Чтение онлайн

Джейсон посмотрел на меня — и его взгляд мне не понравился.

— Ой, нет, — сказала я.

— Ты не обязана это делать, Анита. Слишком большое одолжение, чтобы кого-нибудь о нем просить.

— Ты и правда думаешь, что мой приезд облегчит уход твоего отца?

Я старалась не говорить ни резко, ни язвительно, но вряд ли это получилось.

— Он, собака, мужик железный. Даже не разрешил маме мне сообщать, что он болен. Сказал, что если мне было наплевать и я не навещал его здорового, то жалость ему не нужна.

— Но… — начала я.

— Но врачи говорят, что ему остались считанные недели. До Рождества ему не дожить.

— Ты давно его не видел?

— Три года.

Я посмотрела на Натэниела.

— Я же не смогу долго питать ardeur от одного лишь Джейсона?

— Ты сама знаешь, что сейчас управляешь им лучше. Жан-Клод может поделить ardeur между нами. Я помню, в последний раз получилось, потому что ты кормилась от публики в «Запретном плоде», но можем попробовать так тебя питать несколько дней, как было, когда ты была занята полицейским расследованием.

Джейсон посмотрел на меня:

— Ты и вправду готова согласиться?

— А ты и вправду считаешь, что это удачная мысль?

Он широко улыбнулся.

— Вероятно, весьма неудачная. Но видеть, как сойдетесь лицом к лицу ты мой родитель — это того стоит.

— Он умирает. Я думала, ты хочешь, чтобы я была с ним доброжелательна.

— Будь доброжелательна, если он будет. Но не давай ему на себя напирать. Он такой.

— Кажется, ты его и правда не любишь.

— Не люблю, — кивнул Джейсон.

— Он тебя бил? — спросил Натэниел.

Джейсон посмотрел на него незнакомым, почти пустым взглядом.

— Он всегда выдавал мне «случайно», когда старался закалить. Учил меня спорту, и я возвращался домой в синяках и в крови. Наконец он мне сломал руку, уча играть в футбол, и мама уже больше нас одних не отпускала. Он всегда тщательно следил, чтобы это не были побои. Ничего такого, за что его можно притянуть к ответу, но всегда что-то слишком резкое, суровое, грубое для моего возраста и роста. В переходном возрасте школьный врач направил меня к психотерапевту, и там мне разъяснили, что все-таки это были побои. Отец специально хотел сделать мне больно.

Я тронула его за щеку:

— Джейсон, я тебе сочувствую…

— Я сам себе сочувствую, — сказал он мрачно.

— И не хочешь ехать домой один, — добавил Натэниел.

— Не хочу. Позвал бы тебя, но показаться с тобой значило бы подтвердить отцу, что он прав и весь город тоже. — Он вдруг усмехнулся: — Весь, кроме тех, у кого были дочери моего возраста. Папочки меня ненавидели.

— Тогда твой отец, казалось бы, должен быть доволен, что ты так часто менял девчонок, — сказала я.

— Казалось бы, но за это он меня будто бы тоже ненавидел.

— Тому, кто хочет ненавидеть, ничто не помешает, — заметил Натэниел.

Джейсон кивнул.

— Папаша меня всегда терпеть не мог, сколько я себя помню.

— Ты мой лучший друг. Если хочешь, чтобы я поехал с тобой для моральной поддержки — я поеду, — сказал Натэниел.

Джейсон улыбнулся и покачал головой:

— Ничего личного, но ты вряд ли поможешь мне убедить папашу, что я нормальный мужик.

— Натэниел нормальный, — возразила я.

— Но не похож на представление моего отца о нормальных мужиках. Все дело во внешности.

Я набрала воздуху, выдохнула.

— Сколько времени тебе нужно будет там пробыть?

— Не знаю, но не меньше пары дней.

— Сама не знаю, как у меня язык поворачивается сказать такое, но если я тебе нужна, то я поеду.

— Ты серьезно? — вытаращился на меня Джейсон.

— Разве похоже, что я шучу?

— Да нет, — сказал он, садясь на пятки. Простыня была у него за спиной, так что не слишком он был прикрыт. И хотя только что мы занимались сексом, я поймала себя на том, что мне на него неловко смотреть. Иногда мои тараканы даже меня удивляют, — Но одолжение колоссальное.

— Это точно. Будешь мне обязан по гроб жизни.

У него по лицу пробежало выражение, которого я не уловила. И он посмотрел на меня так эмоционально, что мне снова стало неловко. Я заставила себя смотреть ему в глаза.

— Ты и правда готова для меня такое сделать? Глупейший поступок из дешевой комедии? На самом деле?

Мне все же пришлось отвернуться от этой пронзительной синевы в его глазах.

— Да, Джейсон. На самом деле.

— Но ты понимаешь, что придется лететь самолетом?

— Блин! — воскликнула я с досадой. — За это ты мне еще больше будешь должен.

— Но ты все равно согласна, хотя боишься летать?

Мрачно сложив руки под грудью, я буркнула:

— Я же сказала, что согласна. Сколько времени лететь?

Он с размаху сел возле меня, и от радости на его лице я почувствовала себя не такой уж все-таки дурой.

— Я знаю, что ты не любишь меня так, как любишь Натэниела или еще кого-нибудь. Но ведь я тебе тоже не безразличен, правда?

Я заглянула ему в лицо. Лицо моего давнего друга иуже год больше чем друга. И сказала единственное, что могла сказать:

— Да.

Пока еще была ночь, мы позвонили Жан-Клоду исообщили ему, что задумали его ротте de sangДжейсон и слуга-человек — то есть я. Я думала, он нам мог бы сказать, что это глупости и сказать «нет». Джейсону он работодатель и мастер, и теоретически мне он тоже мастер, хозяин. Хотя, честно говоря, этим козырем я редко разрешала ему пользоваться.

Джейсон рассказал ему наш план, потом дал мне трубку: