Ларе-и-таэ
Шрифт:
Великий аргин расхохотался.
– Вместишь, - уверенно посулил он.– У тебя неплохо получается. Просто не пытайся скакать по облакам, Конь Истины. Под копытами нужна земля.
Услышав второе их данных ему в степи прозваний, Лерметт покраснел. Глаза его - уже не темные, а вновь серые, как небо перед благодатным дождем - осветились тихим сиянием.
– Ты хочешь сказать, что меня несет без дороги?– не без смущения промолвил он.
– Конь Истины не ищет дорог, он их прокладывает.– Аннехара резко взмахнул рукой.– Вот и прокладывай. Довольно тебе меня озадачивать. Я хочу понять, что ты задумал на самом деле.
В который уже раз Эннеари повторял себе, что вчера Лерметта слушать надо было, внимательно слушать, а не по сторонам глазеть - в четвертый? Еще как надо было. Вот только обстановка не располагала - ну то есть совершенно.
Вот если бы вчерашний разговор состоялся в кабинете Илмеррана... ну, тогда дело другое. Гномы, они и есть гномы - неизменные, как скалы, которые их породили. Если ты единожды побывал в жилище какого-нибудь гнома, можешь и не сомневаться - куда бы его судьба ни занесла, а он и на новом месте устроится на прежний лад. В кабинете Илмеррана Арьен не увидел бы ничего совсем уж ему незнакомого, непривычного - такого, что отвлекало бы внимание - тем более, что он там уже побывал. Так ведь нет же! Лерметту вздумалось устроить посиделки в гостевых покоях, да вдобавок в комнате Аннехары - а в обиталище великого аргина все было для Арьена необычным, даже и по найлисским меркам. Арьен весь извертелся, весь измаялся, стараясь не вертеться - и все едино наглядеться не мог.
– Не отвлекайся, - скучным голосом время от времени повторял Илмерран.
Да как же не отвлекаться, когда необычное и непривычное так и хлещет отовсюду радужными водопадами! А необычнее всего в этих странных покоях их обитатель. До сих пор Арьену не выдавалось случая как следует присмотреться к великому аргину - а тут такая возможность выпала! Он изо всех сил старался не глазеть, а достойно поглядывать исподволь, но получалось не всегда. Ответный взгляд Аннехары откровенно лучился понимающим весельем.
Арьен в жизни не видал никого, хоть бы отдаленно похожего на Аннехару. Великий аргин был морщинистый, жесткий и сухой до звонкого шелеста, как сушеный красный перец - только кожа его была не красной, а коричнево-золотистой, словно тело Рассветной Башни, и если бы Аннехара вдруг окутался трепетно мерцающим сиянием, Эннеари ничуть бы не удивился.
– После Юльма и Адейны идет Риэрн, - невозмутимо продолжал между тем Лерметт.– Династические цвета - черное с серебром.
– Это сейчас - черное с серебром, - уточнил Илмерран.
– Что значит - сейчас?– не понял Эннеари.
– Что в Риэрне права на трон имеют два рода, а не один, - пояснил вездесущий Алани.– Равные права. Путаница страшная. Вот уже семь веков...
– Семьсот двадцать три года, - педантично поправил Илмерран.
– Ну да, - не смутился Алани.– В общем, иногда они по три-четыре поколения сидят тихо, а иногда свергают друг дружку с трона по пять раз на неделе. Полностью истребить соперников победителям и в голову не приходит попривыкли, наверное, за семь-то веков...
– За семьсот двадцать три года, - подчеркнул Илмерран.
– В общем, они сами привыкли, а для всех остальных эта кутерьма хуже зубной боли. То на троне красно-золотые, то черно-серебряные... сейчас вот как раз черно-серебряные.
– Именно, - подхватил Лерметт.– Короля зовут Иргитер.
– Это сейчас короля зовут Иргитер, - снова встрял Илмерран.
– Что значит - сейчас?– Эннеари чувствовал, что у него начинает кружиться голова.
– Что король, которому вскочило в дурную голову приколотить фискальный год к бюджетному, долго венец на этой голове не удержит, - невозмутимо пояснил Илмерран.– Слишком уж она глупая.
От его пояснений понятнее не стало - скорей уж наоборот. Однако Эннеари решил не переспрашивать. Он понятия не имел, что такое фискальный год, что такое год бюджетный и какими именно гвоздями их собирается сколачивать воедино незнакомый ему король Риэрна. Тем более Арьен знать не знал, почему этого делать ни в коем случае нельзя. Он просто решил поверить Илмеррану на слово. Гном знает все на свете, и уж если он говорит, что король Иргитер совершает глупость, значит, так оно и есть. А вот если Эннеари начнет расспрашивать гнома, что означают все эти неизвестные ему слова, то сам совершит глупость ничуть не меньшую - ибо разъяснение он получит, и затянется процедура этого разъяснения, самое малое, до послезавтра.
– В любом случае, нынешний король зовется Иргитер.– Лерметт устало провел рукой по лбу снизу вверх, что окончательно утвердило Арьена в решении никаких разъяснений не спрашивать.– Драгоценности короны - черно-белая пейзажная яшма в стальной оправе... Алани, что ты там строчишь? Что это такое?
– Шпаргалка, ваше величество, - взметнул ресницы Алани.
– Что-о?– оторопел король.– Зачем?
– А затем, - с подозрительно невинной кротостью во взоре ответствовал паж, - что запоминать с первого же прослушивания уйму не связанных между собой глупостей - исключительная привилегия вашего величества. Я, конечно, не хочу сказать ничего плохого о способностях эльфов - тем более, присутствующего здесь эльфа...
– Лентяи, все до единого, - безжалостно изрек Илмерран.– Даровитые, но беспардонно безалаберные. И совершенно лишены должной методичности в занятиях. Конечно, люди в отношении прилежания и методичности тоже не подарок, но...
В уголках рта Лерметта пряталась улыбка - с большим трудом, надо заметить, пряталась.
– А потому, ваше величество, - прежним тоном заключил Алани, - это вам привычно запоминать столько всякого разного - а всем прочим простым смертным... а также бессмертным... требуется шпаргалка.
– Надо будет сообщить твоему руководителю занятий, - заметил Илмерран.
– Вот еще!– деланно возмутился студент Арамейльского университета. Меня хоть раз кто-нибудь со шпаргалкой ловил?!
– Я буду первым, - пообещал Илмерран.
Аннехара, доселе слушавший молча, захохотал.
– Значит, Риэрн, - с бесконечным терпением вернулся к делу Лерметт. Дальше идет Окандо, король Аккарф. Династические цвета - все оттенки лилового, коронные драгоценности - аметисты. Запомнил?