Лузиады. Сонеты
Шрифт:
Благое утро бег свой начинало.
И мать Мемнона утомленным водам
Свой первый луч с улыбкой ниспослала.
От сна очнулась в радости природа,
Как жемчуг, на цветах роса сияла,
Когда король Малинди в путь пустился109
И по волнам к армаде устремился.
93
На берегу туземцы суетились
И в плаванье владыку провожали.
В лучах зари халаты их светились,
Искрясь, шелка тончайшие сияли.
Пугать пришельцев мавры не стремились,
С собою лук и дротики не брали.
Их заменяли ветви пальмы стройной —
Венец, величья гордого достойный.
94
В больших ладьях, покрытых балдахином,
Все роскошью восточною дышало,
Вся знать Малинди вкупе с властелином
Красой нарядов сказочных блистала.
Богатство облачений сарацинов
Пришельцев лузитанских восхищало.
Король явился в шелковом тюрбане,
Унизанном огнистыми камнями.
95
Дамасский шелк, струясь волной пурпурной,
Окутал тело короля благого.
Сияла скань плетением ажурным
В узорах ожерелья золотого.
И скатный жемчуг на больших котурнах
Мерцал на темном бархате основы.
И, верный друг царю в утехах ратных,
На поясе кинжал висел булатный.
96
Над королем прислужник раболепный
Держал навес, на ручке укрепленный,
Чтоб не страшился царь великолепный
Лучей полудня, злых и раскаленных…
Вдруг слух героев звук пронзил вертепный,
Томительный, визгливый, напряженный.
То трубы мавританские играли110
И этот звук ужасный издавали.
97
А лузитане в лодку погрузились
И, щеголяя ярким облаченьем,
Навстречу властелину устремились,
Принять его желая с уваженьем.
И платью Гамы мавры подивились,
Узрев красу французского творенья,
Которое атлас венецианский
Соединило с модою испанской.
98
В штанах, расшитых нитью золотою,
Достойный Гама в этот день явился.
А на камзоле модного покроя,
Блестя под солнцем, позумент искрился,
На шляпе лузитанского героя
Плюмаж из мягких перьев укрепился.
Как царь, в наряд багряный облаченный,
Был капитан при шпаге позлащенной.
99
Пурпурный цвет одежды капитана
Заметно выделял его средь свиты,
Хотя и в ней красою несказанной
Блистали платья воев именитых.
Смесь красок, блеск нарядов златотканых
Казалися эмалью глянцевитой.
И мнилось, что Ирида мир объяла
И радуга над морем засияла.
100
Веселым пеньем трубы ободряли
Усталых португальских мореходов.
Их челн ладьи туземцев окружали,
Навесов пестротой украсив воды.
С армады королю салютовали,
Дым залпов высь окутал небосвода.
Так долго пушки громкие палили,
Что мавры слух ладонями закрыли.
101
На борт вступивши лодки капитанской,
Властитель Гаму заключил в объятья,
К героям обратившись лузитанским,
Он всех равно приветил без изъятья,
Слова, что рек властитель мавританский,
Его привычки, мысли и понятья
Пленили Луза гордую дружину,
Забывшую тревоги и кручину.
102
Он выразил немедленно героям
Глубокое, безмерное почтенье.
Пообещал властитель всеблагой им
Прислать для флота снедь и снаряженье.
Сказал, что был предупрежден молвою
О доблестной армады приближенье
И слышал, как скитальцев невиновных
Ждал исламитов заговор греховный.
103
Вся Африка в смятенье пребывала,
Узнав, что в царстве Гесперид111 прекрасных
Победу войско лузитан стяжало
И посрамило недругов ужасных.
Молва дела героев воспевала,
Пред королем их славя громогласно,
И, как король заслуживал почтенный,
Ему ответил Гама откровенно:
104
"О, ты, властитель мудрый, благосклонный
К страданьям лузитанских мореходов!
Валы морские, шквал неугомонный
Терзали нас в чужих, враждебных водах.
Пускай же провиденье неуклонно
Хранит страну столь славного народа.
Поскольку сами мы не в состоянье
Тебе воздать за все благодеянья.
105
Из всех, дневным светилом опаленных,
Лишь ты один с любовью нас встречаешь,
И от детей Эола разъяренных
Приют нам долгожданный предлагаешь.
Как верно то, что, солнцем осененный,
Страной ты благодатной управляешь.
Так знай, что там, где быть мне доведется,
Хвалебный гимн от нас тебе споется".
106
Ладьи поспешно к флоту устремились
И много раз проплыли вдоль армады.
Все рассмотреть туземцы умудрились,
Узрев воочью кораблей громады.
А к небесам огни салюта взвились,