Чтение онлайн

Протянул к ней руки, и малышка, живо соскочив со стула, обежала вокруг стола и забралась к отцу на колени.

На пиво, которое поставила перед ним взволнованная официантка, Дрейк не обратил ни малейшего внимания. Крепко прижимая к себе дочурку, он зарылся лицом в буйную гриву золотистых кудряшек. Лаури отвернулась, пытаясь сдержать подкатившие вдруг слезы. Внезапно ее охватило чувство вины — ведь она сейчас войдет в самолет с его дочерью, а он останется один.

Дрейк между тем ласково гладил малышку по лицу.

— Вы можете писать ей, — взволнованно проговорила Лаури. — Тогда девочка будет чувствовать, что вы никуда не исчезли из ее жизни, а мне эти письма тоже пригодятся в педагогических целях. Будем ходить на почту, получать их, а по дороге беседовать на разные темы.

— Ладно, — пробормотал Дрейк, поправляя белый гольфик, съехавший с пухленькой ножки Дженифер.

— Ну и, конечно, когда будет идти «Отклик сердца», нас от телевизора не оторвешь.

— А вот этого не надо, — погрозил ей пальцем Дрейк, но глаза его смеялись.

Из репродуктора опять донесся бесстрастный голос диспетчера — объявили посадку на их самолет. Долго смотрели они с Дрейком друг другу в глаза, не в силах оторваться, пока Дженифер пыталась что-то невнятно втолковать отцу. Наконец Лаури опомнилась и, поспешно отведя взгляд, нагнулась за большой дорожной сумкой.

Молча шли они по просторному вестибюлю к выходу на посадку. Дрейк нес на руках Дженифер. Малышка еще не догадывалась, что вскоре расстанется с человеком, которого обожала со всей пылкостью своего маленького сердечка.

Дойдя до контроля, Дрейк вытащил билеты и повернулся к Лаури:

— Если вам что-нибудь потребуется, пожалуйста, звоните мне тотчас же, в любое время. Вы, Лаури, для меня больше, чем человек, которого я нанял. Я вверяю вам самое дорогое, что у меня есть, — свою дочь.

— Я это понимаю и сделаю для нее все, что в моих силах. Не сомневайтесь.

Дрейка все узнавали — и пассажиры, и служащие аэропорта. Одни перешептывались, другие кивком головы показывали в его сторону. Некоторые женщины вообще застыли, как вкопанные, и откровенно пялились на него. Многие же просто улыбались ему и шли себе дальше. Каждый взгляд болью отзывался в сердце Лаури. Дрейк, похоже, тоже осознавал, что является объектом всеобщего внимания.

Он вытащил из кармана пачку жевательной резинки и наклонился к Дженифер. Она потянулась к любимому лакомству, но Дрейк не давал его до тех пор, пока она не показала это слово жестом. Крепко обняв малышку, он на секунду прижал ее к себе и так же жестом сказал: «Я тебя люблю». Дженифер рассеянно ответила — ее больше интересовала жвачка.

— Как вы думаете, она понимает, что сейчас уедет? — с болью в голосе спросил Дрейк.

— То, что долго не увидит вас, конечно, нет. А вот то, что вы любите ее, естественно, да, как любой ребенок.

Ответ, кажется, его удовлетворил, но кивнул он рассеянно, казалось, что его интересует исключительно толпа, сгрудившаяся у трапа самолета. Равно как и Лаури. Та тоже не сводила внимательного взгляда со своих будущих попутчиков. Наконец, оторвавшись от занимательного зрелища, Дрейк взглянул на нее.

— Лаури… — нерешительно начал он, коснувшись ее руки, крепко сжимавшей билеты.

Взгляд зеленых глаз, казалось, опалил ее огнем. Они словно вопрошали о чем-то. Только вот о чем?

На секунду почудилось, что она вот-вот утонет в бездонной глубине его взгляда.

«Не смотри на меня так! Ведь ты все еще любишь свою жену!» — хотелось крикнуть ей. Он шагнул было с твердым намерением обнять ее, но Лаури тут же отпрянула и взяла Дженифер за руку.

— Нам пора. До свидания, Дрейк. — И, прежде чем он успел остановить ее, Лаури показала билеты контролеру и прошла за заграждение.

Дженифер весело помахала Дрейку в последний раз и отправилась следом. Она и не догадывалась, что теперь не увидит отца в течение долгих месяцев.

Лаури не обернулась. Делая вид, что ей все нипочем — хотя на самом деле ноги подкашивались, — она легко дошла по передвижному коридору до трапа самолета и прошла в салон первого класса. Отыскав места, она первым делом показала Дженифер пристяжные ремни, чтобы та не очень испугалась, когда потребуется пристегнуть их. Стюардессы, обслуживающие их салон, пришли в восторг от Дженифер — она и в самом деле казалась ангельским созданием. Одна из них знала язык жестов и вскоре — хотя у девочки был, конечно, еще очень маленький словарный запас — уже оживленно переговаривалась с ней.

Самолет начал выруливать на взлетную полосу. Лаури взглянула в иллюминатор и увидела сквозь толстое стекло вдалеке, у здания аэропорта, силуэт человека. Им мог быть только Дрейк.

С трудом сдержала она навернувшиеся на глаза слезы — Дженифер заметит, расстроится. К горлу подступили рыдания, сердце сжалось от боли, и Лаури на секунду показалось, что она не выдержит.

«Я должна выбросить его из головы! — лихорадочно думала она. — Я работаю на него, обучаю его дочь, только и всего. Он все еще любит свою жену. К тому же он актер. Звезда экрана! Ему изобразить любые чувства — раз плюнуть. А потом, он ведь сам сказал, что в отношениях с женщинами его интересует лишь физическая сторона. Так что не нужен он мне!» Но прошло довольно много времени, самолет уже давно оторвался от земли, взмыл в небеса и взял курс на юго-запад, а Лаури все еще думала о Дрейке.

— Никак не могу поверить, что у меня наконец-то будет соседка! Когда миссис Трютт — это та женщина, которая у вас убирает, — сказала мне, что приедешь ты, да еще с маленькой девочкой, я чуть с ума не сошла от радости. Помочь чем-нибудь?

Лаури улыбнулась молоденькой толстушке, восседавшей на кухонной табуретке. Бетти Гроувз жила по соседству, в двух шагах от дома, где поселились они с Дженифер.

— Нет, спасибо. Если я не уберу вещи сама, то потом их никогда не найду. Да я уж почти закончила.

Лаури как раз распаковывала ящик с книгами по кулинарии, которые привезла с собой из Нью-Йорка. Они с Дженифер приехали только вчера и пока еще плохо помнили, где что лежит.

Дом, который Дрейк назвал «самым обыкновенным», произвел на Лаури ошеломляющее впечатление.

Когда они с Дженифер подкатили в новой машине, купленной для них Дрейком, к двухэтажному зданию, построенному по типу швейцарского шале, Лаури только диву далась — как можно иметь такой дом и не жить в нем все время.