Королева Семи Палачей
Шрифт:
– Нет. Внутри трансспиритуально видоизмененного темпансцесса мы не можем ее спасти. Нам бы самим уцелеть.
«Идея моего второго «я» насчет резиновых шлангов, соединяющих головы, была не так уж далека от истины», – мрачно подумал я, а вслух произнес:
– Значит, мы сейчас внутри темпансцесса?
– Да. И здесь очень опасно…
Только после этих слов я обратил внимание, что местность вокруг не пустынна. Туман мешал увидеть что-либо конкретное, но какие-то чавканья, хлюпанья и мелькание смутных теней явно указывали на то, что темпансцесс буквально кишит всякого рода гадами.
«Да, находиться здесь в здравом уме и трезвой памяти достаточно проблематично», – решил про себя я.
И впервые за долгое время первым обратился к своему подсознанию:
– Ты был прав насчет резиновых шлангов. В конечном итоге все ими и завершилось.
Внутренний голос не ответил – и вот тогда я испугался по-настоящему. Одно дело – идти босиком по холодной грязи неизвестно куда, чувствуя присутствие массы кишащих вокруг хищников, и совершенно другое – обнаружить критический сбой в собственных мозгах. Окончательно запаниковать мне не позволил резкий окрик Мио:
– Осторожно справа!!!
Я перевел взгляд направо и увидел в двух шагах от себя огромную пиявку (или что-то очень на нее похожее).
«Темпансцесс не темпансцесс, – отстраненно подумал я, глядя, как неумолимо приближается пасть мерзкой твари, – а все равно это не более чем какая-то проекция в сознание виртуальной реальности. Ранвельтильская дева является неким подобием сервера, к которому с помощью резиновых шлангов или какой-то другой ерунды подсоединены двое компьютерных пользователей – я и Мио. Накурившись непонятных галлюциногенов, сервер проецирует чудовищные глюки, а мы воспринимаем их как субъективную реальность». Если бы вместо этой грязи и огромных червей в декорациях присутствовал пропитанный смогом мегаполис и роботы-полицейские, то можно было бы подумать, что мы являемся участниками супердрайвовой киберпанковской постановки.
Но грязь и мерзкие твари наводят на мысль про обычный наркоманский бред…
Не знаю, бред это был или не бред, но удар слева в ухо потряс меня основательно. В глазах помутнело, и я мягко осел в грязную жижу.
«За что?!» – хотел было спросить я у проводника, но не стал этого делать, потому что сосредоточил внимание на искрящейся твари.
Причем искрилась она в самом что ни на есть прямом смысле слова. Создавалось впечатление, будто к ней приложились электрошокером или ткнули электрическим проводом. Зрелище было более чем интригующее, но резкий возглас Мио привел меня в чувство:
– Твое сердце хотя и слабо, но все же бьется. Поэтому твари из темпансцесса не просто чувствуют твое присутствие, но и активно тебя ищут.
– А тебя? – спросил я первое, что пришло в голову, с трудом вставая на ноги.
– Я для них нечто вроде тени или призрака.
– Так какого черта ты затащил меня в этот дурацкий темпансцесс, если все меня чувствуют и все на меня охотятся?
– Ты прервал Ранвельтильскую девственницу, и, значит, только ты можешь попытаться обратиться к ней вновь.
– А что это даст?
Он посмотрел на меня, как на законченного идиота, и после некоторой паузы все же ответил:
– Я узнаю, где лежит ключ к господству над миром.
– Точно! – с насквозь фальшивой радостью воскликнул я. – Как-то постоянно забываю, что девственница может найти ключ.
– Скорее всего, она его уже нашла. – С руки Мио сорвалась очередная молния, и еще одна гадина, точная копия первой, заискрилась, словно бенгальский огонь.
«Интересно, как много у него энергии?» – с тревогой подумал я.
А вслед за этой пришла следующая мысль: «Что будет, если на меня одновременно нападут несколько монстров? И вообще, как долго мы будем искать эту деву? Здесь совсем ничего не видно».
Как будто прочитав мои мысли, две твари, вынырнув из тумана, напали с разных сторон.
К чести Мио, стоит отметить, что он блестяще справился с этой непростой ситуацией: две руки разошлись в разные стороны, и атакующие монстры рухнули на землю, сотрясаемые мощными электрическими разрядами.
«Нет-нет… – Я попытался загнать предательскую мысль вглубь подсознания. – Я даже не хочу думать о том, как мой телохранитель справится с тремя или чет…»
Ну вот я и накаркал.
– Не будь ты мне нужен, скормил бы тебя этим уродам, – мрачно пробормотал Мио, кивнув в сторону пяти огромных слизней, берущих нас в кольцо.
Как ни странно, внутри темпансцесса свихнувшийся колдун казался совершенно нормальным. Не было ни дурацких ужимок, ни закатывания глаз, ни ежеминутной демонстрации нижнего белья. Хотя если учесть, что куда-то пропал мой вечный спутник – внутренний голос, или шизофреническое второе «я», или вообще черт знает что, то в преображении сумасшедшего колдуна не было ничего удивительного. Скорее всего, сознание в этой местности неузнаваемо преображалось.
– Да уж, без такого героя, как я, тебе действительно не обойтись, – криво усмехнулся я. – Ну так что, будешь отбиваться или покинем негостеприимный темпансцесс?
– Не хватит энергии, – коротко ответил Мио и продолжил: – Приготовься, сейчас будет больно.
«Очень?» – хотел было спросить я, но не успел.
Оголенный электрический провод ткнули мне в тело, и я весело заискрился, словно огромный бенгальский огонь.
А насчет «больно» он ошибался. Когда через вас достаточно долгое время пропускают электрический ток, это не просто больно, а очень больно.
Хотя, кто знает, может быть, это был единственный способ заставить мое сердце вновь забиться в прежнем ритме.
Жизнь Сайко всегда была полна приключений, опасностей и женщин. Если ты по природе авантюрист, наделенный к тому же живым и богатым воображением, то финал твоего земного существования может иметь всего одну из двух более или менее приемлемых концовок. Первая подразумевает огромное богатство и тихую обеспеченную старость. Вторая – насильственную смерть в самом расцвете сил. Третьего варианта в принципе не дано.