La Vicomtesse
Шрифт:
Слуги утащили англичанина в лес, и вскоре один из них доложил:
– Приговор исполнен, ваша милость!
Все это время мой Оливье стоял в оцепенении, теперь он как бы очнулся, подошел ко мне, упал на колени, снял шляпу и, взяв меня за руку, и покрывая ее поцелуями, сказал:
– Прости меня, любимая, прости, если сможешь за все те беды что я натворил!
И я простила его, мое сердце не выдержало, и из глаз тоже полились непрошенные слезы. Я обняла его и поцеловала.
– Господа, прошу вас, оставьте нас! Нам с супругой надо поговорить!...
Раньше или позже, но всему на свете приходит конец и все заканчивается. И к счастью заканчивается не только все хорошее, но и все плохое тоже. И это главное. Мои злоключения на этом закончились. Проведя два дня вместе, мы с моим любимым супругом, с моим Оливье, были вынуждены расстаться на время, как я надеялась теперь совсем ненадолго. Я вернулась на королевскую службу в Лондон, ко двору Ее Величества Дочери Франции, коего я являюсь хозяйкой, проделав долгий кружной путь через Нидерланды, а Оливье вернулся в армию, в окрестности Ла Рошели. Говоря о том, что конец приходит и плохому, я говорю про эту проклятую войну, которая вскоре была закончена достаточно почетным миром. И Оливье смог выйти в отставку и приехать ко мне в Лондон. Я была счастлива – второй медовый месяц (<a href="#">lune de miel</a>) это прекрасное время…
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Мне оставалось прочитать совсем не много, все-то еще дюжину страниц в этой рукописи, и я уже переворачивала очередную страницу, как в мою келью, запыхавшись, вбежала малышка Козетта – одна из самых младших учениц монастырской школы:
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
– Мари! Мари! Там, там! Там такое, такое! Такоооеееее!!!! Иди же скорей! Скорее! Ну же, поторопись!!!
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
– «Такое» - это «какое»? И где именно «там»? Козетта, милая, не части, отдышись и скажи спокойно, пожалуйста…
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
– Там – это у матери настоятельницы! Она зовет тебя! А такое это вот что: к тебе мама с папой приехали! Вот! Она такая красивая дама, и папа твой такой важный синьор. И тоже красивый. Очень-очень! А ты про них никогда ничего не рассказывала, а еще подругой называешься! Я, когда вырасту, тоже найду себе такого же красивого мужа! Вот! А ты иди скорее, аббатиса и твои родители тебя зовут!
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Козетта выскочила из моей кельи столь же стремительно, сколь стремительно ворвалась в нее, и хлопнув дверью, убежала.
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Я вложила листок, выпавший из этой рукописи как закладку, спрятала рукопись в конверт, а конверт – ларец, закрыла его на ключ, подвесила этот ключ на цепочку своего нательного крестика и отправилась знакомиться с родителями…
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Родители забрали меня из монастырской школы на лето, дабы познакомить со всей семьей, но к осени я обязана в нее вернуться, уже как воспитательница младших девочек. Да, я понимаю, что это все сложно. И свою историю я запишу сама. Когда-нибудь. В будущем. Когда буду к этому готова. А пока…
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
В дороге, пока мы ехали сначала в Париж, затем в Ла Фер, я пыталась дочитать мамину рукопись. Увы, из этой затеи ничего толком не вышло – и карету иногда качает так, что читать неудобно, и главное постоянно все отвлекают – и родители, и аббатиса Луиза – она едет с нами в Париж. Так что прочитать мне удалось только одну, последнюю страницу этого манускрипта. Эту страницу написал мой отец.
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Моя любимая дочь, моя дорогая Мари!
Я очень надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь простить меня так же, как меня простила меня твоя мама. Простить меня за все несправедливости и тяготы твоей юной жизни, которые тебе и ей причинила моя глупость. Я сам не могу понять, что на меня тогда нашло, и постоянно укоряю себя за это. Понять мои поступки невозможно, но я надеюсь на твое милосердие и прощение, так же как я получил прощение от твоей мамы. Я так же надеюсь на милосердие Господа нашего, что он в бесконечной милости своей дарует мне возможность еще при земной жизни искупить мои ошибки и грехи.
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
После того как мы с твоей мамой вновь расстались, на этот раз ненадолго, я вернулся в армию, к стенам Ла Рошели и заявил Его преосвященству что после скорого окончания этой компании, а это было уже очевидно, я выхожу в отставку из роты мушкетеров.
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Так и случилось – компания у Ла Рошели вскоре завершилась весьма почетным миром.
<p class="MsoNormal" style="text-indent:35.45pt;line-height:150%">
Его преосвященство пытался удержать меня на королевской службе, для чего передал мне незаполненный патент на должность лейтенанта мушкетеров. Но я отказался. Лейтенант мушкетеров – это очень много для Атоса, но очень мало, и абсолютно излишнее, для графа де Ла Фер. Я передал этот патент д`Артаньяну. Для него, всего только месяц тому переведенному из гвардии в мушкетеры, это отличный старт карьеры, да и жалованье лейтенанта позволит ему заботиться о семье, появившейся у него столь внезапным образом. Д`Артаньян принял этот патент, остался на службе, став лейтенантом мушкетеров, а я покинул и армию и Ла Рошель.