Механизм пространства
Шрифт:
Но его лучи тщетно боролись с наваждением.
Тайное чутье подсказывало Огюсту: туман накрыл только «Клоринду». Сядь в шлюпку, отплыви на четверть кабельтова от шхуны – и попадешь в ясное утро.
– Все сказали? – Гарибальди дождался, пока ропот утихнет. – А теперь слушайте меня, вашего капитана. Я обещал доставить пассажиров в Ниццу, и я это сделаю! Какие бесы? Поповских сказок наслушались?! Эти достойные синьоры – такие же люди, как и вы. Вот вам мое последнее слово: вы складываете оружие и расходитесь по местам. А я забываю о вашем бунте. Или кто-то хочет на рею? А? Не слышу!
– Эдак мы приплывем к сатане в зубы, – хмурясь, буркнул рябой моряк с серьгой в ухе. Это он заменял оставшегося в Париже боцмана. – Мы не хотим ссоры, капитан. Дайте им шлюпку…
– Верно!
– Пусть катятся!
– Святой Антоний! Мне являлся Святой Антоний! Перед рассветом!
Из толпы вывернулся молоденький юнга. Он тараторил, брызжа слюной, глотая слова и отчаянно жестикулируя. По словам парня выходило, что почтенный святой грозил ему огнем геенны. Не стесняясь в выражениях, Антоний требовал избавить «Клоринду» от «выблядков Сатаны». Предложенные святым методы избавления отличались разнообразием и редким отвращением к гуманизму.
– …а иначе мы погубим наши бессмертные души!
Команда с одобрением зашумела.
– Молодец, Паоло!
– За борт бесов! – кто-то долбил в одну точку, как дятел.
– В шлюпку их!
– А нет – сами в шлюпки сядем. И – arrivederci! [18]
– Плывите к чертям в ад!
– Вот и черти! На вантах!
– Mamma mia…
Из тумана соткалась дюжина бесенят отвратительного вида. Они носились по снастям, корча гнусные рожи, плюясь и делая непристойные жесты. Натешившись, бесенята ускакали во мглу.
18
До свиданья! (итал.)
– Позвольте мне? – Эрстед наклонился к уху капитана.
– Как хотите, синьор. Лично я бы не советовал.
– И все же попробую, – полковник вышел вперед. – Господа, я знаю, вы считаете нас пособниками дьявола. Словами вас не переубедить. Не буду и пытаться. Вы уверены, что «Клоринда» проклята?
– Да!
– Берите шлюпку, пока мы не передумали!
По примеру Гарибальди, Эрстед переждал шквал возмущения.
– Проклятие есть, не отрицаю. Но наложили его не мы. Как и вы, мы хотим благополучно добраться до Ниццы. Если «Клоринда» пойдет ко дну – мы погибнем вместе с вами.
– Врешь! Черти не тонут!
– Это ведьмы, дурак, не тонут…
– Le merde! [19]
– А теперь слушайте! – полковник возвысил голос. – Я попытаюсь снять проклятие с «Клоринды». Если у меня это получится – вы сами увидите результат.
– Хитер, ловчила! Сам наложил, сам и снимет!
– Что ж ты раньше не снял?
– Раньше я не знал, как это сделать. А теперь знаю.
– Снимай!
– Хуже не будет!
Эрстед демонстративно повернулся к команде спиной.
19
Дерьмо! (итал.)
– Что вы задумали, друг мой? – спросил князь.
– Снимать проклятие. А что, у вас есть лучшая идея?
3
Подчиняясь Эрстеду, троица «бесов» вернулась в каюту – взять необходимый инструмент. Отпустили их с неохотой. Гарибальди остался на палубе, стараясь на свой лад угомонить команду, гудевшую, как растревоженный улей:
– Idioti! Куда они со шхуны денутся?
– В ад!
– А если и денутся – вы ж радоваться должны! Того и хотели…
Аргументы действовали вяло. Ропот стихал и вновь усиливался, когда какой-нибудь горлопан подливал масла в огонь.
– У нас мало времени. Не стоит долго испытывать их терпение.
Датчанин открыл саквояж и принялся рыться в его недрах. Судя по извлекаемым предметам, саквояж был вместительнее, чем казалось с первого взгляда.
– Вы же не думаете, – спросил Огюст, – что «Клоринда» в самом деле проклята?
– Не думаю. Я в этом глубоко уверен.
– И как мы станем экзорцировать шхуну?
– «Призраки» фон Книгге – это особого рода сгустки. Магнетический флюид, атмосферное электричество, пары воды… Возможно, некая эфирная или животная энергия. Такие образования иногда возникают естественным образом. Их структуру, как правило, нетрудно разрушить – с помощью сильного магнита, поляризованного света, либо электроразряда. Но наш случай – особый. Ага, нашел! Держите.
Он передал Шевалье моток медного провода в изоляции из шелка.
– Боюсь, этого не хватит. Где-то у меня было еще…
Настала очередь толстенного чемодана, который, разинув пасть, напоминал бегемота. Эрстед бесстрашно сунул голову между челюстями монстра.
– …в нашем случае «призраки» оказались стабильнее обычного. Поляризованный свет на них не действует. Ставить опыты с электричеством и магнитами у нас нет времени. Моя батарея не обладает достаточной мощностью. Да и гоняться за каждым Святым Антонием по всей шхуне с электродами в руках – благодарю покорно! Надо найти и вырвать корень безобразия.
– Надеюсь, корень материален? – поинтересовался князь.
– Вполне. Некий предмет, подброшенный на «Клоринду», который Эминент использует в качестве «маяка». До отплытия здесь явно побывал кто-то из его подручных. Помешать нам оставить Париж они не смогли, но «гостинец» подбросили. Теперь с его помощью фон Книгге отслеживает шхуну и, используя «маяк», как фокус линзы, собирает в нужной точке свору «призраков».
– Что за предмет?
Мысля практически, князь привык брать быка за рога.
– Не знаю. Могу лишь предположить, что он невелик и отыскать его будет сложно. Для этого нам понадобился биодетектор Гальвани… Ага, вот и второй моток! Должно хватить. Осталось поймать какую-нибудь морскую живность. Лучше всего подойдет кальмар. Вчера мы видели целую стаю.