к психиатрам с такой болезнью вовсе не было. Но они уже появились и количество их возрастает. Заражаются вирусом игромании с детского и подросткового возраста. Это наиболее незащищенная от этого страшного вируса группа населения. А из числа взрослых в сеть игромании вовлекаются слабовольные, мнительные, склонные к алкоголизму. Тем более, что телевидение тоже «потчует» нашего доверчивого зрителя телевизионными лотереями, телеиграми и другими передачами в этом жанре, соблазняющими материальной выгодой игрока. По своему разрушительному воздействию зависимость от азартных игр сродни с цунами. Свое благополучие можно проиграть в считанные часы. Нарушение психики почти не поддается восстановлению.

Российское общество не сразу разобралось в пагубности всего нового: Интернет-кафе, ночных дискотек, игровых клубов, казино... Отечественным олигархам безразлично, что азарт – страшное, подобно злокачественной опухоли разъедающее человеческую душу заболевание. У российских бизнесворотил свое заболевание – жадность и ненасытность к деньгам, которые добываются любыми, в том числе и грязными методами: через наркотики, игорный бизнес. Их не интересуют миллионы сломанных судеб.

Возможно, руководители хоть каких-то уровней власти догадаются, что пора заняться данной проблемой. В Госдуме есть попытки что-то узаконить в решениях об уменьшении зла игрового бизнеса в пользу нравственного здоровья населения. Информация по этому направлению прозвучала в прессе. Но казино от этого только расплодились, количество игровых автоматов не поубавилось: их не убрали и никуда не перенесли... По крайней мере, сегодня это так, но, может быть, завтра что-то изменится...