Чтение онлайн

– Приветствуем и мы тебя, благородный рыцарь, - едва успел вставить свое слово прежде Кали шляхтич.
– Мое имя - Казимир Выжский, а это - леди Калина из Бржечнича, моя невеста.

Темные глаза смотрели теперь на Казимира, пытаясь проникнуть, казалось, в самую душу выжигского комеса. Содрогаясь внутри, внешне шляхтич с достоинством выдержал испытывающий взгляд хозяина пещеры.

– Ты необычайно удачлив, рыцарь Казимир, - выговорил Морган Штергенссон, не спуская глаз с Казимирова лица.
– Что твоя невеста отважилась вслед за тобой спуститься в эти пещеры. Иначе тебе никогда бы было не разбудить меня, и ты навсегда остался бы здесь, как и остальные до тебя.

Комес и разбойница переглянулись.

– Кто ты?
– Неуверенно осведомилась Каля, сама того не замечая, до боли стискивая руку шляхтича.
– И что значат твои странные слова?

Древний рыцарь обернулся к ней, чуть склоняя голову.

– Я - Привратник, - коротко ответил он.
– Случайно оказались вы здесь, или искали этого места, вам не вернуться назад, и не уйти вперед, если я не открою двери для вас. В царство Горного Короля ведут многие дороги, но ключом к этой могла стать только женщина. Твоему жениху повезло, что ты оказалась рядом, леди Калина. Его поцелуй не смог пробудить бы меня.

Спутники переглянулись вторично.

– Так значит, это правда. Горный Король существует, - словно зачарованная, протянула Сколопендра. Казимир осторожно разделял ее радость.

– Скажи, добрый рыцарь, далеко ли до его царства, и как туда попасть?
– Едва скрывая нетерпение в голосе, спросил он.

Морган Штергенссон, рыцарь Кёльстера с горькой усмешкой покачал головой.

– Не вы первые, кто ищет путей в его царство, - переведя взгляд с одной на другого, пророкотал он.
– Зачем вам Горный Король?

Переглянувшись с Калей в третий раз, комес неуверенно пожал плечами.

– Ведаем, всякой нечисти он судья, - обдумывая каждой слово, пояснил он.
– Просить иду, чтобы рассудил он меня с одной из... подвластных ему... тварей.

– