Чтение онлайн

— Но ведь не выстрелила, — он пожал плечами. — Ты не производишь впечатления истеричной фанатички. Ну а если бы выстрелила… Всякое бывает.

— Давно это с тобой? — Дальше говорить о его безумии не хотелось, всё равно бесполезно.

— Ты про печать?

— Про магию.

— С семнадцатого года, с войны, — спокойно ответил Вейлен и наконец взялся за пуговицы. — Слышала что-нибудь про Мёртвый прорыв?

— Немногое. Кажется, та операция проходит под грифом секретности, она здорово изменила расклад сил на Гнилых высотах, — припомнила Юстафия. Если давняя история в её голове пестрела дырами, это не значило, что такой же провал имелся в последнем столетии, всё же в школе она училась хорошо. — Не факт, что опрокинула весь фронт, но внесла существенный вклад. Тебя там?..

— Я — там, — возразил он со смешком. — Засекретили уже после, тем более живых свидетелей почти не осталось.

— И что там случилось?

— Ты, товарищ инквизитор, толкаешь меня на разглашение государственной тайны, ты в курсе? — рассмеялся он. — Или это проверка?

— Да иди ты, — буркнула она и взялась за кобуру, без которой не входила из дома, почитай, с начала службы. Кажется, страх и его последствия отпустили достаточно, чтобы спокойно убрать оружие. — Я всё равно отправлю вечером запрос, просто это не быстро, пока они там ответ спецпочтой пришлют… Хочешь, чтобы я тебя задержала до выяснения?

— Ты хочешь надеть на меня наручники? — Подорожник осклабился как-то особенно радостно и похабно. — Интересная фантазия. Может, мне снять рубашку, чтобы было удобнее?

— Сейчас мне больше хочется надеть на тебя кляп, — честно призналась она. — Останавливает только то, что с тёмным магом это бесполезно, да и допрашивать трудно. Какого леса, Вель?.. Ты очень странный тёмный маг, ты в курсе?!

Краткая форма имени вырвалась сама собой, против воли, но… Да и ладно! Так себе проблема. Учитывая продолжительность и обстоятельства их знакомства, глупо цепляться за формальности. Да и...

Он первый начал.

— Твои коллеги тоже долго не могли поверить. — Вейлен пожал плечами. — Ладно, пойдём. Если игры с наручниками отменяются, то я бы что-нибудь съел. Или даже сожрал. И тебе стресс закусить полезно. — Юстафия только недовольно поморщилась. Было бы слишком хорошо, но странно, если бы он не заметил её испуга. Да ладно — испуга! Надо называть вещи своими именами: тихой истерики. — Но вообще ты молодец. Серьёзно, не сопи так насмешливо! Со знанием дела говорю. Мой первый инквизитор меня вообще-то пристрелил на месте.

— Ты настолько крутой тёмный маг, что пули не берут? — Юстафия недоверчиво приподняла бровь.

— Нет, ну не настолько, — сознался он насмешливо. — На моё счастье, инквизитор тот так перепугался, что промахнулся с двух метров. Не совсем, лёгкое задел, но по краю, меня быстро починили. Спасибо, что решили починить. Потом, правда, пару раз к расстрелу приговаривали, один раз даже вывели, но передумали в последний момент. Вовремя приехал какой-то толковый начальник, раздал всем люлей и забрал меня на опыты.

— И ты после этого не шарахаешься от Инквизиции? — не поверила Грач.

Скорее уж стоило подозревать какой-то изощрённый план мести, но… С такими планами Подорожник не вязался куда больше, чем с легкомысленным отношением к жизни и смерти.

— А что мне от них шарахаться? — удивлённо глянул он. — Я жив и здоров, а печать… Да она и не мешает особо. Могло быть хуже.

— И что эта печать ограничивает?

— Передвижение и применение сил. Я не могу выехать за определённый радиус, в котором Песчаный, Поречный и ещё несколько мелких деревушек, и на подвиги не способен. Так, по мелочи. Нет, в целом способен, но тут главное не сдохнуть от болевого шока. Когда переступаешь черту — это больно. Я из любопытства как-то проверил границы — чуть не высох.

— Надеюсь, эта балка была не за пределом допустимого? — насторожилась Юта.

— Да ну, это мелочи, — отмахнулся Вейлен. — Печать процентно ограничивает резерв, а у меня он после той истории… Мягко говоря, большой. Хочешь посмотреть? — Подорожник игриво подвигал бровями.

— Мы пока ещё не настолько близки, — отказалась она и добавила серьёзно. — Спасибо. Очень похоже, что ты спас мне жизнь. Не уверена, что я смогла бы увернуться.

— Обращайся, я с удовольствием, — безмятежно отозвался Вейлен.

Они вышли из-за замковой стены и без спешки двинулись в обратный путь, к городу. Сосны на фоне синего осеннего неба умиротворяюще шептались на ветру, солнце всё ещё пригревало, пусть и лениво. Пахло хвоей, морем и мхом. Лиственные деревья запоздало желтели, и лес выглядел нарядным, праздничным. Уютным. Словно холодный замок остался где-то в другом мире, вместе со страхом осознания и чёрным дымом, пляшущим на мужской ладони среди противоестественно жизнерадостных коротких радуг.

Юстафия достала сигарету и привычно выбила пальцами длинный жёлтый огонёк.

Всё ещё не верилось, что Подорожник — тёмный маг, но это отлично объясняло впечатления от него в «Сорочьем гнезде». Пять лет назад в Поречном у неё ещё не было достаточного опыта, чтобы ощутить в нём эту неправильность, а сейчас чутьё развилось и предупреждало как могло. Другое дело, что она отмахивалась: подсказки шли вразрез с остальной картиной.

Благодарила она Вейлена искренне и не подозревала всерьёз ни в чём противозаконном — пожалуй, сейчас даже в большей степени, чем час назад, — но отделаться от инстинктивного опасения теперь уже вряд ли получится. Это как наблюдать за ядовитой змеёй: сознаёшь, что она не собирается нападать, но всё равно испытываешь трепет перед смертельно опасным существом. Подорожник явно достаточно умён и, если бы хотел убить Лося, обставил бы это как-то менее заметно и без свидетелей, так что все поверили бы в отъезд бедолаги. Тёмному магу ничего не стоит избавиться от трупа в любом месте, потому что трупа не будет — если он захочет. Лишний раз привлекать к себе внимание он бы не стал.

Но появилось ещё одно чувство. Мягко говоря, неожиданное.

Подорожник интриговал. Если, столкнувшись с ним вчера в отделении полиции, Юстафия не испытывала ничего, кроме снисходительного удивления, то теперь вдруг этот человек оказался куда более сложной задачкой. Второе, а может, и третье дно, которое хотелось открыть. Как он стал тёмным и почему настолько вменяем? Какие это даёт возможности и как он сосуществует с тьмой внутри? Сколько в нём этой тьмы?..

Зря он предложил взглянуть на резерв. Она, конечно, отказалась, да и вряд ли это было сказано всерьёз, но мысль засела.