Чтение онлайн

Однако надо уходить. Только как это сделать? У дверей моей комнаты – круглосуточно страж, под окнами – тоже. Выход подсказала Мария.

– Иди к себе, возьми инструменты и возвращайся сюда – пусть думают, что ты помощь мне идёшь оказывать. Из моего окна уже выберешься в сад. А там – как повезёт.

Выбор небольшой, но даже малым шансом на спасение надо воспользоваться.

Я вернулся в свою комнату, взял сумку с инструментами, из кармана плаща забрал тощий кошелёк с флоринами. Известив стражника, деловым шагом направился в комнату Марии.

– Юлий, желаю удачи! Ты мне помог, и я хочу тебе помочь. Скоро сменяется караул; дождись в саду, и потом перелезь через забор. А это тебе от меня на память.

Девушка вложила мне в руку какой-то предмет, завёрнутый в платочек. Я сунул его в карман.

Выглянул в окно – темень, никого не видно. Пора! Я перегнулся через подоконник, бросил сумку на траву. Мария обняла меня, поцеловала:

– Я знаю, что в Московии у меня теперь есть друг, помни обо мне!

– Прощай, Мария, желаю тебе удачи!

Я залез на подоконник, осмотрелся. По всему фасаду, облицованному огромными блоками, под окнами располагались скульптурные украшения-горельефы – головы львов, увенчанных короной. Спрыгнул на голову льва. Огляделся – никого! Спустился на руках на землю, присел, вглядываясь в темноту и прислушиваясь. После освещённой комнаты глаза ещё не адаптировались к тёмной южной ночи.

Я выждал несколько минут, подобрал свою сумку и, пригнувшись, побежал к забору, скрываясь за кустами, рядами растущими вдоль дорожки сада. Чу! Я услышал разговор впереди. Прислушался и – затаился в кустах. Мимо меня прошли двое стражников. Когда их шаги затихли, на четвереньках стал тихо-тихо пробираться за кустами дальше.

Вот и забор. Невысокий – в половину человеческого роста, каменный. Есть ли за забором – со стороны улицы – стража? Я залёг и минут десять выжидал. Никто не проходил. Надо решаться. Я подскочил к забору, в мгновение ока взлетел на его гребень и уселся. Улица пустынна. Спрыгнув вниз, я сразу перебежал на другую сторону улицы – там темнота была гуще. Стараясь не стучать каблуками, пошёл по тротуару.

Вскоре забор вокруг палаццо Медичи закончился, и я зашагал уже не таясь и убыстряя шаги. Что делать? Куда податься?

Впереди на мостовой зацокали копыта. Я нырнул в густые кусты. Мимо проехали двое конных стражей. «Куда податься», – размечтался, дурень. Сначала попробуй выберись из города. Это ещё тревога не поднялась, побег не обнаружили. Но время неумолимо идёт, и через час, максимум – два заметят моё исчезновение. Надо быстрее убираться из Флоренции – в городе много стражников, по приказу герцога они обшарят все дома и постройки. За городом такого учинить не удастся – слишком много людей привлечь надо, а у герцога руки связаны войной с Испанией. И вообще, хватит сидеть и размышлять.

Я выбрался из кустов, отряхнулся и пошёл по улице.

Впереди показалась площадь. Делать мне там нечего, буду слишком заметен. Переулками я обошёл её вокруг. Если я правильно сориентировался, эта улица выходит из города, переходя в дорогу.

Впереди замаячило что-то тёмное, послышался смех. Надо обойти, не иначе – городская стража несёт ночное дежурство.

Я нырнул в чей-то сад, мелкими шажками, боясь хрустнуть веткой, обошёл заслон. Дома и в самом деле кончились, и дальше дорога вела вниз. Точно, к побережью. Когда я сюда ехал, карета почти всё время шла на подъём.

Надо припомнить, рассказывал ли я кому-нибудь во дворце о купеческом судне, где мои сотоварищи? По-моему, нет. Да меня никто и не спрашивал, как я оказался во Флоренции. Появился хирург из России – зарабатывать своим умением, а на чём он добрался и ждут ли его товарищи, не интересовались. Как-то не принято здесь было расспрашивать о личном.

И это хорошо, что герцог Франческо Медичи ничего не знает о купеческом судне, стоящем в гавани города Римини, иначе он сразу же направил бы туда свою гвардию.

Я шёл половину ночи, и когда показался какой-то посёлок, решил до рассвета поспать в лесу. Идти ночью через посёлок опасно – я не знаю улиц, можно заблудиться или наткнуться на стражу. Днём стражники не так подозрительны, а попробуй ночью объяснить – с какой целью ты здесь шатаешься? К тому же нужен отдых – я прошёл не меньше десяти вёрст и устал. А впереди ещё день, мне нужны силы.

Отойдя от дороги на сотню метров, я бросил сумку с инструментами на землю, лёг на опавшую листву и положил голову на сумку. Проверил нож в чехле – единственное моё оружие. Однако холодно. Пришлось встать, подгрести под себя побольше листьев и закопаться в них. Свернувшись калачиком и согревшись, я уснул.

Разбудил меня цокот копыт. Было уже светло – солнце час как встало.

По дороге из Флоренции скакал небольшой отряд стражи в чёрных мундирах гвардейцев герцога – всадников десять, не меньше. «Эти уже явно по мою душу, – догадался я. – Пусть едут, я пойду по лесу вдоль дороги – так безопаснее, хоть и медленнее».

Таким образом я прошёл пару вёрст; обойдя посёлок справа, наткнулся на ручей – напился и умылся. Пошарил по карманам в поисках чего-нибудь съестного и наткнулся на предмет в платочке, что сунула мне на прощание Мария. Достал, развернул. Ёшкин кот! На платочке лежала большая золотая брошь изумительно тонкой работы. В центре её сверкал крупный бриллиант. Не иначе – фамильную драгоценность отдала, желая как-то искупить кровожадность отца.

Вдоволь налюбовавшись, я завернул брошь в платок и сунул в карман. Сейчас бы ломоть хлеба с салом, да где ж его взять?

Я продолжил путь, внимательно оглядывая лес перед собой и прислушиваясь. «Сколько мне ещё идти? И куда я выйду?» Хочешь не хочешь, а вопросы эти лезли в голову помимо моей воли. Ладно, сейчас главное – добраться до побережья, а там уже будет проще. Да и власть герцога, надеюсь, не простирается столь далеко.

Я шёл и шёл. Есть хотелось отчаянно, в животе урчало. Однако Италия – не Россия, где в лесу можно встретить дичь. Живность, конечно, встречалась в лесах герцогства, но они охранялись, чтобы простолюдины не охотились. Охота в средние века была по большей части дворянским развлечением. Мне, в принципе, начхать на запреты – но! Дичь надо жарить или варить – не есть же её сырую. Значит – разводить костёр, а это дым. Стало быть – обнаружу себя, сам укажу место, где я нахожусь. Потому – шёл вперёд, останавливаясь лишь затем, чтобы напиться из ручья.