La Vicomtesse, Плужников Владимир Александрович

La Vicomtesse

на обложку

Плужников Владимир Александрович

Шрифт:

Вернувшись в Париж, я смогла наконец-то полностью уладить все дела с наследством твоей прабабушки, она, конечно, была та еще чертова бабушка! Тщательно изучая завещание, написанное столь витиевато, что его не сразу и поймешь, я осознала кое-что приятное для тебя и твоих сестер (я мечтаю и надеюсь, что когда-либо сестры у тебя появятся!). Так вот, бабушка разделила все имущество на несколько частей, часть оставила мне непосредственно, а три другие части – моим возможным дочерям, то есть тебе и твоим будущим сестрам. Ты, как старшая дочь, получаешь баронство Монфланкен, а твои возможные сестры – другие значительные поместья, хотя и без таких титулов. Так что поздравляю тебя, моя доченька! Ты не просто виконтесса де Ла Фер (этот титул ты потеряешь, выходя замуж), но и баронесса де Монфланкен в своем праве! И этот титул твой и ты уже сама передашь его своей дочери или сыну!

В Париже, на первом же приеме, который я посетила, вернувшись из монастыря, за мной начал увиваться целый выводок молодых людей жаждущих добиться моей благосклонности. Сначала меня это удивило, а подумав, я поняла, в чем дело – я, Хозяйка Двора Ее Величества Генриетты-Марии, одна из самых богатых невест в двух королевствах! Но видит Бог, несмотря на то, что юридических я вдова, даже дважды вдова, я все еще люблю своего Оливье и вовсе не собираюсь замуж! Среди увивающихся за мной молодых людей мое внимание привлекли двое. И вовсе не потому что я влюбилась, вовсе нет. Дело абсолютно в другом.

Первый, это Рене дю Бек-Креспен, маркиз де Вард, который почему-то упорно произносит мою фамилию как «де Бейль», черт возьми. И я решила выяснить, почему он это делает.

А второй – это мальчишка гасконец, встреченный когда-то в Менг-сюр-Луар – я узнала его, но не уверена что он узнал меня. Его упоминали кардинал и Рошфор, упоминали его и трех его друзей мушкетеров. Мальчишку зовут д`Артаньян, а настоящих имен его друзей они не знали, только прозвища, под которыми они записаны в полк мушкетеров – Арамис, Атос и Портос. Ришелье как-то упоминал, что эта четверка и привезла из Лондона те самые злополучные подвески, и потому за ними требуется приглядывать, дабы они не сотворили новых глупостей, за которые могут попасть на виселицу. Но Ришелье очень не хочется казнить таких храбрых шевалье, они еще могут послужить Франции, сделав что-то полезное. Ну что ж, коль один из них сам набивается, что бы я его часто видела, то почему бы и нет?

Я навела справки о Рене, маркизе де Вард. Оказалось все просто – он второй супруг той самой Жаклин де Бейль, графини де Море, которую слухи, все еще циркулирующие при дворе, называют моей матерью. Ну что ж, при случае уточню, так ли он думает, и развею его сомнения. Ну а если он просто решил изменить супруге, то просто дам ему от ворот поворот.

С д`Артаньяном все оказалось намного проще, этот мальчишка не скрывает своего намерения забраться ко мне в постель. Наивный! Но поиграть с ним можно. Я приказала своей камеристке Кэти, (да, я говорила, что еще в Лондоне была вынуждена завести себе камеристку?), а так же детям кухарки и прачки понаблюдать за ним и его друзьями, заплатив им по паре су, и пообещав по целому пистолю за новости.

Ну а пока я решила заняться тем, что некоторые англичане называют “Shopping” – то есть посетить лавки торговцев тканями, мастерские портных, и ювелиров с оружейниками. Таких немало на Королевской Площади, причем за то время что я прожила в Англии, их стало намного больше. За эти два года все дома на площади были полностью достроены, и все лавки под аркадами первых этажей всех домов уже были заняты и вели активную торговлю. В одной из ювелирных лавок я случайно увидела перстень с изумрудом. Тот самый перстень, который мне подарил мой возлюбленный Оливье, и который пропал в тот злополучный день. Рассматриваю этот перстень внимательнее. Да. Это тот самый, не узнать его невозможно! Разве что сбоку на оправе появилась небольшая царапина.

– Мессир, будьте любезны, скажите, откуда у вас этот перстень?

– Этот? – хозяин лавки переспросил, - Аааа…, этот перстень я выкупил три недели тому.

– Вам его продал шевалье, высокий стройный шатен, лет тридцати?

– О нет, мадам. Продававший его был вовсе не шевалье! Он явно простолюдин, лет за сорок, невысокий, толстый, с крайне неприятным лицом. Я бы даже сказал, что он был похож на разбойника.

– Похоже, я ошиблась, но я покупаю этот перстень, а у кого вы его купили мне совершенно безразлично. Кстати, а такие же изумрудные серьги в комплекте с ним были?

– Не знаю, мадам. Может быть когда-то и были, но он мне их не предлагал.

– Жаль, очень жаль, я бы и их тоже купила…

Я купила и этот перстень, и кое-какие украшения для Кэти – надо бы вознаградить девочку.

В оружейной лавке я купила бригандину (brigandine, coat-of-plates) своего размера. Девочка моя, надеюсь ты уже знаешь что это такое? Бригандина эта так же подчеркивает женскую фигуру как обычный корсаж, но защищает от кинжалов и даже пуль. В моих частых путешествиях она может пригодиться, ведь не столь давно мне пришлось применить пистолеты, когда уже почти возле Парижа меня хотели ограбить!