Чтение онлайн

Погруженная в свои невеселые мысли, она не видела, что он идет за ней, и сильно испугалась, когда, изготовившись вскочить на спину Шебы, почувствовала, как его руки поднимают ее и сажают на лошадь. Властно положив руку ей на бедро, он приказал:

– Ни о чем не беспокойся, малышка. Я сам обо всем позабочусь. Нас ждет много прекрасных мгновений. Завтра вечером приезжай в гостиницу, я предупрежу хозяина. – Медленно оглядев ее стройную фигуру, добавил:

– Одежду можешь не брать. Я куплю тебе прелестные перышки. – Потом с лукавой улыбкой заметил:

– Впрочем, сомневаюсь, что она тебе вообще понадобится в первые дни нашей связи.

Только возмущенный вздох сорвался с ее губ, но, сдержавшись, она ударила Шебу по блестящему боку, и та рванулась вперед. Джейсон успел крикнуть ей вдогонку:

– Не забудь, завтра вечером в «Лисице»! Кэтрин постаралась подавить возмущенное желание вернуться и выложить ему все, что она о нем думает. Вместо этого она поскакала к табору, погруженная в собственные мысли, рассеянно вытерла там мокрую Шебу и направилась к тому месту, где сидели Рейна и ее подруга Илона, самая пожилая и некрасивая женщина в таборе.

Она и в молодости не блистала красотой, а время и жизнь лишили ее даже того, что было. Много лет назад в ножевой драке она потеряла левый глаз, и теперь эту впадину прикрывала грязная черная повязка. Ничто не могло спрятать уродливый белый шрам, пересекавший ее впалую щеку, широкий лоб и исчезавший в редких седых волосах. Она улыбнулась Кэтрин, показывая пустоты вместо зубов, которые либо выпали, либо были выбиты. Кэтрин хорошо относилась к Илоне и, усевшись на землю между двумя старыми цыганками, присоединилась к их беседе.

Спустя некоторое время Илона как будто почувствовала, что их нужно оставить одних, ушла, и Кэтрин печально призналась Рейне:

– Сегодня утром ты была права, когда говорила, что опасно бродить одной в окрестностях без слуг. Нравится мне это или нет, но Тамаре придется исчезнуть. Хватит притворяться, что я простая цыганка.

Рейна бросила на нее удивленный взгляд, в глазах ее появился невысказанный вопрос, а Кэтрин продолжала:

– Я поступлю так, как ты советуешь. Мать будет вне себя от радости, когда я скажу, что не буду больше бродить здесь одна, без слуг.

Приняв решение, она оживилась.

– Ты можешь перенести свои вещи в мою кибитку, поскольку она мне больше не нужна. А как только ты там поселишься, у меня уже духу не хватит что-нибудь менять.

Она проказливо улыбнулась бесстрастному лицу Рейны, явно довольной таким исходом, но не желающей этого показывать. Цыганка только резко спросила.

– Что это ты так внезапно передумала? Утром, отправляясь на прогулку, ты еще ничего не знала.

Как сказать Рейне, думала с болью в душе Кэтрин, что она оказалась просто распутной девчонкой, ничуть не лучше продажных женщин? И все из-за совершенно незнакомого человека, который все в ней взбаламутил, и она позволила ему такую близость, какая только возможна между мужчиной и женщиной?

Вслух она печально произнесла.

– Кое-что действительно произошло. Признаю, ты была права, но ты и должна быть довольна: ведь я следую твоему совету. Жизнь здесь становится для меня опасной. Пора быть настоящей леди.

Бросив подозрительный взгляд на Кэтрин, Рейна, которой хотелось знать, что повлияло на решение своенравной девушки, промолчала, понимая, что если бы Кэтрин хотела, то рассказала бы ей всю правду. Она только спокойно спросила:

– Ты не забыла про свадьбу? Кто почтит ее своим присутствием – леди Кэтрин или появится опять Тамара?

Кэтрин расстроенно вздохнула, она совсем забыла о свадьбе. Через два дня женятся Золтан и Санга. В такой день весь табор приходит в неистовое веселье. Горят костры, потоком льется вино, звучат тосты за здоровье новобрачных, рыдают скрипки, виртуозно выводя дикие цыганские напевы. Как испортишь такое веселье, явившись в одежде чопорной леди, в окружении слуг? Цыган будет стеснять их присутствие. Большинство забыло, кто она такая на самом деле, но богатый наряд и слуги напомнят об этом. Проклятая Рейна! Ведь Кэтрин уже сделала выбор, но старая цыганка испытывала ее решимость. У нее на глазах она заколебалась, и Кэтрин с гримаской ответила, как само собой разумеющееся:

– Я приду на свадьбу как Тамара.

– Ха! Я так и думала, что ты не выдержишь, – фыркнула Рейна.

Кэтрин упрямо ответила:

– Это в последний раз, я обещаю! Рейна посмотрела на нее долгим взглядом и, удовлетворившись, ласково потрепала девушку по голове.

– Это тяжело, я знаю, дитя, но скоро ты поймешь, что я была права. Конечно, мне бы хотелось, чтобы на свадьбу ты пришла как леди Кэтрин.

Кэтрин так же упрямо тряхнула головой.

– Нет! Я хочу потанцевать, как все! Это последний раз, когда у меня будет такая возможность. Леди Кэтрин не сможет так танцевать, только Тамара!

– Хорошо, дитя мое, не буду спорить, если ты мне пообещаешь, что сразу после свадьбы Тамара исчезнет навсегда!

Кэтрин невольно поморщилась, но покорно ответила.

– Обещаю. Сейчас я уезжаю в Хантерс Хилл, и день свадьбы будет последним днем появления Тамары.

Когда Кэтрин уходила, снова появилась Илона. При взгляде на старую цыганку Кэтрин осенила дьявольская идея. С заблестевшими глазами она остановила старуху, о чем-то пошепталась с ней, а когда садилась на Шебу, то улыбалась, и улыбка ее была полна лукавства.

В отличие от Кэтрин, посвятившей остаток дня судьбоносным решениям, Джейсон поехал в Мелтон Моубрей и провел там время, выбирая наряды для новой любовницы. Он пообещал Тамаре новые платья – и она их получит!

Вернувшись в гостиницу и увидев вечерний костюм, приготовленный Пьером, Джейсон затосковал в предвкушении скучного обеда и, вздохнув, посетовал, что позволил друзьям затянуть себя в светскую жизнь. Внешне все выглядело превосходно – зеленый бархатный сюртук с черными отворотами сидел на нем как влитой, отлично сшитые бриджи подчеркивали длинные стройные ноги, галстук повязан был безукоризненно и, глядя на этого светского красавца и щеголя, никто бы не подумал, что его одолевает скука.