Крестоносец
Шрифт:
Результат не замедлил себя ждать.
Защитники, вроде бы затаившиеся на время артиллерийского обстрела, посыпали из башни как мыши из-под веника. Дышать то нечем.
Гренадеры тем времени сместили акцент «задымления». Они начали метать дымовые шашки вперед — поближе к подковообразной баррикаде, что уже защитники возвели за воротами. И через стену перекидывать так, чтобы шашки падали за баррикадой.
И опять защитники отступили.
Сложно дышать дымом.
А бойцы легиона ринулись вперед, стараясь занять оставленные врагом позиции. И закрепиться на них. У них-то в отличие от защитников имелись средства индивидуальной защиты от задымления. Андрей заранее озаботился.
Во-первых, это очки вроде ранних мотоциклетных. Две круглые отполированные пластинки прозрачного стекла в кожаной оправе, плотно прилегающей к лицу. Во-вторых, респиратор с угольным фильтром в латунном корпусе и лепестковым клапаном спуска выдыхаемого воздуха. Причем этот респиратор также, как и глаза можно было притянуть к лицу, дабы дым не просачивался.
Не удобно.
Но намного лучше полной невозможности работы в сильно задымленном участке. Тем более, что их носить постоянно не требовалось. Шашки ведь прогорали и воздух очищался довольно быстро. Однако им хватило этого времени. И бойцы легиона подошли к подковообразной баррикаде и оседлали ее.
И очень вовремя.
Поняв, что дело дрянь, защитники города пошли в контратаку. Сразу с двух сторон вдоль стены. Стараясь выбить легион с баррикад. Да еще по стенам стали пробираться лучники, чтобы сверху поддержать стрелами наступление.
Но стрельцы легиона не зря хлеб жевали.
Андрей их и вооружил, и подготовил очень достойно.
Залп.
Залп.
Залп.
Били они из своих пищалей. Работая на пределе скорострельности. И выдавая в среднем по два выстрела в минуту. Быстрее просто не получалось. Однако, сменяемость бойцов создавала видимость поистине ураганного огня. А все подступы к баррикаде заволокло пороховым дымом. Настолько густым, что там ничего нельзя было разглядеть.
— Прекратить огонь! — рявкнул дядька Кондрат, что возглавлял атаку.
Тишина.
Относительная. Просто треск пищальных выстрелов прекратился.
— Легионеры. Вперед.
И контактные бойцы Андрея осторожно перебрались через баррикады. Построились. И выдерживая плотную формацию пошли по достаточно узкой улице.
Шагах в десяти начали попадаться первые раненные и убитые.
Их, на всякий случай, добивали. Чтобы не оставлять у себя в тылу сюрпризов. Просто удар копьем. И продвижение дальше. В условиях той медицины и обстоятельств — это был своего рода ударом милосердия.
Шаг.
Шаг.
Шаг.
Так они и вышли из порохового дыма. Одной слитной стеной. Алые щиты с хризмами. Начищенные до плеска шлемы. Поблескивающие поножи. И лес смертоносных копий, колышущийся словно хвосты скорпионов сверху — маяча своим «жалом» над щитами.
Защитники было попытались атаковать эту живую стену. Но резко сдулись. Вскрыть ее им было попросту нечем.
Они попятились.
Минули перекресток, у которого легионера и остановились. Ведь с фланга возникла угроза возможной атаки.
Послышались какие-то отрывистые команды на русском языке. Не известном местным жителям.
И, наконец, раздался свисток.
Легионеры слитно опустились на колено, укрывшись полностью за своими щитами. А за ними оказался строй стрельцов, взявших пищали наизготовку. Готовые к бою пищали.
— Бей! — раздалась команда.
И буквально метров с двадцати в защитников ударил слаженный залп.
Секунд пять. Не больше.
И первая линия стрельцов отошла назад — перезаряжаться. А ее место заняла вторая. И, не дергая кота за всякие места, дала новый залп. Который и поставил точку. Защитники побежали. Спешно и беспорядочно отходя от места прорыва. Бросая своих убитых и раненных. А хватало и таких, что роняли и собственное оружие.
Причем толпа она и в Африке толпа. Поэтому затоптали эти воины довольно прилично своих коллег по опасному бизнесу…
— Партия. — Улыбнувшись, произнес Андрей, увидел флажки сигнальщика, который передавал оперативное сообщение с места прорыва.
— Я так не думаю, — возразил Великий магистр, с которым князь играл в шахматы. — Мне кажется, что все не так плохо и я могу еще побороться.
— Партия не тут. Шах я поставил защитникам Антиохии. Ворота взяты. Контратака отбита. Причем как я и говорил. Надо свериться с отчетами. Интересно, насколько я ошибся в расходе боеприпасов. По времени получилось даже несколько раньше задуманного, — заметил он, прищурившись посмотрев на солнце, еще не достигшее зенита…
[1] Фустибула — вид пращи, с деревянным рычагом. Резко снижает «порог вхождения» для освоения пращи и повышает точность, а также в какой-то мере дальность метания.
Глава 4
1559 год, 24 июля, окрестности Антиохии
Защитники Антиохии после столь решительного и показательного прорыва их обороны суетились. Кто-то пытался спешно возводить на улицах баррикады. А кто-то и делил власть промеж себя. Ведь еще вчера они были уверены — крестоносцы не смогут взять город. У них ведь не имелось подходящей артиллерии в представлении защитников. Да и вообще — более-менее компетентных специалистов эпохи.
Кулевринами, а 12-фунтовые длинноствольные пушки именно за них и приняли, проломы в стенах не делали. А выбитые ворота не представляли особой угрозы. За ними всегда можно было возвести подковообразную баррикаду, представлявшую из себя крайне опасное оборонительное сооружение. Его редко решались штурмовать. Да и то — больше по дурости или неопытности. Ведь при атаке нападающие оказывались в локальном окружении и всегда дрались при резком превосходстве защитников.
Практика осад давала достаточно однозначный ответ — кулевринами стреляли по бойницам, зубцами на стенах и так далее. Это являлось в представлении защитников вспомогательным видом осадной артиллерии. Разве что совсем крупные образцы представляли угрозу для стен, но они обладали в несколько раз большим калибром и габаритами. Пушек же, которыми в те годы называли бомбарды — здоровенные такие дуры огромного калибра, ни у Андрея, ни у пришедших ему на помощь рыцарей-мальтийцев не имелось.
А значит, что? Правильно. Подходящей для вскрытия стен артиллерии у крестоносцев не имелось.
Они, правда, могли попытаться подвести мину или даже две. То есть, прокопать подкоп под стену. И заложив туда сколько-то бочек с порохом, подорвать их. Строго говоря мину можно было подводить даже без пороха. Простой подкоп под стену из-за которого та проседала — уже мина[1]. Но в данном случае ничего подобного они не готовили. Лагерь ведь крестоносцев был на виду со стен и башен города. И таких земляных работ не утаишь такого толка. Да и грунты не способствовали этому.