Чтение онлайн

– Жаль, на вас всех ятаганы не повесишь, - усмехнулся Мастер и велел мальчишке открыть дверь.

На улице, напротив парадного входа, прогуливались двое солдат. Хоть одеты они были в гражданское, выправка была видна за версту. Мастер взглянул на них и только усмехнулся. Он, не торопясь, как и полагается почтенному старцу, направился к площади. Туда, понемногу густея, стекались толпы со всех четырёх сторон. Мы приблизились к месту по просторной и яркой улице Солнцестояния. Оцепление, во всей видимости, только что сняли, у крайних домов стояли отряды стражей с алебардами, а огромная площадь только заполнялась хорэмцами и любопытными иностранцами. Кругом расцветали палатки торговцев, а над головами, на высоте в два человеческих роста тянулись от крыши до крыши тонкие верёвки с флагами и бумажными фонариками. Они лучами сходились к центру площади, где их пересечение поддерживал и поднимал, будто купол шатра, длинный бронзовый шпиль, с давних пор символизирующий луч солнца.

Улица, тянувшаяся сюда с севера, от дворца, была по-прежнему перекрыта. Именно оттуда должен был появиться и открыть праздник шёлковый дракон. Там, рядом с суровой бдительной стражей собирались музыканты.

Учитель неспешно направился по кругу, обходя все торговые палатки, интересуясь некоторыми товарами, но я видела, как внимательно он изучает окружающую обстановку. Народу всё прибывало, а вместе с тем и стражей. Похоже, в Дугалис помимо столичных стянули и все окрестные гарнизоны.

Мы задержались возле очередной палатки, здесь торговали гайратским табаком, и к нам приблизился отряд гвардейцев Дракона во главе с генералом Ша Дором. Он жестом велел гвардейцам остановиться поодаль и подошёл один. Я отвернулась, надеясь, что стука моего сердца он не услышит.

– Учитель, - почтительно произнёс Ша Дор, - я вижу, вам уже лучше.

– Лучше, чем кому?
– холодно усмехнулся Мастер.
– От чего ты не позволяешь мне поздороваться с моими учениками?

– Это разлагает дисциплину, учитель, вам ли не знать. А вы, я вижу, обзавелись мощной поддержкой, - в голосе генерала послышался яд.

– Чтобы было на кого опереться, когда устанут мои старые ноги, - вернул ему каплю яда Ир Кадэ.

– Что ж, я желаю вам славного праздника, - генерал удалился.

– У них, похоже, всё по плану, - мрачно заметил Мастер.
– Очень уж он доволен.

– Нас в их планах нет, - подала голос Тара.

– Надеюсь, что так. Подумайте, как можно… - последние слова Учителя утонули в грянувшей музыке.

Трубам и барабанам на площади ответили бубны и флейты в глубине дворцовой улицы. Вскоре между крайними домами показалась огромная, выкрашенная в алый цвет драконья голова. Пританцовывая, шёлковый ящер длиной в полполёта стрелы выполз на площадь и свернулся кольцом. Вокруг него оставалось шагов двадцать пустого пространства - выстроившиеся цепью стражи не подпускали толпу ближе. Стеклянные голубые глаза исполина задумчиво уставились на бронзовый шпиль.

Внезапно Мастер отчётливо и весьма витиевато выругался. Я безмерно удивилась, ибо слышала такое из его уст впервые, но посмотрев через головы стоявших впереди горожан, в точности повторила сложную фразу. На фоне шумного появления дракона никто не заметил, как отряд гвардейцев принёс и поставил возле шпиля скромный закрытый паланкин. Мне этот паланкин был знаком. Команде ничего объяснить я не успела, да и не пришлось. Полог паланкина откинулся, и площадь потонула в шумном приветствии. Его величество Эр Марэ солнечно улыбнулся толпе и направился к услужливо подставленной стражами лестнице.

– Он будет читать речь прямо сейчас?! С головы дракона?!
– дошло до Ли.
– Они изменили порядок?

– Вперёд, - сквозь зубы скомандовал Мастер.

Мы стали проталкиваться сквозь густую толпу, но это было нелегко. На молодого короля все хотели посмотреть поближе.

– Возлюбленные мои хоремцы!
– разнёсся над площадью звучный голос тигрёнка.

