Чтение онлайн

Я отогнал от себя всякие тупые рассуждения ни к селу, ни к городу, содрал с шеи мертвого Бека дробовик и повел Натаху к двери в подвал. Придерживая на всякий случай за локоть. Но она с каждым шагом шла все увереннее. Эх, девка-кремень просто! Офигеть у нее живучесть, я еще когда ее от столба на площади отвязывал, удивился, с какой скоростью она пришла в чувство. В смысле, физически, а не морально.

— Куда они загнали грузовик? — спросил я.

— Первый гараж от ворот, — ответила Натаха. — Справа, если лицом к дому стоять.

— Ага, — кивнул я. — Так, жди здесь, я спущусь в подвал за Бюрократом.

Сквозь ор и шум пробился громкий вопль Матонина:

— Не сметь убивать медведя! Не стрелять, слышали, недоноски? Сеть тащите! Сеть!

Отлично, всем есть, чем заняться. Вообще была еще одна маленькая проблема. Точнее даже две — часовой на вышке и силуэт оружия, подозрительно напоминающего пулемет. И ворота. Запертые ворота. Допустим, местный автомобиль мне сдвинуть с места удастся. Вряд ли они чем-то так уж сильно отличаются от автомобилей, к которым я привык. По общим очертаниям грузовики, которые я видел, напоминали устаревшие модели наших машин. Годов примерно шестидесятых. Ладно, проблемы решаем по мере поступления.

Я скатился по лестнице в подвал, там, ясное дело, абсолютная темень. Кажется, камера Бюрократа крайняя справа. Наощупь по правой стене я подобрался к двери. Распахнул ее. Засов так никто и не задвинул, значит никто пока не обнаружил то, что я сбежал. Это была отличная новость, но времени у нас все равно оставалось меньше и меньше. Исчезновение Натахи из колодок заметят гораздо быстрее.

— Бюрократ! — громким шепотом позвал я. — Ты где там?

— Богдан? — отозвался Бюрократ. — Что там происходит?

— Все под контролем, — говорю. — Ты, главное, не тормози! Дверь найдешь?

Через несколько долгих и мучительных секунд моего локтя коснулась рука бюрократа. Я ухватил его за ладонь и поволок к выходу.

Так.

Мы снаружи. Перевести дух. Теперь вдоль сараев к тому гаражу, на который указала Натаха. Я впереди, за мной Бюрократ, Натаха замыкающей.

— Бюрократ, ты машину водить умеешь? — спросил я его через плечо. Он буркнул что-то неразборчивое. Ладно, на месте разберемся!

Роль гаражной двери играл полог из брезента. Сначала я этот момент как-то не отсек, но на самом деле нам на руку. Не будет возни с открыванием, этот «Руссо-Балт», как я успел заметить, все-таки был далеко не танком. Так, пикапчик класса «фермерский шик».

Я поднырнул под брезент, придержал полог, пропуская внутрь Натаху и Бюрократа.

Перевел дух. Сделал пару шагов вперед, уперся в гладкий холодный бампер машины.

Темно было, как у негра в жопе опять. Брезент перекрыл даже самые чахлые источники света. Теперь надо было наощупь разобраться в незнакомой машине. А у меня даже сраных спичек нет, чтобы хотя бы приборную панель рассмотреть.

Из груди вырвался нервный смешок.

— Что? — шептом спросила Натаха.

— Как думаешь, здесь могут быть спички? Или фонарик какой-нибудь? — спросил я.

— Обычно в гаражах есть полки с инструментами, — ответила Натаха. — Там может быть что-то такое, надо поискать. Она проскользнула мимо меня, коснувшись моего бока правым бедром. Сердце мое забилось быстрее, хотя куда уж, казалось бы, быстрее-то?

Тут полог зашуршал, и в гараже резко стало светло и тесно.

— Не это ищете? — сказал Гиена, державший на вытянутой руке керосиновую лампу. И заржал, как всегда. Сипло и похоже на кашель.

Вместе с ним был Мирза и еще какой-то из Беков.

— А я вам говорил, что зря вы этого мозгляка без присмотра оставили, — снова заговорил Гиена.

Такая себе ситуация. Я целюсь в живот Мирзе, Мизра целится в меня, и второй Бек тоже целится в меня. Дробовик Гиены за спиной. Бюрократ испуганно вжался борт грузовика.

— Слушай, Мурзик, — сказал я, и тут же дал себе мысленного пинка. Вот зачем я пытаюсь его задирать? Ситуация-то так себе! Но поделать с собой ничего не мог, у этого Бека так смешно лицо перекашивало, когда я его Мурзиком называл... Так что я кашлянул и повторил. — Слушай, Мурзик, давай не будем накалять ситуацию и поговорим, как взрослые люди. Опустим оружие, обсудим всякие шероховатости...

— Закрой свой рот, — сквозь зубы процедил Мирза. — Бросай ружье и поднимай руки над головой. И тогда я может быть позволю тебе дойти до подвала на своих ногах.

— А если нет, то что? — я повел стволом дробовика, как бы напоминая, что у меня он тоже есть. — Дай угадаю, если твой хозяин завтра обнаружит, что ты не справился с простой задачей сохранить пленника целеньким, чтобы он мог задорно на арене подраться, то он же, наверное, рассердится, да? — я подмигнул. — И например, отрежет тебе яйца, заставит их поджарить на сливочном масле и сожрать, с аппетитом причмокивая, верно, Мурзик?

Мирза злобно оскалился и сжал зубы так, что казалось, что они вот-вот потрескаются. Похоже, я был недалек от истины.

Второй Бек сказал что-то вполголоса на своем языке. Мирза что-то односложно ему ответил.

— А еще может быть, он тебя заставит вместо порченного пленника на арену выйти, а? — я снова подмигнул. — Или может... Хотя зачем я пытаюсь что-то тут придумать? Моей больной фантазии не хватит, чтобы представить себе, что за наказание господин Матонин придумает для своего тупого раба.

— Я не раб моему брату Юрию! — отчеканил Мирза, хотя голос немного потерял в уверенности.

— Слушай, Мурзик, — вкрадчиво произнес я, и опять выдал себе мысленный подзатыльник. Вот в этой фразе уже точно не надо было коверкать имя. Все-таки, серьезное предложение хочу озвучить... — Вот ты сам подумай. Целым ты меня не возьмешь. За покалеченного меня тебя накажут. И за беглого меня тебя накажут. Только если я останусь в живых и на свободе, то буду тебе должен. По гроб жизни, можно сказать, обязан. А ты ведь уже понял, что я непростой человек, верно... Мирза?