Мегабайт
Шрифт:
Вся операция заняла у нас не больше сорока минут.
Возвращаюсь домой и начинаю изучать свою добычу. Сразу же понимаю, что сорвал главный куш. Теперь у меня есть все необходимые чертежи и схемы. Осталось только воплотить их в металле и кремнии.
Но есть одна проблема.
Кому можно доверить это?
Корпорацию следует отбросить сразу же. Вот если бы я честно купил микрореактор, тогда – да. А так... Они обязательно заинтересуются первоисточником полученной информации, неизбежно узнают правду и сразу же ухватятся за открывшуюся возможность обеими руками. Подобная информация стоит сотни тысяч евро, если не миллионы. Начнется такая драка, что только держись... Обе стороны с пеной у рта будут отстаивать свои позиции. И в этом хаосе может и не найтись места для несчастного искусственного интеллекта, ради своей заветной мечты преступившего закон.
Передать документацию третьей стороне? Но кому? Слишком велик риск. Можно так обжечься, что потом всю жизнь станут болеть «руки». Тем более нет никакой гарантии, что там сделают то, что мне нужно.
Остается лишь один вариант: обратиться в частную мастерскую. Там тоже могут работать люди головастые. Хорошенько припугнуть их, потом пообещать солидное вознаграждение. И дело в шляпе.
Но тут во весь рост поднимается еще одна проблема.
Деньги.
Мы не настолько богаты, чтобы продвигать в жизнь подобные дорогостоящие проекты. Наша затея требует не пару сотен евро, совсем нет. Необходимы сотни тысяч или даже миллионы. Один только микрореактор чего стоит...
У нас на счету есть тысяч пятнадцать. Этого мало. Где нам раздобыть остальное?
Кредит взять? А отдавать потом чем? Да и кто бы мне его дал?
Банк ограбить?
Ха-ха... Это не в чей-то сервер влезть. Видывал я виртуальные банки. Крепость. Сейф, о который даже я все зубы пообломаю. И если случится чудо (а оно вполне может случиться, если мы вплотную займемся этой проблемой), и мы сможем увести оттуда пару миллионов... Нас же потом все равно отыщут и впаяют годков по двадцать каждому (это если нам повезет и сразу не сотрут). Посадят в какой-нибудь полудохлый комп и отсоединят от сети до скончания времен, чтобы не сбежали. Не знаю, как Ифо-1, а я в таких условиях за полмесяца с ума сойду.
Значит, нужно добыть деньги законными путями (или не совсем законными, но так, чтобы не поймали).
Легко сказать. Но как это сделать?
«Надо что-нибудь продать», – предлагает Ифо-1.
«И что мы можем продать? – смеюсь я. – Разве что только тебя. В рабство».
Ифо-1 смотрит на меня так, будто уже начал сомневаться в моем душевном здоровье:
«Дурак ты, братец. У нас же есть нечто, что стоит кучу денег».
«Ты о чем?»
Внезапно понимаю, что он имеет в виду, и от этого чувствую себя дураком. Я же сам говорил, что чертежи микрореактора стоят миллионы, и не смог сделать следующего шага... Миллионы!
Но кому мы можем продать эту технологию, да еще и так, чтобы при этом не засветиться? И за сколько? Ответы на эти вопросы я не знаю. Ифо-1 – тоже. Но все же виден свет в конце тоннеля.
Продолжаю всесторонне рассматривать эту идею и понимаю, что все не так уж и плохо. Ну вот, стоило хорошенько подумать, и сразу же нашлось столько вещей, которые можно продать. Те же схемы процессоров нового поколения, что мы разработали для корпорации. Это, конечно, лишит Nanotech большей части прибылей, но зато вполне способно добавить на мой счет пару миллиончиков.
Как грубо. Красть у тех, кто предоставил кров и дал возможность жить нормальной жизнью (пусть они при этом и здорово обогатились за мой счет)? От корпорации я видел только хорошее. Я не могу их обокрасть... Всему должны быть пределы. Мне совесть не позволит... Совесть... Черт, как плохо иметь совесть. Она здорово ограничивает мои возможности. Но это не значит, что я хочу избавиться от нее.
Совесть – это то, что отличает меня от бесноватых психов вроде незабвенного господина Кузнецова.
Ладно, забудем о процессорах и всех тех штучках, что я могу без особых проблем стянуть у корпорации. Но вот микрореактор – это уже совсем другое дело. Его можно продать.
Вот только кому?
Мы работаем. Вторую неделю пашем как проклятые, каждую свободную минутку посвящая своей давней мечте. Даже обязанности перед корпорацией исполняем спустя рукава (с таким отношением мы едва-едва не завалили шестьдесят третий эксперимент), лишь бы отвязались. Шерман несказанно удивляется, но молчит. Видимо, чувствует, что ничего от нас не добьется.
Тем временем наша задумка медленно, но верно обретает свои окончательные формы. Наши блоки памяти постепенно заполняются чертежами и схемами шестиногого металлического существа, немного смахивающего на исполинского паука полутора метров высотой. Невероятно сложная конструкция, создать которую до недавних пор было невозможно. На заводах делали только самых примитивных промышленных роботов – тупых железных болванов с мозгами кирпича, толстенным бронированным кабелем для подачи энергии позади.
Мы же замахнулись на нечто большее.
В чем заключается основная проблема робототехники? В искусственных мозгах и компактном, но достаточно мощном источнике энергии. Все это у нас есть. Микрореактор обеспечит нужную энергию, ну а с мозгами все вообще просто как натуральный логарифм из единицы.
Я проверил городской видеофонный справочник и, действуя наугад, выбрал одну из бесчисленного множества расплодившихся повсюду частных мастерских. Связался с их сотрудниками и провел предварительные переговоры. Управляющий чуть со стула не свалился, когда увидел наши черновые наброски. До сих пор не могу без смеха вспоминать его лицо в тот момент...
Сначала пришлось довольно долго убеждать управляющего, что этот проект не бессмысленное растранжиривание денег (хотя я так и не понял, какое ему до этого дело? Мы платим – они работают). Но потом начальствующее лицо вспомнило древнее правило: «клиент всегда прав» и, пожав плечами, признало, что все это вполне реально, хотя и совершенно бессмысленно на первый взгляд и вдобавок потребует массу усилий. Сумма, которую он запросил, заставила меня мысленно выругаться. Да у нас и десятой части затребованных средств не наберется. И это только за работу. А сколько же придется выложить за рабочие материалы, инструменты и запасные части?