Чтение онлайн

— Он просит тебя к телефону.

Встав с кровати, Джейсон направился в ванную. Натэниел остался со мной.

— Привет, Жан-Клод.

— Ma petite , яудивлен, что ты согласилась.

— Я тоже.

Он рассмеялся своим чудесным, осязаемым смехом, и у меня мурашки пошли по коже — не от страха. Натэниел прижался ко мне теснее, будто тоже почувствовал.

— Спасибо, что делаешь для Джейсона то, чего не могу я.

— Ты не собираешься нас отговаривать?

— Ты хочешь, чтобы я это сделал?

Я сообразила, что да, именно этого я и хочу. Теперь, дав согласие, я чувствовала себя очень неловко, почти что дурой.

— Да как-то это очень неловко выходит.

— Тебе будет трудно. Ты будешь единственной его эмоциональной поддержкой в очень травмирующей ситуации.

— Ты заговорил как психотерапевт, Жан-Клод.

— Что бы ты хотела от меня услышать?

— То, что ты на самом деле думаешь.

Он снова засмеялся, и я опустила щиты достаточно, чтобы понять: он сидит на кровати, одетый только в шелковые простыни. Мелькнули черные кудри на идеальной белизне плеч. Пришлось закрыть щиты прежде, чем я увидела полуночную синеву его глаз.

Сделав глубокий вдох, я медленно выдохнула, считая до десяти. Если не остеречься, связь между ним и мною может меня сильно отвлечь.

— О чем ты думаешь, та petite?

— О тебе, и стараюсь сменить тему. Где Ашер?

— Он опаздывает, но придет.

— Джейсон хочет утром уехать. Кто будет тебя питать, пока нас обоих не будет рядом?

— Всегда найдутся добровольные доноры, та petite.

Мне не понравилось, как это прозвучало. Всплыл пузырек ревности, но я тут же его придушила, чтобы он не слышался в голосе:

— Ты только не ешь ничего такого, что с тобою не согласилось.

— Ревнуешь, ma petite?

— Может быть.

— Я тоже.

— А ты с чего?

— Вы едете к родным Джейсона. Делаете совершенно ординарную вещь, очень человеческую, которая мне вовеки недоступна.

— Не поняла.

— Мои родные умерли задолго до того, как родилась ты, та petite. Я не могу представить тебе свою мать или сестру. Не могу совершенно обычным путем показать тебе родные места и своих родственников.

— Я знакома с родоначальницей твоей линии, Жан-Клод. Насколько я понимаю, Белль Морт и есть твоя родня.

— Non, та petite. Она мой мастер, или была им, но никогда не была моей родней. Она любовница и богиня, если хочешь, но это совсем не то.

— Ты завидуешь Джейсону, что у него есть живые родственники и дом, куда меня можно привезти.

— Oui.

Лежа с телефоном возле уха, я подумала о его словах.

— Никогда не думала, что для тебя это важно.

— Я не сожалею о том, что я тот, кто я есть, та petite. Но сожалею о том, чего у меня нет. Я бы многое отдал, чтобы представить тебя своей матери и сестре.

— Не отцу, — отметила я.

— Он умер, когда я был совсем маленьким, и я его почти не помню.

Еще одна вещь, которой я не знала. Сегодня какой-то день сногсшибательных открытий о тех, кого я знала вроде бы насквозь.

— И ты огорчен, что я не возила тебя знакомить со своей семьей?

Он тихо хмыкнул:

— Да нет, я… — Он засмеялся, но не сексуально, скорее про себя. — А ведь мог бы. Мог бы почувствовать, что ты считаешь меня недостойным представления.

— Я считаю, что Бабуля Блейк выгнала бы тебя из дому святой водой и распятием. Вот что я считаю.

— Она религиозна?

— Фанатична. Мне говорили, что она молится за мою душу — из-за тебя.

— Я разделил тебя с твоей семьей, та petite?

— Нет, я уже от них отделилась, если так формулировать. Бабуля Блейк молится обо мне вообще из-за того, что я зомби поднимаю из могил. А что я сплю с нежитью — ну, так это еще один симптом моей погибели.

— Мне очень жаль, та petite. Я не знал.

Я пожала плечами, сообразила, что он не видит, и сказала:

— Ничего страшного.

— И ты едешь с Джейсоном знакомиться с его семьей. Будешь его девушкой.

— Ты ревнуешь.

— В моем голосе нет эмоций.

— Когда у тебя голос настолько лишен эмоций — значит, ты что-то скрываешь. Ты знаешь, что к Джейсону тебе ревновать не надо.

— Я не ревную в том смысле, который ты имеешь в виду.

— Объясни тогда.

Натэниел рядом со мной застыл неподвижно ислушал.

— Тебе еще нет тридцати, а ему — двадцать три.Вы оба так молоды, та petite. Вы едете в его родной город и там будете вместе так молоды. И это нечто такое, в чем я с тобой быть не могу. Я не могу быть наивным, молодым инеуверенным.

— Любое из этих трех качеств — и это был бы уже не ты. Я люблю тебя такого, как ты есть, Жан-Клод.

— По моему голосу можно было решить, что мне надо это услышать, та petite?

— Да.

Он снова засмеялся, и я прижалась к Натэниелу, ощутив осязаемость этого смеха.

— У меня какое-то противоречивое чувство. Джейсон — мой ротте de sang и для меня бесценен. То, чтомой слуга-человек так нежно о нем заботится — этопрекрасно. Другие вампиры будут считать меня очень добрым мастером, но я знаю, что ты это делаешь потому, что он у тебя вызывает нежные чувства. Он молод, красив и обаятелен.

— Не может быть, чтобы у тебя на этом месте был комплекс.

— Почему?

— Потому что ты прекрасен, восхитителен в постели. И я тебя люблю.