Чтение онлайн

– Смотри, - довольным тоном сказал он. – Одно лицо.

Сидевшая неподалеку Орис подмигнула так, будто Инис сделали изысканный комплимент.

На третий день они вместе пили пиво, потому что была пятница – конец рабочей недели, после чего Инис мысленно допустила вероятность близких отношений с этим молодым человеком. Что и случилось еще спустя несколько дней.

Со временем оказалось, ничего общего у них нет и в помине. Стоило Инис подумать о том, чтобы познакомить Поскока с отцом, как стало стыдно за свои необдуманные связи. В общем, представить их друг другу она не рискнула. Конечно, и свои странные отношения не прекратила, потому что поняла - Поскок, в общем-то, ничего не хочет, кроме как плыть по течению, наслаждаясь жизнью - и это можно легко пережить. Ему не нужна ни семья, ни будущее, он живёт одним днём. И даже больше – на Земле у него осталась бывшая жена и ребенок, о которых он не особо-то и желал заботиться, так что никто никого не обманывал.

Привычка лететь, куда дует ветер, и не думать о других исключила Поскока из числа людей, на которых можно положиться, так что ничего серьезного не могло сложиться изначально. И даже жаль не было. Второй раз мужчина оказывался не таким, каким она себе вообразила – и снова было безразлично. Впрочем, чего она хотела? Сама тоже далека от внешнего идеала, который хотят видеть рядом, поэтому вроде как всё честно.

Однако время шло. Несколько месяцев полёта неожиданно сделали то, чего не сделали годы жизни на Земле – Инис успокоилась. Она сблизилась с отцом и часто теперь сидела, смотря в иллюминатор на россыпи космических объектов. Были целые дни, когда она не вспоминала, насколько не похожа на других, и не впадала в странное состояние то ли вызова, то ли жалости к самой себе.

Словно время текло, унося её с собой в вечность, где, по сути, вообще ничего не имеет значения.

Для счастья не нужны никакие особые условия. Хочешь быть счастливым? Будь им.

Инис считала, что в настоящее время она находится максимально близко к своему счастью – так, что вероятно, ближе никогда не сможет подобраться.

И ей становилось не по себе. Там, среди прекрасных звёзд, не хватало сияния одной-единственной, но самой важной звезды. И знать, что никогда этого сияния не увидишь, было очень, очень грустно.

Теперь

Люси проснулась со слезами на глазах. Ей снился не ужас, но ощущение осталось ужасное. Там, в путанице серых снов её искал он – уже не такой жизнерадостный и весёлый, как раньше, а уставший, обманутый пустыми надеждами.

– Почему так вышло? – шептали его губы. – Почему всё вышло так глупо?!

– Потому что мы глупцы, - ответила Люси, когда проснулась и прижимала ладони к глазам, чтобы отрезать резкий свет. – Нет! Потому что я дура.

Четыре последних месяца прошли совсем никак, бессмысленно. Просто потерянное время.

Пора собраться и заняться делом. Люси заставила себя встать и, подключившись через специальное перенаправляющее устройство, вошла в сеть. Проверила счета – проценты начислили еще две недели назад, сумма достаточная, чтобы купить небольшой звездолет. Если так дальше пойдет, она решительно отчается и изведётся от снов, чтобы это сделать. Улетит в свободный космос и навсегда пропадет на его просторах.

Раньше

Скайтайсер занял всё поле зрения. Казалось, воздух гудел от напряжения, царившего вокруг, почти научившись выражаться звуками и криком.

– Ты помнишь, что нужно делать? – спросил отец.

Инис хотелось прижать руку к стеклу, чтобы внести в происходящее хотя бы одну постоянную величину, но она не смела пошевелиться.

– Да. Наш корабль выгружается вторым по счёту. Сегодня заселение, завтра начинаем работать с придикатами. Срок на всё – два месяца. Если будут вопросы по работе – обращаться к тебе. Да и вообще – если что, обращаться к тебе, потому что ты мне всё-таки не сосед, а родной отец. Но я и сама бы догадалась… Надеюсь, мы рядом живём?

– Да, я указал в анкете, что мы члены одной семьи. Судя по всему, под общежития выделят несколько зданий, но даже если наши жилые отсеки не окажутся рядом, то по крайней мере, должны быть на одном этаже. Да и в любом случае, не вижу проблемы, поменяемся с кем-нибудь, думаю, для придикатов несущественно, кто где ночует.

«На фоне всего происходящего» - не прозвучало, но подразумевалось.

– Как жаль, - совершенно искренне сказала Инис, глядя на планету. В красках разводов на поверхности, как и у Земли, преобладал синий. – Столько воды… И правда, никакой надежды?

– Никакой. Сама понимаешь, проверено-перепроверено тысячи раз, варианты спасения просили предоставить не только тех, кто имеет подходящие знания, а и вообще всех желающих. Лучшие умы современности… ничего не придумали. Может, наша наука и развилась, ну, по сравнению с прошлыми веками, но не настолько, чтобы запустить процессы, способные спасти целую планету. Не настолько. Сомневаюсь, что это вообще возможно.

– Жаль, - повторила Инис.

– Посмотри на это с другой стороны. Если бы подобное несчастье произошло несколько веков назад, то не удалось бы спасти население. Придикаты исчезли бы вместе со своим домом и мы бы никогда не узнали даже о том, что они существовали.

– Да. Сейчас хотя бы они спасутся.

Отец взял Инис за руку и слегка сжал.

– Вещи собрала?

– Да.

– А мои?

– И твои собрала, - улыбнулась она. Папина неприспособленность в подобного рода вопросах давно вошла у них в семье в шутку. Даже мама упоминала о том, что о чемоданах папа вспоминает, только когда все прибыли на место. И очень удивляется, если что-то из его вещей забыли, будто всё его окружение по определению должно перемещаться вместе с ним и вовсе не нуждается в организации и транспортировке. И хотя родители уже несколько лет как расстались, но те времена Инис помнила хорошо. Каждый совместный отпуск становился радостным приключением.

– Если подумать, то это впервые после вашего развода, когда мы куда-то едем вместе. Пусть и не на отдых, но всё равно путешествуем, - сказала она отцу.

– Да, согласен.

Вдалеке и одновременно близко медленно и величественно вращался Скайтайсер.

***

Внизу они оказались примерно через шесть часов.

Главный город придикатов Талк-Фортин довольно сильно напоминал человеческий мегаполис – многочисленные, практически льнувшие друг к другу высотки, пространства между которыми пронизаны многоуровневыми дорогами, светло и днём, и ночью, разве что цвета аляповатые, яркие и броские – люди предпочитали более ровные и блеклые оттенки бетона, алюминия и затемнённого стекла.