La Vicomtesse, Плужников Владимир Александрович

La Vicomtesse

на обложку

Плужников Владимир Александрович

Шрифт:

Это оказалось не просто – из-за этой проклятой войны корабли из Англии во Францию больше не отправлялись, капитаны говорили, что идут в Голландию или Фландрию. Но приличная сумма пистолей убедила одного из них и он доставил меня в одну укромную бухточку в окрестностях Ла Рошели и согласился ждать в этой укромной бухте двое суток. Я, как и было условлено, остановилась в трактире «Красная голубятня» и ждала.

Днем в этом трактире собралась большая компания солдат из разных полков французской армии, и как всегда бывает с пьяными мужчинами, из-за сущего пустяка началась безобразная драка. Вскоре драка затихла, главных бузотеров унесли толи ранеными, толи убитыми, а к вечеру в трактире не осталось никого из постояльцев, кроме меня.

Наконец, уже в сумерках послышался цокот копыт нескольких лошадей – я выглянула в окно, сквозь приоткрытый ставень – да это Ришелье со свитой из гвардейцев и мушкетеров. С удивлением в одном из мушкетеров я узнала собственного супруга! Ну что ж, может быть, после стольких лет разлуки, мы сможем встретиться и поговорить по душам?

Шагов за десять до двери кардинал знаком приказал своему спутнику и трем мушкетерам остановиться. Чья-то оседланная лошадь была привязана к коновязи у трактира; кардинал постучал в дверь три раза условным стуком.

Какой-то человек, закутанный в плащ, сейчас же вышел из трактира, обменялся с кардиналом несколькими короткими фразами, сел на лошадь и поскакал по дороге к Сюржеру, которая вела также и в Париж.

— Подъезжайте ближе, господа, — сказал кардинал. — Вы сказали мне правду, господа мушкетеры, — обратился он к трем приятелям, — и, поскольку это будет зависеть от меня, наша сегодняшняя встреча принесет вам пользу. А пока что следуйте за мной.

Кардинал сошел с лошади, мушкетеры сделали то же, кардинал бросил поводья своему оруженосцу; три мушкетера привязали своих лошадей к коновязи.

Трактирщик стоял на пороге — для него кардинал был просто офицером, приехавшим поужинать или повидаться с дамой.

— Нет ли у вас внизу какой-нибудь комнаты, где бы эти господа могли подождать меня и погреться у камина? — спросил кардинал.

Трактирщик отворил дверь большой комнаты, где совсем недавно вместо прежней дрянной печурки поставили прекрасный большой камин.

— Вот эта, — сказал он.

— Хорошо, — сказал кардинал. — Войдите сюда, господа, и потрудитесь подождать меня — я задержу вас не более получаса.

И пока три мушкетера входили в комнату нижнего этажа, кардинал быстро поднялся по лестнице, не задавая больше никаких вопросов. Он, видимо, отлично знал дорогу.

— Послушайте, миледи, — сказал кардинал, едва я открыла ему дверь своей комнаты — дело это важное. Садитесь сюда, и давайте побеседуем.

— Я слушаю, ваше высокопреосвященство, с величайшим вниманием, - Но только побыстрее. Я не могу задерживаться. Небольшое судно с английской командой и капитаном, ждут меня близ устья Шаранты, у форта Ла-Пуэнт. Оно снимется с якоря завтра утром. И я должна выехать туда сегодня же вечером.

— Хорошо. Так вот. Сию же минуту, то есть сразу после того, как вы получите мои указания. Два человека, которых вы увидите у дверей, когда выйдете отсюда, будут охранять вас в пути. Я выйду первым. Вы подождите полчаса и затем выйдете тоже.

— Хорошо, монсеньер. Но вернемся к тому поручению, которое вам угодно дать мне. Я хочу и впредь быть достойной доверия вашего высокопреосвященства, а потому благоволите ясно и точно изложить мне это поручение, чтобы я не совершила какой-нибудь оплошности.

— Вы вернетесь в Лондон, — продолжал кардинал. — В Лондоне вы навестите Бекингэма…

— Замечу вашему высокопреосвященству, что после дела с алмазными подвесками, к которому герцог упорно считает меня причастной, он питает ко мне недоверие.