Чтение онлайн

Помню, как-то мы с Генкой оба получили зарплату в одном из тех фаст-фудов, куда с легкостью принимают работать студентов. Планы на эти деньги у нас были – Гена хотел взять новый телефон, а я – пригласить, наконец, Маринку с параллельного потока на свидание, а там уже как пойдет, в общем, запас наличности на грядущие отношения мне бы не помешал. Родителей я уже тогда на предмет «подкинуть деньжат» давно не напрягал, стараясь обеспечивать свои развлечения сам. Но нам в головы – одновременно, причем, – пришла хорошая идея. Сходить «покрутить слоты», как мы это называли, на маленькую часть зарплаты. Выигрыш позволил бы Гене взять телефон получше, а мне… Да я уже и не помню.

В общем, мы проиграли то, на что собирались играть, за полчаса. За следующие полчаса, пытаясь вернуть свое – а терять заработанное было обидно – мы играли по повышенным ставкам, проиграли вдвое больше. И осталось у нас примерно по ползарплаты. И тогда нас озарила еще более «гениальная» идея – поставить все, что у нас осталось, на «черное». Да, в том зале была еще и электронная рулетка. Конечно, выпало «красное». Так за час мы выкинули на ветер результат нашего месячного труда.

А дальше мне вспоминать стыдно. Тогда я впервые пережил это состояние, когда я и думать забыл про то, что хотел пригласить девушку на свидание, про последствия, про то, что будет дальше. Не хотелось ни есть, ни пить, мы лишь смолили с Генкой одну сигарету за другой, лихорадочно думая, где взять денег, чтобы отыграться. Тот наш марафон закончился только утром следующего дня, когда мы проиграли все, что нам удалось достать – выпросили у родителей, занимали у коллег, у друзей.

Это было не за один раз. Мы врали близким, они находили для нас какие-то деньги, а мы возвращались в зал игровых аппаратов. В надежде на быстрый отыгрыш играли по-крупному, стерегли «горячие» автоматы, меняли их, жали на кнопки по очереди, играли на повышение, на понижение, в общем, включали все те суеверия, которыми быстро обрастаешь, стоит тебе поставить на кон что-то более важное, чем часть зарплаты. Проигравшись, снова устраивали мозговой штурм, чтобы решить, к кому теперь обращаться, чтобы взять взаймы. В пятом часу утра, когда все резервы были исчерпаны, Гена решился, и мы поехали к его девушке, которая работала с нами. Мы точно знали, что деньги у нее есть, ведь зарплату мы получали вместе.

Говорю же, мне стыдно и больно это вспоминать. Но тогда нас это не волновало вообще. Его девушка, чье имя я даже не помню, вытащила Гене все, что у нее было. Сонная, едва понимающая, что происходит, кроме того, что у любимого какая-то беда, и она может помочь.

– Малыш, не переживай, сложная ситуация, надо друга выручить… Все верну! Спасибо тебе! – бормотал Гена, забирая у нее деньги. – До копейки!

Понимая, что это наш последний шанс отыграться, играли мы на эти деньги очень осторожно. В нас наконец-то проснулось немного здравого смысла, усталость взяла свое, проснулся голод и понимание, что ночь закончится, а нам надо будет как-то жить дальше. Вернув все долги, конечно. То ли автоматы «наелись» и стали отдавать, то ли мы стали играть умнее, не так безрассудно, то ли просто Фортуна сжалилась над нами, или, напротив, разгневавшись и решив проучить нас еще сильнее, но к закрытию игрового зала на утренний технический перерыв мы отыграли почти все. Почти все, за минусом наших зарплат. И нам бы уйти, но мы уже поймали кураж. Победная серия окрылила, и мы снова пошли ставить на «черное». Поставили. Выпало «красное». Мы поставили в два раза больше, по Мартингейлу [23] . Выпало «красное». И тогда в «тильте» мы поставили все, что оставалось. Выпало «зеро».

Я же говорю, дебилы. Мы потом еще год рассчитывались с долгами, перестав играть навсегда, как нам казалось. Но плохое забылось, мы выправились, стали даже зарабатывать больше, и как-то, после одной из посиделок в баре, не желая расходиться по домам, кто-то из наших предложил сходить в казино.

