Чтение онлайн

— Обращались хорошо, — пожала она равнодушно плечами, — Вежливо. Мы долго добирались до Японии каким-то кружным путём, только два дня назад прибыли, меня заселили в хорошую гостиницу, и попросили не выходить, пока они не убедятся, что всё нормально, и сюда не приехала мафия искать меня. Охраняли. Сегодня сказали, что всё проверили, ничего подозрительного не нашли, и меня отпустили. А почему ты спрашиваешь?

— Да так. Для общего развития, — мрачно ответил я, вышел из кухни, и пошёл к себе.

В комнате я прямо в одежде рухнул на заправленную кровать, бросив рядом рюкзак, и уже собрался провалиться в сон, как вдруг вспомнил про подарок Симады. Там у меня не было времени особо его рассматривать, так что я решил прямо сейчас посмотреть на него, и достал шкатулку с набором для каллиграфии из рюкзака.

— Интересно, зачем он мне его подарил? Только в память о моём деде, или в этом есть ещё какой-то смысл? — размышлял я, перебирая её содержимое — несколько разных кисточек, с украшенными изящной резьбой деревянными ручками, в специальном футляре из чёрного дерева, чернильница из какого-то камня, палочка твёрдой туши, камень для растирания. Я внимательнейшим образом изучил всё содержимое шкатулки, но никаких подсказок не нашёл. Почему-то я думал, что тут где-то должна была быть выгравирована подарочная надпись от Симады моему деду, но ничего, даже обычной подписи, не было.

Я убрал набор обратно в шкатулку, и лёг спать, продолжая гадать о том, что же могло связывать таких разных людей, как главу крупной корпорации и ректора института? Чем мой дед мог помочь Симаде? Но на ум так ничего и не пришло, и я провалился в сон…

— И что за сюрприз ты приготовила? — с интересом спросил я у Мидори, сев рядом с ней в машину, на которой она заехала за мной после обеда. В этот раз она решила взять полностью на себя организацию нашего свидания, и сказала, чтобы я был готов к четырём часам дня.

Меня полностью устроило, что мне ненужно было заранее самому выезжать за ней, потом ещё час, а то и больше, ждать, когда она закончит собираться, что превращалось в пустую трату времени. А тут всё идеально прямо получалось. Мало того, что у меня половина дня свободна была, так ещё и ждать никого не надо будет — сел в машину, и поехали. Красота.

Мать с утра пораньше умчалась к Мичико, перед отъездом ещё раз попробовав уговорить меня поехать с ней, и я ещё раз ответил ей отказом.

Я же сбегал на пробежку, потренировался, а потом на пару часов засел за мангу, которые плавно перетекли в четыре часа за планшетом, и отвлек меня от работы только телефонный звонок.

Я уж подумал, что это Мидори звонит сказать, что уже едет, но нет, там оказалась глава моего фанклуба, которая сообщила, что изучила присланный моим адвокатом договор об оказании услуг, замечаний у неё не оказалось, а потому она сразу подписала его и готова приступить к работе прямо сегодня.

Я решил, что тянуть тогда больше с этим не буду, и согласился на то, чтобы уже сегодня одна из девушек фанклуба поехала с нами на свидание, и сделала несколько фотографий нас с Мидори. Предварительно я, естественно, созвонился с Мидори, чтобы узнать, не будет ли она против того, что на свидании мы будем втроём, и нас там немного пофотографируют. Она не возражала, так что сейчас за нашей машиной ехало такси, в котором сидела наш папарацци, которую звали Томико-тян. Именно так она попросила нас называть её.

— Имей терпение. Скоро узнаешь, — улыбнулась мне Мидори, и положила голову мне на плечо, — И считай это моим извинением за то, что вчера я не смогла уделить тебе внимания, из-за чего тебе пришлось скучать на этом дне рождения.

— Не знаю, что ты задумал, но можешь считать, что твои извинения приняты, — улыбнулся я, глядя в окно. Сейчас было уже понятно, что мы едем куда-то в сторону залива, и ещё через несколько минут я окончательно убедился в этом, когда мы въехали на Радужный мост, являющийся одной из достопримечательностей Токио, и соединяющий район Сибура с искусственным островом Одайба, который был одним из самых популярных мест для туристов в Токио.

Остров славился своими торговыми центрами, парками, панорамными видами на город, и многим другим. Тут где-то даже копия статуи Свободы была! Пусть и поменьше, чем оригинальная. Я даже подумал, что понял, зачем Мидори меня сюда привезла, и мы будем гулять по острову, но промчавшись по мосту, мы не остановились, а продолжили ехать, и затормозили лишь тогда, когда подъехали к какому-то причалу.

Я вышел из машины, открыл дверь Мидори и подал ей руку, помогая ей выйти, и лишь затем огляделся по сторонам, полной грудью вдыхая освежающий морской воздух.

Рядом с причалом на воде покачивался белоснежный теплоход с большими панорамными окнами и открытой верхней палубой. На борту играла ненавязчивая японская мелодия, доносившаяся из скрытых динамиков.

Рядом с ним, на причале, собралась небольшая группа будущих пассажиров, которые ожидали, когда их начнут пускать на борт, и фотографировались на его фоне.

— Ну, что? Готов к приключениям? — улыбаясь спросила Мидори, взяв меня под руку, — Надеюсь, ты не страдаешь морской болезнью, так как скоро мы отправимся с тобой в плавание.

— С тобой — всегда готов, и нет, не страдаю. Вроде… — с сомнением закончил я, так как ни в той, ни в этой жизни я на теплоходах не катался, кажется… Может, Сайто и плавал, но я в его воспоминаниях этого не видел.

— Нашла! — радостно крикнула тут Томико, подбегая к нам, — А я уж думала, что мы с таксистом вас потеряли. Уже хотела главе звонить, чтобы она узнала, где вы. Мы же контактами не обменялисью Можно я вас сфотографирую на фоне теплохода? И мы что, на морскую прогулку отправимся? — тут же закидала она нас вопросами.

— Мы-то да, отправимся, а насчёт тебя… А у тебя разве есть билет? У меня их только два для нас Сайто, лишнего нет, — развела руками Мидори, с лёгкой улыбкой глядя на девушку, — Если ты собираешься плыть с нами, то тебе лучше за билетом бежать, а не нас фотографировать. И как можно скорее! До отплытия осталось минут десять всего.

— Ой! — пискнула Томико, и умчалась к кассам.

— Может, надо было мне ей купить билет? — с сомнением спросил я, — Всё-таки, она, по сути, не отдыхать едет, а работать.