Чтение онлайн

— Ничего страшного, я умею ждать, — усмехнулся он, а меня мысленно передёрнуло. Надеюсь, это не намёк на то, что он будет ждать и возможности посчитаться со мной?

— Но давайте уже перейдём к сути вашего дело. Я так понимаю, вам понадобилась наша помощь? — внимательно посмотрел он на меня, делая осторожный глоток горячего чая.

— Да, — кивнул я, обдумывая каждое слово, которое собирался произнести, — Мою мать, Масами Кушито, похитила итальянская мафия во Франции, когда она возвращала им деньги, которые была должна. Ко мне они после этого не обращались, так что с какой целью мафия похитила мою мать — мне неизвестно. Я нанял детектива на слежку за своей матерью, и ему удалось выяснить, где её держат, но вытащить её оттуда самостоятельно он не может. Вы можете мне помочь с этим?

— Любопытно, — пробормотал Кага задумчиво, отодвинув в сторону чай, — Я должен был догадаться, что вряд ли она просто ваша однофамилица…

— О чём это вы? — не понял я его.

— Да о том, — тяжело вздохнул он, — Что, к моему огромному сожалению, я не смогут взять ваш заказ, так как у меня уже есть заказчик на возвращение этой женщины.

— И кто же он? — удивился я, пытаясь понять, кому ещё могло понадобиться вступиться за мою мать. Кроме бабушки, на ум никто не приходил, но я даже представить себе не мог, чтобы она могла как-то взаимодействовать с якудза.

— К сожалению, я не имею права разглашать подобную информацию, — покачал головой он, — Но был бы вам, господин Кушито, признателен, если бы вы всё же поделились с нами информацией о нахождении вашей матери. Это очень облегчило бы нам её освобождение. Это же и в ваших интересах тоже, чтобы она как можно скорее в целости и сохранности вернулась домой.

— Да без проблем, — пожал я плечами, — Дайте мне ваш контакт, и я сообщу детективу, чтобы он скинул вам всю информацию.

— Буду очень благодарен вам, Кушито-сан, — поклонился он мне, и написал на салфетке номер телефона.

— Скажите, а вы не боитесь вступать в конфликт с мафией на чужой территории? — уже собираясь уходить, не удержался от вопроса я, — Всё же, это очень серьёзная организация.

— Мы тоже, — ухмыльнулся он, — К тому же, мы в своём праве, они похитили японского гражданина. Вот в Италию я к ним по остерёгся бы лезть. Там очень много банд, которые всегда поддерживают друг друга в войне с чужаками, а вот во Франции такой проблемы нет. По сути, для них это тоже чужая территория. Если мы будет знать, где они держат вашу мать, то никаких проблем вообще не будет. Мы быстро и тихо заберём её, и также тихо уйдём, не оставив следов. Пусть ищут, если хотят.

— Но ведь тогда они могут узнать, что она вернулась домой, и приехать сюда за ней. Разве нет?

— Ну, пусть попробуют. Тогда их будет ждать тут очень неприятный сюрприз, — рассмеялся он, поклонился мне на прощание, и ушёл, не забыв оплатить счёт. Я же посидел ещё минут пять, обдумывая прошедший разговор, и пошёл на улицу, где меня ждала машина с телохранителями, которым я не разрешил присутствовать на этой встрече. Представители Якудза могли счесть их присутствие за недоверие с моей стороны, так что лучше было не рисковать так. Дикий меня заверил, что на этой встрече мне точно ничего не угрожало.

В машине я продолжил размышлять об этом разговоре, и отвлёк меня от этих мыслей только звонок деда, который звонил узнать, как у меня дела, и сообщивший, что он отправил мне обратно на мой счёт мои деньги. Я не стал ему рассказывать о похищении матери. Кто его знает, вдруг переживать будет, даже несмотря на то, что они плохо ладили? Ответил дежурными словами, что всё хорошо, и в свою очередь поинтересовался его делами, на что он меня заверил, что у него всё отлично.

Затем мне позвонила Света, решившая позвать меня на следующие выходные к ним, и я окончательно отбросил размышления о втором заказчике в сторону. Да и не важно это, в общем-то. Главное, что якудза взялась за дело, и скоро мать вернётся домой, уж даже и не знаю, к добру ли это. Впрочем, день, когда будет принято решение о моей эмансипации, был уже очень близок…

На следующий день у нас съёмки начинались аж в пять утра, так как там снималась сцена, действие которой происходило в парке, на рассвете, так что встать мне пришлось, когда ещё и четырёх не было, и сказать, что я не выспался, это ничего не сказать. Собирался ведь пораньше спать лечь, но сначала довольно поздняя встреча с представителем якудза планы поломала, потом вдруг дома творческий зуд накрыл, и я часа полтора мангу рисовал, вот и лёг в итоге только в двенадцать. А ещё и с детективом успел переговорить и скинуть контакты якудза. Он сказал, что это неплохая идея, обратиться к якудза за помощью, и пообещал сразу же связаться с их представителем.

Уж лучше бы и не ложился… — мрачно размышлял я, с трудов подавив желание зевнуть. Сейчас снимали романтическую сцену, где мы с Мидори только что пережили непростую ночь, пытаясь предотвратить очередное убийство маньяком, и теперь обессиленно сидели в парке, привалившись спиной к дереву, Мидори положила мне голову на плечо, и взяла меня за руку. Сцена была без слов, мы просто должны были смотреть на всходившее солнце. Режиссёр ещё пару дней назад узнал, что сегодня должна быть солнечная погода, потому и решил воспользоваться моментом, когда возникнет пауза в этих бесконечных дождях. Не сними мы её сегодня, неизвестно, сколько ещё пришлось бы ждать такую возможность.

Понятное дело, что зевание в этой сцене было вот совсем не предусмотрено. И без него уже четыре дубля отсняли.

— Стоп! Снято! — скомандовал тут Миядзаги-сан, — С этой сценой закончили. Полчаса перерыв, и затем снимаем сцену, как в парке появляется полиция, и арестовывает персонажа Кушито-сана, обвинив его в убийстве очередной жертвы Ямадазги Соты. Все свободны!

Я чуть ли не со стоном встал, разминая затёкшее тело, и подал руку Мидори, помогая ей подняться.

— Божечки, мне кажется, у меня сейчас ноги отвалятся, — простонала она, и мы двинулись к нашим актёрским вагончикам.

— Это нам ещё повезло, что всего за пять дублей управились. А представь, если бы дублей пятнадцать пришлось снимать? — подбодрил я её.

— Ужас, — аж передёрнуло её, — Ладно бы ещё, если бы лето было, а на холодной земле сидеть сомнительное удовольствие. И даже ведь пледа никакого не дали подстелить. Всё должно быть достоверно, видите ли!

— Угу, — согласился я с ней, и широко зевнул, прикрыв рот ладошкой. Мидори тоже зевнула одновременно со мной, мы переглянулись, и рассмеялись.