Чтение онлайн

Когда они вернулись, Вестерберг сидел у дежурного по управлению.

–  Я связался с Кальмаром,- сообщил он.- Есть у них там розыскник по имени Рютгер Эрн, с дурацким прозвищем Бубновый Туз. И у этого Эрна действительно есть сын Роланд, который учится в Лунде.

Хольмберг хмыкнул.

По дороге домой они не могли отделаться от ощущения, что прямо у них перед носом медленно лопнул большой воздушный шар.

Весьма малоприятное ощущение.

А весенняя ночь полна прохлады, звезд и легкого ветерка.

В такие ночи засыпаешь с трудом.

Хольмберг вернулся домой в три, а уснул только в четверь шестого. Когда на улице уже рассвело.

Когда пришел Севед, Буэль еще не спала.

–  Ну?

–  Что «ну»?

–  Это он?

–  Нет…

И Севед рассказал, что произошло. Потом привлек жену к себе, и Буэль даже удивилась его напористой жадности. Он точно давал выход накопившимся эмоциям. Правда, ей было очень хорошо.

Наконец оба уснули. Уже наступило субботнее утро. Уже запели птицы. В траве сверкали капли росы.

Суббота - день семейный. Настраиваешься надвое суток отдыха и забываешь о работе. Можно побегать по магазинчикам, потолкаться в универсаме, немножко поважничать, раздвигая прохожих детской коляской.

Можно убрать квартиру и навести кругом воскресный блеск.

Можно встать в субботу пораньше, предвкушая два свободных дня в семье.

Мартин Хольмберг ничего такого не сделал.

Он работал в полиции и полным ходом вел расследование убийства, которое вдобавок касалось его лично.

Черстин дала ему поспать до одиннадцати, сама прибрала дом, сама сходила в магазин за продуктами.

Эмиль Удин позвонил из больничного автомата в Стокгольм и сказал жене, что надеется скоро быть дома.

Улофссоны проснулись без четверти двенадцать.

Когда Севед открыл глаза, голова у него болела и во всем теле по-прежнему чувствовалась усталость - будто и не спал вовсе.

А суббота продолжалась - выходной день, когда надо накопить сил к понедельнику, к новой неделе.

Мартин Хольмберг попытался читать английский детектив, но, несмотря на всю оригинальность и занимательность «Wobble To Death» [11] Питера Лавси, так и не отвлекся от размышлений об убийце.

Севед Улофссон уныло возился с авиамоделью, приладил, было крыло, потом зачем-то опять снял и, рассвирепев, швырнул модель в стенку так, что она рассыпалась.

Все они крайне нуждались в отдыхе, потому что совершенно вымотались.

Но праздное торчание дома раздражало и Хольмберга, и Улофссона, при всей усталости оба стремились хоть что-нибудь сделать.

Ларе Вестерберг сидел в своем глубоком кресле и смотрел по телевизору викторину. Он очень надеялся, что Стуке выиграет.

Инга Йонссон скончалась в субботу вечером при драматических обстоятельствах.

В сознание она так и не пришла.

Жизнь угасала, медленно и неумолимо. Сердце билось все прерывистее, все реже. И, наконец, замерло.

После обеда посыльный из цветочного магазина принес ей букет. Красные гвоздики.

Вечером, без пяти десять, ночная сестра, дежурившая в отделении, услышала, как кто-то отворил дверь на лестницу.

Дверь тихо открылась и так же тихо закрылась опять.

Сестра решила, что кому-то из коллег вздумалось зайти к ней поболтать или выпить кофе.

Музыкальный радиокалейдоскоп близился к концу, и ей хотелось дослушать.

Но почему никто не заходит?

Девушка встала, вышла из комнаты и осмотрелась.

Коридор был пуст.

Скорее всего, кто-то просто заглядывал в коридор. Может, по ошибке.

Она вернулась к транзистору.

Шаги за дверью?

В самом деле, похоже.

Она нахмурилась и опять вышла в коридор.

Первое, что бросилось ей в глаза, это распахнутая дверь палаты, в которой лежала Инга Йонссон.

Очнулась? Неужели это она встала и бродит по этажу?

Ведь она не…

Сестра быстро шагнула к двери.

Нет, вон она лежит…

В ту же секунду девушка почувствовала, что за спиной кто-то есть.

Резко обернулась.

Какой-то парень спешил к выходу. Спешил изо всех сил, но крадучись.

Походка у него была неровная, так как он хромал.

–  Эй!
– негромко окликнула сестра.

Голос ее эхом раскатился среди голых стен. Человек оглянулся.

И тут открылась дверь на лестницу. Появился дежурный врач в белом халате.

Хромой повернулся к двери.

–  Добрый вечер,- сказал врач, глядя на парня. По том взгляд его скользнул дальше и остановился на сестре в открытых дверях палаты.- Что вы здесь делаете?

–  Спросите у него!
– Дежурная кивнула на парня. Тот сделал два шага вперед и взмахнул рукой. Врач пригнулся, и кулак задел его только по плечу.

–  Это еще что за глу…

Второй удар попал в челюсть, и в мозгу у дежурного врача вспыхнул сноп пламени. Он попятился, точно слепой. Перед глазами все поплыло. Он тряхнул головой, чтобы очухаться. И в эту минуту противник нанес ему третий удар, в солнечное сплетение. Он согнулся пополам, ловя ртом воздух. Новый удар, по голове, и врач ничком рухнул на жесткий пол.

Парень оглянулся и оцепенел. Руки его инстинктивно взлетели вверх, защищая лицо, но фаянсовая ваза угодила ему по лбу. И с громким треском разбилась.