Чтение онлайн

Он выскочил на дорогу, замахал руками. Грузовик затормозил, из кабины высунулся лысый мужик с сигаретой в зубах.

— Чего надо?

— До полигона подбросишь? — крикнул парень. — Заплатим!

Мужик оглядел нас, хмыкнул, махнул рукой:

— Залезайте.

Мы забрались в кузов, заваленный какими-то ящиками и тряпьем. Грузовик дернулся и поехал дальше.

Кирюха довольно улыбнулся.

— Видал? Контакты!

— Ты тут всех знаешь? — спросил я.

— Не всех, — отмахнулся он. — Но водилы местные меня знают. Я часто тут мотаюсь.

Грузовик трясло на ухабах. Я вцепился в борт, чтобы не вылететь. Запах становился все сильнее — кислый, гнилостный, с примесью химии.

— Приехали почти, — сказал мой спутник, вглядываясь вперед. — Смотри.

Я выглянул из-за борта.

Впереди, насколько хватало глаз, простиралось море мусора. Горы отходов, перемешанных с землей, тянулись к небу, как странные, уродливые холмы. Над ними кружили тучи птиц — чайки, вороны, еще какие-то, которых я никогда раньше не видел. Они кричали, ссорились, пикировали вниз в поисках поживы.

Ветер нес запах такой силы, что глаза начали слезиться.

— Красота! — мечтательно сказал Кирюха. — Добро пожаловать в царство Мусорного Барона.

— Мы на свалке… — проворчал я. — Это и есть то самое место, где мы сможем найти «Знак Вечности»? Ты издеваешься?

— Ты думаешь, это просто свалка? — ответил он, указывая на мусорные холмы. — Хрен там! Это место особенное.

Я прищурился, вглядываясь в бескрайнее море отходов.

— Чем же оно особенное?

— Видишь ту часть, за той горой? — Кирюха показал на запад, где мусор был темнее, будто обугленный, и над ним висела едва заметная дымка. — Там магическая зона. Туда свозят отходы из Академии, из магических лабораторий, от всяких там экспериментов. Неудачные артефакты, зелья, которые взорвались, остатки ритуалов — все это туда. Там же — отходы с мануфактур господина Олима того самого, что обработкой артефактов занимается.

— Разве это законно? — даже я, человек из другого мира, понимал, что такого не должно быть. Замени магические отходы, скажем, на ядерные, и логика будет вполне понятной.

— Незаконно, — кивнул мой спутник. — Но если по закону, то тут строить нужно отдельный полигон, и за прием денег брать больше. А той же Академии это невыгодно. Вот они и договариваются с нужными людьми и сюда вываливают. Хозяину полигона тоже конечно отстегивают. Ну и властям монетками глаза закрывают, чтобы те ничего не видели. В общем, все в выгоде. И даже Мусорный Барон. Понимаешь?

— Не совсем. Причем тут «Знак Вечности»?

— Ну просто же! — глаза парня загорелись азартом. — Там, на полигоне, все это дерьмо смешивается. Утрамбовывается годами. И знаешь, что происходит?

— Что?

— Магия никуда не девается. Остаточная, неправильная, мусорная. Она… Взаимопроникновение происходит, смешивание, переплетается все друг с другом, взаимодействует. Иногда там такое рождается! Новые артефакты, которых раньше не было. Или старые, которые считались уничтоженными, вдруг проявляются снова. А иногда — магические возмущения, аномалии. Там, говорят, такое бывает… ну, сам понимаешь.

— И Барон этим пользуется? — догадался я.

— А то! — Кирюха довольно хлопнул ладонями. — Он там как царь и бог. Знает каждый холмик, каждую ямку. Ходит по этой зоне, собирает артефакты. Рискует, конечно, но без риска и не вытащишь. — Он помолчал. — А я у него эти артефакты скупаю. Сортирую, определяю, довожу до ума — и продаю на черном рынке.

Грузовик затормозил, остановился. Из кабины высунулся водитель:

— Дальше пешком, мужики. Я туда не поеду, фуру жалко.

Мы спрыгнули на землю, и грузовик, чихнув выхлопом, укатил.

— Пошли, — махнул рукой Кирюха, углубляясь в лабиринт мусорных холмов. — Барон где-то здесь. Надеюсь, сегодня он не в магической зоне. А то искать его замучаемся.

Мы побрели, лавируя между мусорными холмами. Кирюха шел уверенно, но я видел, как он то и дело оглядывается по сторонам — то ли ориентиры искал, то ли опасался чего-то.

Через несколько минут мы наткнулись на группу бомжей. Они сидели у костра, разведенного прямо на куче какого-то тряпья, и грели в консервной банке что-то, отдаленно напоминающее чай. Увидев нас, насторожились, но Кирюха сразу поднял руки в примирительном жесте.

— Свои, свои! — крикнул он. — Барона ищем.

Один из бомжей, старик с седой бородой и мутными глазами, прищурился.

— Кирюха, ты, что ли? — прошамкал он. — Давно не видал.

— Дела, дед, — парень подошел ближе, протянул пачку сигарет. — Вот, держи. Угощайся.

Старик жадно схватил пачку, спрятал за пазуху.

— Барон где?

— В свой табор пошел. Он в магическую собирался сегодня идти, — ответил другой бомж, помоложе, с черным от грязи лицом. — Не глубоко. До Железного Дракона.

Мой спутник выругался сквозь зубы.

— Чтоб его… Когда вернется?

— Не скоро, — отмахнулся бродяга. — Сказал, что завтра скорее всего будет. А может и позже.

— До завтра точно ждать не можем, — шепнул я.

— Придется идти самим.

— Что за Железный Дракон? — спросил я, когда мы отошли.

— Ориентир там такой, — нехотя пояснил Кирюха. — Старая скульптура из металлолома. Местные смастерили. Он на границе магической зоны стоит. Туда еще можно заходить, если недолго. Дальше — опасно.

— А мы далеко пойдем?

— Надеюсь, что нет. — Кирюха вздохнул. — Ладно, пошли. Только смотри под ноги и ничего не трогай. Тут некоторые вещи могут и рвануть.

Мы шли уже минут двадцать, лавируя между мусорными холмами. Кирюха то и дело оглядывался по сторонам, сверяясь с приметами, понятными только ему. Воздух здесь был тяжелым, спертым, пахло химией и гнилью, но сквозь этот запах пробивалось что-то еще — сладковатое, металлическое, от чего начинало слегка кружиться голова.