Чтение онлайн

— Борисова, — я посмотрел на нее в упор. — Ты хочешь весь день провести в этом аду, принимая по одному пациенту в час? Или ты хочешь, чтобы мы разгребли этот завал как можно быстрее и вернулись в нашу родную хирургию? Выбор за тобой.

Она немного подумала, потом, недовольно поджав губы, все-таки пошла выполнять, что ей было сказано. Кажется, перспектива провести здесь целый день ее не слишком радовала.

Я вызвал первого пациента. Мужчина лет сорока, жаловался на тошноту, рвоту, боли в животе. Классическая картина пищевого отравления. Никакой «стекляшки». Я быстро его осмотрел, назначил лечение, выписал больничный.

В этот момент в кабинет вернулась Борисова. Вид у нее был на удивление довольный.

— Ну что, Разумовский, не повезло тебе, — она с ехидной ухмылкой посмотрела на меня. — Ульянова сказала, что свободных медсестер в поликлинике нет. Совсем. А я принимать пациентов в одиночку не намерена. Без медсестры. А Ульянова их взять ниоткуда не может и если Шаповалов такой умный, пускай сам сюда идет и разгребает этот бардак! Так что, хочешь ты того или нет, а придется тебе терпеть мое общество.

Я мысленно усмехнулся. Так я и думал. Эта хитрая Белочка просто закатила там, у Ульяновой, истерику, пожаловалась на то, что ее, бедную, заставляют работать в таких ужасных условиях, да еще и без медсестры.

А добродушная Мария Демидовна, чтобы не связываться со скандальной ординаторшей, просто пошла у нее на поводу и отправила ее обратно ко мне. Ну что ж, сама напросилась.

— Ладно, Борисова, оставайся, — я со злостью махнул рукой. — Только не мешайся под ногами. Следующий!

В кабинет вошел еще один мужчина, на этот раз с явными признаками «Стеклянной лихорадки». Я быстро его осмотрел.

— Так, у вас «стекляшка», вторая стадия, — я начал диктовать Зазулиной назначения. — Антибиотики, противовирусные, жаропонижающие…

— Постойте! — тут же встряла Борисова, которая с интересом наблюдала за моим осмотром. — А почему вы так уверены, что это «стекляшка»? У него же нет характерной сыпи! А кашель может быть и от обычного бронхита! Я считаю, что это сильнейшее воспаление легких, и нужно сначала провести полное обследование — рентген, анализы, КТ! А уже потом назначать лечение!

Пациент посмотрел на меня, моментально бледнея под цвет больничной простыни. Я посмотрел на нее, как на умалишенную.

Так, началось… Веселое время нарисовывается. С этой «помощницей» я тут, похоже, до ночи не разгребусь. С этим надо было что-то срочно делать.

Я посмотрел на Борисову, как на какой-то редкий и очень наглый экземпляр ископаемого.

Она что, серьезно? Устраивать мне тут консилиум по поводу каждого чиха? Да еще и в присутствии пациента?

Ну, нет, так дело точно не пойдет. С этим нужно было что-то срочно делать, иначе мы тут до ночи будем одного больного принимать.

— Борисова, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более спокойно, но с отчетливыми стальными нотками. — У пациента классическая картина «Стеклянной лихорадки», неосложненная форма. Сыпь не всегда является обязательным симптомом, особенно на ранних стадиях. А его кашель, хрипы в легких и общая интоксикация не оставляют никаких сомнений в диагнозе. Дополнительные обследования в данном случае — это пустая трата времени, денег больницы и, что самое главное, лишние мучения для самого пациента, которому сейчас нужен покой и адекватное лечение, а не беготня по кабинетам.

Но «Белочка», похоже, решила идти до конца.

— Нет, нет, нет, так дело не пойдет, Разумовский! — она упрямо мотнула своим белесым хвостом под шапочкой. — Мы не можем ставить такой серьезный диагноз, основываясь только на твоем опыте! А вдруг это действительно какое-то атипичное воспаление легких? Или, может, у него там вообще опухоль, которая маскируется под «стекляшку»? Мы обязаны провести полное обследование, чтобы исключить все возможные варианты! Это же основы медицины!

Пациент, который до этого с интересом слушал нашу перепалку, тут же напрягся. Опухоль! Вот уж нашла, чем напугать бедного мужика!

— Господин лекарь, — он с тревогой посмотрел на Борисову, а потом на меня. — А может, она права? Может, действительно, лучше провериться? А то мало ли что…

Я мысленно выругался. Ну, конечно! Посеять панику в душе пациента — это же так просто! Особенно когда он и так напуган своим состоянием.

— Хорошо, Борисова, — я смерил ее ледяным взглядом. — Раз уж ты такая умная и так заботишься о здоровье пациента, то бери его и веди на полное обследование. На КТ, на анализы, на сканирование… Куда хочешь. Только чтобы через час вы были здесь. И с готовыми результатами. И если там не окажется ничего, кроме банальной «стекляшки», то я лично доложу Игорю Степановичу о твоей излишней инициативности. И о том, как ты бессмысленно тратишь ресурсы больницы и время своих коллег. Понятно?

Борисова на мгновение стушевалась, но потом, видимо, решив, что отступать уже поздно, победно улыбнулась.

— Конечно, понятно, Разумовский! — она тут же подскочила к пациенту. — Пойдемте, уважаемый, я лично вами займусь! Мы вас сейчас по полной программе проверим!

И она с гордым видом вывела ошарашенного пациента из кабинета.

Когда за ними закрылась дверь, я не выдержал и со всей дури стукнул кулаком по столу. Валентина Петровна, которая до этого с интересом наблюдала за нашей сценой, испуганно вздрогнула и чуть не подавилась своей баранкой, которую украдкой откусила. Но я-то видел.

Черт! Ну что за дура! Вместо того чтобы помогать, она только палки в колеса вставляет!

И ведь главное — не поспоришь! С формальной точки зрения она права. Полное обследование, исключение всех возможных диагнозов… все по протоколу. Только вот протоколы пишутся для стандартных ситуаций, а не для массовых эпидемий, когда нужно действовать быстро и решительно!

Злость, однако, быстро сменилась прагматизмом. Ну и черт с ней, с этой Борисовой. Пусть себе бегает по кабинетам, раз ей так хочется. По крайней мере, она не будет мне мешаться под ногами и отвлекать от работы. А это уже плюс. Да и пациенту от лишнего обследования хуже не станет. Только время потеряет.