– А что, заплатим за вход, а играть не обязательно. Зато выпьем бесплатно!

Выпили. Поиграли, и даже что-то выиграли. И ушли довольные.

А потом мы с Геной туда зачастили. Игровые автоматы были признаны нами «лохотронами», а вот казиношный «покер» казался нам честным. Все-таки, подкинуть нужную карту сам себе, по идее, дилер не может.

Идиоты. О том, что казино обыграть невозможно, мы поняли много позже, и длилось это еще больше года, пока не случилась та ночь, когда я взял в долг денег у Генки и долго не возвращал. Мы перестали общаться, а без нашего «тимплея» [24] на один банк игра потеряла для меня всю прелесть. К тому же свои азартные струнки души я уже зацепил игрой в World of Warcraft.

За эти годы Хороводов женился на Елене, учившейся на пару курсов старше нас, завел двух сыновей и… продолжал играть. Зная свою страсть, весь семейный бюджет он отдал в руки жены, а запрещенные казино и залы игровых автоматов заменил онлайновым «покером». Завел себе секретную карточку, куда закидывал заначки, внеплановые «шабашки», с нее и играл. Играл на работе, с телефона в дороге и дома, на выигрыши покупал жене и детям подарки – себе никогда и ничего, а проигрыши проглатывал, понимая, что делиться ни с кем нельзя, особенно с женой. В тот раз, когда он впервые признался в своей пагубной страсти, она долго молчала, несколько дней, а потом поставила ультиматум – или семья, или игра. Гена выбрал семью. Но продолжал играть.

Все больше проигрывал, а в очередной «тильт» безрассудно назанимал денег и взял втайне от жены небольшой кредит в банке. Думал, отыграется и вернет…

– Тебе открыть? – вернувшийся Гена лезет в пакет за очередной бутылкой пива.

– Да, давай.

Взяв бутылки, мы выходим на балкон – Генке снова хочется покурить. Пока он прикуривает, я спрашиваю:

– И что дальше? Какой ты кредит взял? Сколько долгов?

– Я же тебе говорил. Больше двух миллионов.

– Как? – у меня в голове не укладывается, как он мог проиграть столько. – Кредит?

– Кредит небольшой. Относительно. Тысяч двести. Еще столько же набрал в долг. А вот остальное… – он шумно затягивается, и, не выдыхая, запивает пивом.

– Что?

– Влетел я, Фил! Конкретно влетел! – выпив, он раскрывается и, чувствуя, как его отпускает от того, что он, наконец, кому-то это рассказывает, говорит быстро, глотая окончания. – Нашел я какой-то клуб спортивного покера у нас тут. Увидел их рекламу в интернете – мол, проводят покерный турнир, приглашаются все желающие. Вход стоил семь тысяч, но у меня с моим опытом, думал, шанс есть! Главное было за финальный стол попасть…

– Каким опытом, Ген? Ты с дуба рухнул? Ты же играл всю жизнь либо против дилера в казино, либо по интернету. Это совсем другое! И у тебя всегда все на лице написано! В жизни же…

– Да я знаю! Знаю, Фил! Теперь знаю! А в том турнире я, кстати, хорошо выступил. Ленке соврал, что в командировку, а сам на турнир. Сутки почти, с перерывом, отыграл и дошел до финального стола. Так что в тот раз я свои деньги отбил. И даже выиграл хорошо.

– И?

– Что «и»? – раздражается Гена, облившись пивом.

– Я так понимаю, это не вся история?

– Да почти вся. Короче, мне понравилось. Награждение, все руку жмут, выигрыш ляжку греет… Обстановка там еще, знаешь… Дома Ленка толстая, а там девочки вокруг вьются, крутые мужики с тобой на равных общаются, да и вообще… Это же спорт! Уважение, все дела. В общем, наслушался я там историй, как наши ребята поднимались, потом на турниры международные ездили, поднимали сотни тысяч, миллионы баксов. Представил, как я бросаю свою работу, как кидаю заявление об увольнении этому уроду, шефу нашему Виктору мать его Сергеевичу, а потом беру Ленку, Саньку с Сережкой и везу на курорт.