Любовник
Шрифт:
К счастью, именно в это момент в зал входит юбиляр. Ведет за руку свою девочку – жену и благосклонно улыбается, когда гости начинают аплодировать им, как звездам.
Тошно.
Прошлая я, наверняка умирала бы от восторга и локтями расталкивала толпу, что сфотографироваться на их фоне. А теперь я хочу бежать отсюда без оглядки, скинуть неудобные туфли, снять это жуткое платье и ехать с Егором на его байке куда глаза глядят.
Лишь через двадцать минут нам с Костей удается подойти к Вахрушевым. Муж произносит длинную, заготовленную заранее, речь, я киваю и улыбаюсь, мысленно умоляя его поторопиться.
Наконец, мы отходим, и я говорю Косте, что подъехало такси.
– Выпей таблетку и ложись спать, - мажет губами по щеке.
Едва ли не бегом вылетаю из отеля и, прыгая в такси, называю адрес Егора.
Глава 36.
Пока еду в такси, набираю Егора еще несколько раз. Не берет. Телефон он потерял, что ли? Дуться и обижаться не в его духе, он не стал бы игнорировать меня из вредности.
Расплатившись через приложение в телефоне, я выхожу из такси во дворе его дома. На высоких каблуках, в платье в пол и с ярким вечерним макияжем.
Задрав голову, пытаюсь найти глазами окна Егора. Не выходит. Меня мутит от волнения и тревоги. А от вечерней прохлады тело сотрясает дрожь.
Не давая себе возможности испугаться и передумать, быстро, звонко цокая каблуками, шагаю к подъезду. Набираю код, дожидаюсь лифта и через минуту выхожу на его этаже.
В этот момент начинает вибрировать мой, зажатый в ладони, телефон.
Егор!
– Звонила? – спрашивает равнодушно.
– Раз двадцать, - выпаливаю резко и тут же понимаю, что он не дома, я зря приехала.
Задним фоном долбит музыка, совсем рядом смеются и громко разговаривают.
– Ты где, Егор? Ты не дома?
– Не дома.
Он собирается сказать мне что-то еще, но ему не дают. В трубке раздается возмущенный женский голос.
– Егорушка, может, потом поговоришь? Я тебя, вообще-то поздравляю!
Егорушка?.. Поздравляю?..
– Подожди, я отойду, - говорит он мне.
– С чем она тебя поздравляет, Егор?
Музыка в трубке стихает, посторонних голосов тоже больше не слышно.
– С днем рождения.
Припав голой спиной к металлической двери его квартиры, я зажмуриваюсь. Тошнота и слабость усиливаются. Перед глазами расплываются темные пятна.
– Поздравляю, - проговариваю с трудом.
– Как банкет? Весело? – спрашивает насмешливо.
– Очень.
На этом отключаюсь, а он не перезванивает. Я стою под его дверью еще минут пятнадцать, жду неизвестно чего. Наверное, чуда. Что откроется дверь лифта и из него выйдет Егор.
Но чуда не случается, потому что чудес не бывает. Чудеса делаем мы сами.
Снова заказываю такси и, спустившись на первый этаж, выхожу на улицу. Дрожа всем телом и глотая слезы, иду в сторону остановки общественного транспорта. Все без исключения прохожие сворачивают на меня головы. Перешептываются, смеются, кто-то даже фотографирует.
Один дядечка, сидя в старом седане, даже предлагает подвезти. Я вежливо отказываюсь. Сажусь в свое такси и уже там, не сдерживаясь, реву.
Меня просто рвет на части от обиды и злости на саму себя. И от ревности. Она сводит с ума, пуская в кровь черный яд. Я не могу представить, что он будет с кем-то заниматься сексом. Это сумасшедшая боль! Это страшно!
Водитель тактично делает вид, что не замечает моей истерики. А я не могу успокоиться. Она только набирает обороты. Захлебываюсь рыданиями, не заботясь о макияже и о том, как выгляжу со стороны.
Я насмерть влюбилась в бессердечного циничного мужлана. По-настоящему! Впервые в жизни! Что мне теперь с этим делать?! Как я справлюсь?
– Приехали, - тихо обращается ко мне водитель, - может, вам помощь нужна?
– Нет… нет, спасибо.
Кое-как вываливаюсь из машины. Сумка падает в лужу. Я наклоняюсь, чтобы поднять ее, а когда выпрямляюсь, слышу жалобный треск ткани. На подол наступила.
Плевать. К черту все.
Задрав его до колен, пошатываясь, иду к подъезду. Со стороны, наверное, я кажусь пьяной. Алкоголичкой, которая сначала напилась, потом не единожды опорожнила желудок и в финале свалилась в лужу. Лучше бы так и было.
Захожу в квартиру и сразу иду в ванную, чтобы набрать воды. Снимаю порванное платье, пихаю в пакет и выкидываю в мусорное ведро, туфли и сумку бросаю в шкаф, избавляюсь от белья и погружаю тело в горячую пену.
Плачу.
Потом успокаиваю сама себя, что ничего страшного не случилось. И снова плачу.
Сижу в ванне пока не начинаю замерзать. Сливаю воду и, не позаботившись за собой убрать, надеваю теплую пижаму и ложусь спать.
Засыпаю практически сразу. Не слышу как и во сколько возвращается Костя. Просыпаюсь от легкого толчка в плечо.
Щурясь, пытаюсь открыть глаза.
– Вик, у тебя телефон разрывается. Не слышишь? – сонно ворчит муж.
Первая мысль – Егор.
Соскочив, хватаю телефон с тумбочки и переворачиваю экраном вверх. Разочарование окатывает прохладной волной.
Лариса Андреевна, мамина подруга и коллега, та, что делала мне УЗИ.
– Вика, я тебя разбудила? – звучит в трубке ее встревоженный голос.
– Нет. Не важно. Что случилось?
– Наташу в больницу увезли.
– Маму? О, Боже! Что с ней?
– Давление. Она сама тебе не позвонит, боится пугать. А я подумала, что надо сказать…
– Господи, конечно! Спасибо, Лариса Андреевна. В какой она больнице? Я сейчас же поеду!
Она называет мне номер больницы и отделение и я, отбросив телефон, кидаюсь к шкафу.