Лузиады. Сонеты
Шрифт:
К ней мысли неустанно обращаю,
И пусть мои окончатся свершенья
Там, где когда-то, радостью сияя,
Друг Вакха Луз резвился в упоенье.
Он имя дал свое стране любимой
И заселил потомством край родимый.
22
И в том краю родился муж отважный,
Пастух,136 чье имя доблестью звенело.
С великим Римом бился он бесстрашно
И защищал страны родной пределы.
И вскоре небо на земле прекрасной
Дало отчизну лузитанам смелым.
И приказало небо старцу Крону
Блюсти державу эту неуклонно.
23
А было так: король земель испанских,
Альфонсо,137 с сарацинами сражался.
Теснил отважно воев мавританских
И древний край освободить старался.
Из разных стран героев христианских
К нему бесстрашный легион стекался.
Они опасность гордо презирали
И славою покрыть себя желали.
24
Объятые любовью негасимой
К религии возвышенной и чудной,
Они очаг покинули родимый
И двинулись на подвиг многотрудный.
Чтоб закалить свой дух несокрушимый,
Отвагой щеголяли безрассудно.
Альфонсо, их деяньями гордясь,
Вознаграждал достойных, не скупясь.
25
И Генриху, воинственному сыну
Земли венгерской короля, в награду
Кастилии могучей властелином
Был отдан край — очей моих услада,
Безвестный в ту далекую годину,
А с ним Тереза,138 юная отрада
Седин отцовских, рыцарю вручалась.
И этим клятва дружбы закреплялась.
26
И в путь пустился властелин державный,139
В Святой Земле он доблестно сражался,
Сынов Агари140 он теснил исправно,
И путь его достойно увенчался.
И сам Господь, наш повелитель славный,
Героя возвеличить постарался:
Такой наследник у него родился,141
Которым вечно край родной гордился.
27
Он был рожден в тот год, как возвратился
В Европу граф от стен Ерусалима,
Где к вековым святыням приобщился,
Стремясь к творцу с мольбой неутолимой.
Когда победы Готфрид142 там добился,
Защитник христиан неодолимый,
Часть рыцарей, что Готфриду служили,
На Родину отправиться решили.
28
Но венгр могучий с жизнию простился,
Закончив путь, начертанный судьбою,
И к вечному престолу устремился,
Господний лик увидев пред собою.
А юный сын заступника лишился.
Несчастья потянулись чередою
Для воина, что нравом и обличьем
Не уронил отцовского величья.
29
Меж тем молва упорно утверждала
(Хоть трудно мне за древний слух ручаться),
Что сына мать земель лишить желала,
Задумав с новым другом обвенчаться.143
Она в гордыне лютой восклицала,
Что будет в графстве всем распоряжаться,
Его своею вотчиной считая
И сына-сироту всего лишая.
30
Но принц, который в честь героя-деда
Заслуженно Афонсу прозывался,
Решил презреть судьбы лихой наветы
И с матерью в жестокий спор ввязался.
Марс влек его стремительно к победе,
В душе его жар битвы пробуждался.
Подняв свой стяг воинственно и гордо,
Он с матерью на бой решился твердо.
31
И поле Гимарайнша заалело144
Обильной кровью жаркого сраженья.
Родного сына мать сгубить хотела,
Предавшись власти чувственных влечений.
Лишить его владений повелела,
В мечтах лелея только наслажденья.
И, страстию бесстыдной распалясь,
Забыла Бога в этот страшный час.
32
О Прокна!145 О волшебница Медея!
Вам в варварстве с Терезой не сравняться.
Детей своих безвинных не жалея,
Вы с жизнью их заставили расстаться,
Чтоб отомстить за грех отцов-злодеев;
И даже Сцилла146 может оправдаться:
Ища любви, отца она убила.
Терезу только алчность погубила.
33
Победа принца лаврами венчала,
Страна, отбросив прежние сомненья,
Властителем тотчас его признала,
Герою обещав повиновенье.
А мать его в оковах изнывала,147
Терзалась и рыдала в заточенье.
Но все ж Господь, ревнитель почитанья
Родителей, узрел ее страданья.
34
И отомстил: кастилец своенравный148
Обрушился на скудные отряды,
Что выставил Афонсу благонравный,
И их крушил, не ведая пощады.
Бой завязался страшный и неравный,149