Я посмотрела на него, машинально отпихнув кого-то локтем. Смуглый, с явной примесью гайратской крови, наш король повадками и впрямь походил на молодого тигра. Стремительный, гибкий, в лёгком не по-праздничному скромном сюртуке. Только фамильный рубин в тонком золотом обруче у него на лбу напоминал о его высоком статусе. Что он говорил, я не слышала из-за возмущённых выкриков расталкиваемых. Совершенно неожиданно перед моими глазами блеснул клинок. Я рефлекторно отшатнулась. Кто-то рядом нервно вскрикнул, и вокруг сразу очистилось немного пространства. Видимо, ещё одна цепь стражей была одета в гражданское и замешана в толпу.

– Покажи лицо, - недобро оскалился страж.

Я оглянулась через плечо и обнаружила, что команда нарвалась на такое же препятствие. Ли вскинул пальцы к виску. На всякий случай?

– Покажи лицо!

Я отрицательно покачала головой. Клинок снова сверкнул в опасной близости.

– Зачем тебе так нужно быть ближе к его величеству?

Я выдернула из ножен клинок и успела парировать удар. Пространства для боя у нас не было, толпе просто некуда было расступиться. Внезапно чуть впереди приветственно взметнулось кольцо флагов, и я потеряла тигрёнка из виду. По-видимому, от него скрыли блеск клинков в толпе, чтобы он не заподозрил чего-то раньше времени.

Мой поединок со стражем был коротким, но ему очень быстро нашлась замена. Я с удивлением услышала звон оружия не только слева, где билась команда, но и справа. Там, в толпе, мелькнул кто-то высокий и знакомо веснушчатый. Люди нетопыря. А чуть дальше… Змей? Или показалось? Я старалась прислушиваться к речи короля, но вокруг меня было слишком шумно. Я отбросила пару особо стремительных ударов и попыталась затеряться в толпе, но не тут-то было. В пугливой хорэмской толпе не затеряешься. Впрочем, и на призыв стража «хватайте его!» никто не отозвался, только ещё чуть раздались в стороны. Тогда я рванулась вперёд, растолкав троих растерявшихся солдат, и на миг оказалась у них за спинами. Этого мига хватило, чтобы с помощью рукояти меча отправить спать двоих. С третьим пришлось сразиться. Шпиль теперь возвышался сзади и слева, я видела его краем глаза в просвет между флагами. Толпа уже прекратила ворчать по поводу помехи зрелищу и просто пыталась услышать короля.

– …я хочу, чтобы в новом году мой народ стал счастливее и богаче!
– долетела до меня финальная фраза.

Звонко запели трубы, и над головами зрителей, над флагами взметнулись языки пламени. Остро пахнуло чёрным гайратским маслом. Успела мелькнуть мысль о том, как хорошо горит пропитанный им шёлк. Потом мысли кончились. Я толкнула подлетевшего стража и использовала его как ступеньку. Оттолкнувшись от него, от чьего-то плеча, я что есть сил прыгнула вверх и ухватилась за одну из верёвок с флагами. Радостные крики толпы в этот миг сменились воплями ужаса, и не удивительно. Голова дракона была объята сбесившимся пламенем, в котором тигра уже не было видно. Я рассекла верёвку чуть ниже руки, отбросила меч и ухватилась за узел с флагами обеими руками. Меня протащило над головами вокруг шпиля, и я, едва не запутавшись в трепещущем стяге, с размаху влетела в пламя. Разжав руки, я свалилась на голову дракона и, напрочь забыв, что браслета на мне нет, сделала повелевающий успокаивающий жест. И почувствовала, как пламя отозвалось. Оно опустилось, сжалось, и по исполинской деревянной голове от меня в стороны словно прошла волна, как от брошенного в воду камня. Пламя сделало последнюю попытку вырваться, очень уж знатной ему дали пищи, но, наконец, утихомирилось и погасло полностью. Я огляделась. Рядом со мной в опалённой одежде, в клубах дыма стоял на коленях тигрёнок. Он смотрел на меня странным изучающим взглядом, но несомненно был жив.

А потом до меня дошло, что случилось. Пламя послушалось меня без браслета. Я по привычке воззвала к Огненному Дракону, и он услышал. В голове помутилось, и я на миг, словно перед пробуждением, заглянула в бесконечно тёмные вертикальные зрачки. Рёв толпы прозвучал издалека, из тумана. Сквозь этот туман я видела, как Эр Марэ поднялся и воздел к небу руки. Что он сказал, я уже не слышала.

Я пришла в себя на руках у Джамита. Картинка обрела чёткость, и я увидела окружавшую нас команду. Дэй Фахира и рядом с ним нескольких братьев из форта Годэ. И людей нетопыря за их спинами. Чуть в стороне его величество внимательно слушал Мастера Ир Кадэ. Поодаль гудела толпа.