Механик
Шрифт:
– Мам!!! – приветственно вскрикивает Марго и, соскочив с турника за беседкой, торпедой несется на меня.
– Соскучилась? – смеюсь, обвивая ее руками.
– Ага… Темка и Глеб уехали… я весь день одна…
Забираю из машины сумку и следую за ней в дом. От ее фигурки, выплясывающей впереди меня, рябит в глазах. В ее одежде столько разных цветов, что, кажется, ее обернули в радугу.
– Эля не звонила?
– Звонила! И папа звонил, сказал, что сегодня не сможет приехать.
Вот и отлично. С глаз долой – из сердца вон. Завтра в обед мы уезжаем на озеро, а значит, в ближайшую неделю его не увидим.
Напишу ему сообщение завтра перед выездом.
Вечер проходит в сборах. Марго носится как угорелая, набивая рюкзаки игрушками и всем, что попадается под руку.
– Ритуль, ролики тебе там не пригодятся… и зимняя шапка тоже…
– А нарды?..
– Возьми, – соглашаюсь я.
Проходя мимо комода, замечаю на экране телефона непрочитанное сообщение от Матвея.
Глава 32.
«Привет. Я сегодня приехать не смогу, работал допоздна».
Из горла вырывается громкий хмык.
Зачем мне эта информация? Она припозднилась как минимум на семь лет. Если бы он раньше, когда я беременная одна сутками на пролет ждала его с работы, писал мне такие сообщения, то возможно сейчас все было по другому.
Отправляю ему сухое «Ок» и, забрав телефон, иду на кухню включить чайник. Мы с Марго сегодня дома одни. Наташа, воспользовавшись, нашим отъездом, уехала на пару дней к подружке на дачу.
Минут через десять мой телефон вновь оживает.
«У тебя все нормально?»
Застывшим взглядом смотрю в экран. Он сейчас намекает на мою вчерашнюю истерику?..
«Да, спасибо»
«Как прошел твой день?»
Он издевается? Зачем он это делает? Лезет на мою личную территорию. Это никак не относится к Марго!
И его невеста! Он строчит мне сообщения втайне от нее?.. Потому что я точно знаю, ей бы это не понравилось!
Оставив сообщение неотвеченным, завариваю себе чай с ромашкой и, оставив его остывать на столе, иду укладывать дочку. Обычно она сама засыпает около десяти вечера, но сейчас, взбудораженная, может скакать и прыгать до ночи.
Вернувшись в кухню через двадцать минут, нахожу в телефоне непринятый вызов.
От Матвея.
Что ему от меня надо?
Не успеваю додумать, как смартфон в моей руке начинает вибрировать.
– Да?
– Аня, ты дома? – его хрипловатый голос разгоняет по телу мурашки.
– Дома…
– Я хочу видеть Марго.
– Ты на часы смотрел, Матвей? – стараясь не повышать голоса, говорю в трубку, – она уже спит.
В динамике шумит его тяжелый вздох.
– Впустишь меня?
– Куда?..
– Открой дверь.
Словно загипнотизированная, прохожу по коридору и открываю входную дверь. Влетевший в прихожую легкий ветерок приносит с собой его запах.
Прижав руку с телефоном к груди, смотрю, как Матвей стоит на нашей террасе, подпирая бедрами перила.
– Ты поздно…
– Знаю… прости…
Оттолкнувшись, он подходит ближе.
– Можно я посмотрю, как она спит?
Его близость путает мысли.
Вместо того, чтоб отправить Матвея домой к невесте, я несколько раз согласно киваю и отступаю, чтобы пропустить его в дом.
Он проходит мимо, слегка задевая меня предплечьем, бесшумно разувается и скрывается в ванной, очевидно для того, чтобы вымыть руки.
В отупении наблюдаю, как, тихо приоткрыв дверь детской, Матвей заходит внутрь.
– У нее чуткий сон? – спрашивает он, когда я останавливаюсь за его спиной.
– Нет, она крепко спит.
Тусклый свет ночника золотит щеку Марго и делает ее лицо настолько невинным, что она становится непохожей саму на себя. Разметавшиеся по подушке светлые волосы и приоткрытый ротик делают ее младше на пару лет.
Я усаживаюсь на небольшой диванчик в виде крокодила и Матвей, заметив это, садится рядом.
Диван не рассчитан на двоих, особенно взрослых, поэтому плечо и бедро бывшего мужа оказываются прижатыми к моему телу.
Двигаться мне больше некуда, слева от меня только большая зубастая голова. Сглотнув вязкую слюну, пытаюсь натянуть на колени полы короткого шелкового халата. Это не остается для Матвея незамеченным. Пройдясь взглядом по моим ногам, поднимает его к вырезу халата на груди и спешно отводит в сторону.
– Мы завтра уезжаем… – сообщаю ему, указывая кивком головы на три рюкзака, сваленные в кучу у кровати Марго.
– Куда?
– На озеро… на пять дней…
– С кем? – немного повернув голову в мою сторону, требовательно спрашивает Матвей.
– Вдвоем, а что?..
Мне претит оправдываться и в чем–то отчитываться перед ним. Если Марго он отец, то мне он никто.
– Вдвоем на озеро? Ты и маленькая девочка?.. – шипит в тишине его голос.
– Там турбаза… «Ника»… – шиплю в ответ, – и мы, вообще–то, с ней каждый год ездим отдыхать вдвоем!
– Почему меня не предупредила?
– А сейчас я что делаю, по–твоему?..
Сжав челюсти, он напряженно смотрит в мои глаза. Так близко, что я чувствую его теплое дыхание на своем лице. Подавляю дрожь и зажимаю ладони между коленями.
– Она плавать умеет?..
– Конечно, умеет! Она с трех лет ходит в бассейн... И я никогда не оставляю ее без присмотра!
Чего он злится? Считает меня плохой матерью, что ли?
– Послушай, Матвей, – вздыхаю, снова расправляя на коленях ткань халата, – мы как–то жили без тебя все эти годы…