Кукольник
Шрифт:
На палубе галеры началась суматоха. Стрелки впопыхах крутили «козьи ноги», взводя арбалеты, расчеты разворачивали баллисты. Звучали отрывистые команды, но паники не было. Гребцы налегали на весла, повинуясь ритму кларнета; рулевой с уверенностью правил тяжелым кормилом, направляя «Этну» в туман, сгущающийся и наползающий отовсюду.
Пути назад не оставалось: за кормой все зарастало чирьястой субстанцией, словно пустая глазница — «диким мясом».
Только вперед.
Туман по левому борту вскипел бульоном, с которого повар-лоботряс забыл снять шумовкой грязную пену. Клочья пены ринулись к галере, прорастая десятками морщинистых хоботов с присосками на концах — белесыми и тошнотворными.
— Арбалетчики — залп!
Три десятка увесистых болтов прогудели в воздухе, густом и липком, похожем на овсяный кисель. Отчаянно взвизгнул фальшивый туман, корчась и извиваясь, отшатнулся прочь, втягивая мерзкие отростки.
— Плазматоры — огонь!
В космосе за бортом встало охристо-желтое зарево. Свет выедал глаза даже через фильтры «внешников», не позволяя увидеть, что стало с воронками,
— Доложить результаты стрельбы. Информация по классу атакующих флуктуаций — немедленно!
Судя по голосу, Тумидус с трудом сдерживал ярость.
«В самом деле, почему до сих пор нет данных о силах „противника“?!»
— Зафиксировано одиннадцать флуктуаций континуума класса 1C и 1G! Градации от третьей-минус до девятой-плюс! Одна уничтожена, двум нанесены повреждения, и они удаляются. Шесть идут на сближение по азимутам 0-7-11…
Что-либо уразуметь в последовавшей далее цифровой тарабарщине Лючано и не пытался. Это к гематрам, навигаторам и канонирам, а не к мирным невропастам!
— …три активные флуктуации класса S2! Градации от седьмой-минус до тринадцатой-плюс. Идут на полусвете. Время до контакта — шесть минут.
— Змеи, — хрипло охнул толстяк. — Молись, рванина…
— Молись хоть собственной заднице, только дело делай! — вызверился на него напарник, близкий к истерике. — Прорвемся! Всадник…
Всадник, сиречь Гай Октавиан Тумидус, не заставил себя долго ждать.
— Увеличить ход до 0,75 света. Включить все защитные слои. Активировать дополнительные системы вооружения.
И наконец после звенящей напряжением паузы:
— Межфазники к бою!
«Неужели на „Этне“ есть скрытые межфазники?! — Лючано почувствовал, как струйки пота текут за шиворот робы. — За такое светят мелиевые рудники на Пандокстре, с конфискацией и поражением в правах. „М-фазы“ ставят лишь на „Ведьмаках“ и военных крейсерах Лиги, ограничивая предельную мощность. Оружие, работающее на малоизученном принципе, — это слишком опасно…»
Но с межфазником у «Этны» был шанс отбиться.
Даже от «змеев», как выразился толстяк.
Волновой удар «м-фазы» вклинивался в течение физических процессов всех уровней: от взаимодействий квантов, кварков и элементарных частиц — до макропроцессов в недрах звезд. Разделял на фазы, на «до» и «после», десинхронизировал, нарушал равновесие, создавая сверхмалый темпоральный сдвиг, невозможный в природе кратковременный стасис.
Результаты бывали самыми различными. К примеру, переход объекта в абсолютно инертное состояние. Или деструкция на кванто-кварковом уровне с бесследным исчезновением. Иногда случалась аннигиляция со всеми вытекающими или образование микроколлапсара, что немногим лучше.
Потому межфазники старались приберегать «на черный день».
И энергии они жрали немерено.
Из трюма галеры уже поднимали на талях странную конструкцию, похожую на тупоносую баллисту с широким и плоским желобом. В зарядный лоток уложили стопку отточенных металлических фрез, принялись взводить тугую пружину…
— Кракен! Справа по борту!
Черная вода фьорда взвихрилась воронками, запузырилась. Часть огромного глянцевого тела показалась над поверхностью. На Лючано уставился немигающий глаз — белый, как брюхо дохлой рыбины, величиной с футбольный мяч, с четырьмя агатовыми зрачками. Под взглядом чудовища тело пронизала слабость. Но катапульта ухнула с надсадным скрипом, и тяжелый камень обрушился на спину кракена, разрывая склизкую плоть.
— Слева по борту!
— Еще один!
На обзорниках мела звездная пурга: не разобрать, где в этой мешанине настоящие звезды, где — клочья газопылевого облака, стремительно конденсирующиеся под действием неведомых сил, а где — фантомные помехи из-за тотальных искажений континуума. Приближаясь, фаги зыбкими призраками вспарывали безумную звездоверть, ползли к «Этне» со всех сторон.
Плевать им было на 0,75 световой, с которой шла бирема,
— Расчетам взять цели по стандартным секторам. Залп по моей команде. Следом — беглый огонь из всех средств поражения, кроме межфазников. Расчетам межфазников ждать отдельного приказа. Внимание… Огонь!
На сей раз тот из трех Лючано, что сидел в навигаторской рубке, успел вовремя прикрыть глаза. Через несколько секунд он получил возможность убедиться в главном: хаос, бесновавшийся снаружи, никуда не делся.
Ближайший фаг расползался лохмотьями тумана, истаивая на глазах. Но залп и гибель «товарища» не остановили пожирателей.
— Огонь! Огонь!
— Это стая!
— Стая!
О флуктуациях, атакующих стаями, подобно одичалым собакам в трущобах Арганы, ходили жуткие легенды. Но ни одного реально подтвержденного случая зафиксировано не было. Теперь Лючано понимал почему: свидетели попросту не выжили. А записывающая техника после нападения фагов превращалась в утиль, не подлежащий восстановлению.
— Отставить панику. Продолжать беглый огонь по секторам. Мы прошли две трети пути в облаке. Осталось немного, а там мы уйдем от них через РПТ. Навигаторам пересчитать траекторию разгона на форсированный режим.
— Есть!
Вода за бортом кипела, исходя душным паром, смешиваясь с густеющим туманом. Граница между водой и воздухом исчезла. Бурлящее месиво проникало в легкие, вызывая жжение и тошноту. Видимость упала до нуля. Из серо-бурой мглы проступила корявая фигура великана, слепленная из комковатого киселя. Лоснились бугристые плечи, тяжко ворочалась уродливая голова без глаз, студнем колыхался торс…