Механик
Шрифт:
– Свадьбы не будет, Аня, – звучат они, и я, всхлипывая, резко тяну в себя воздух.
– П–почему?..
– Может, ты все–таки, подойдешь?
Приблизившись, нерешительно встаю в полуметре от его разведенных ног. Я все еще осмысливаю то, что он сказал и никак не могу этому поверить.
Потянувшись, Матвей рывком притягивает меня к себе и прижимается лицом к груди.
– Я, пи@дец, как устал, Принцесса и я нихрена сегодня не ел… Накормишь?..
– Да…
Поднявшись, он идет следом за мной в наш домик. Я молча включаю чайник, достаю пирог с курицей, что Наталья еще перед отъездом для нас испекла, фрукты, хлеб, сок, маршмеллоу Марго и воздушную кукурузу.
– Ты решила скормить мне все, что привезла? – насмешливо выгнув бровь, спрашивает Матвей.
– Ой…
Действую бездумно, потому что я не в себе.
Я растеряна и ничего не понимаю.
Мы, что… мы снова вместе?!..
Матвей сам наливает чай и отрезает себе кусок пирога. Усевшись напротив, наблюдаю, как он ест.
– Как все прошло?
Нахмурившись, он какое–то время сосредоточенно жует, проглатывает, а затем тихо отвечает.
– Она сильно плакала… Я сделал ей очень больно, Принцесса. Она этого не заслужила.
– Ты любил ее?.. – выдавливаю из себя эти слова и, кажется, дышать перестаю в ожидании ответа.
– Она прекрасный человек, и она очень помогла мне однажды… А я ее предал…
– Зачем же ты это сделал, Матвей?.. – выдавливаю из себя.
– Затем, что я эгоист и тоже хочу быть счастливым.
Я больше не могу себе сопротивляться. Соскакиваю со стула и несусь к нему.
– Со мной? – заглядываю в глаза и усаживаюсь к нему на колени.
Совсем как раньше.
– Ну а с кем еще?..
Мое нутро трепещет от восторга. Эгоистично тут же забываю о Веронике и начинаю целовать его лицо.
– Аня–а–а… не смогу я без тебя!.. – забыв об ужине, жадно сжимает меня в объятиях, ловя ртом мои губы.
– И я… только ты…
– Подожди–ка… – сказав это, отклоняется в сторону и лезет в задний карман джинсов.
Достает оттуда два кольца и, положив их на стол, выбирает меньшее по размеру.
– Не снимай больше, – с этими словами надевает его на мой безымянный палец.
– Ты его сохранил… – шепчу потрясенно, – почему?!
– Не спрашивай, я и сам не знаю.
Кладет второе кольцо в мою ладонь и расправляет свои пальцы. Трясущимися руками кое–как надеваю кольцо и тут же прижимаюсь лицом к его шее.
– Я люблю тебя, – шепчу, шевеля губами по коже.
– Это взаимно, Принцесса…
Эпилог.
Матвей.
– Дядя Денис, сколько тебе лет? – накручивая на палец кончик светлого хвоста, спрашивает Марго.
Только этого мне не хватало…
Скрипнув зубами, направляюсь в сторону вальяжно развалившегося на моем диване Дена. Глядя на меня с победным видом, довольно ухмыляется. Засранец.
– Он слишком старый для тебя, доча. Подрастешь, мы тебе кого–нибудь посвежее найдем.
– Он не старый, пап! Он взрослый!
Меня аж передергивает. Похоже, в фанклубе Дена пополнение.
– И у него сочная задница!.. – выпаливает она, но, увидев наши вытянувшиеся рожи, сразу дует губы, – так тетя Эля сказала…
– Так и сказала?! – друг тут же оживляется и весь, подобравшись, подается всем корпусом в сторону сидящей верхом на подлокотнике дивана Марго, – а что еще она обо мне говорила?
– Ден, завязывай! – рычу я.
– Да, подожди ты! – отмахивается он, – ну, так что, Ритуль?..
– Она сказала…
– Что?.. Что она сказала?..
Марго поднимает на меня нерешительный взгляд и спрашивает:
– Папочка, ты не будешь ругаться?..
– Не будет! – отвечает за меня Ден.
– Она сказала… что ты… мудак редкий…
– Редкостный… – пряча улыбку в кулак, поправляю я.
– Ну, да… так и сказала...
Ден, стиснув челюсти, откидывается на спинку дивана, а я присаживаюсь на корточки перед дочкой.
– Рит, ты же знаешь, что это плохие слова?
– Знаю, папочка, – невинно хлопая ресницами, сразу начинает ко мне подмазываться, – но дядя Денис обещал, что ты ругаться не будешь.
– Ты лучше сестрице своей объясни, что при детях выражаться нельзя, – подает он голос, – при чем тут Марго?
Объясню… Я, бл@дь, так объясню, что она месяц сидеть не сможет.
Хлопает входная дверь, и прихожая дома вмиг заполняется гамом, шумом и суетой.
– Что вспомнишь, то и…
– Заткнись… – цежу сквозь зубы и иду встречать сестру.
– Тетя Эля! – визжит Марго, с ходу на нее заскакивая.
– С Днем Рождения, егоза! – смеется та, целуя ее щеку, – принимай подарки!
Дверь снова открывается, и в дом входит высокий брюнет с кучей подарочных пакетов в руках.
– Это мне?! – прижав руки к груди, выдыхает дочка.
– Тебе – тебе… – приговаривает сестра, опуская ее на пол.
Вопросительно подняв бровь, смотрю Эле в глаза. Она не предупреждала, что будет не одна.
– Эмм… Это Славик…
Славик укладывает ношу на пол и протягивает мне руку.
– Вячеслав, – басит он.
– Матвей.
– Это мой друг, – поясняет Эля, расстегивая белую меховую безрукавку.
Что–то припоминаю. Кажется, она пару раз упоминала это имя, но тогда я не заострил на этом внимания. У нее этих друзей батальон.
– Здрасти, – доносится сзади, и все мы синхронно поворачивает туда головы.
В дверном проеме, подперев его плечом и сложив руки на груди, стоит Ден. Чернее тучи.
– А ты говорил, будут только свои, – бормочет Эля, скидывая кроссы.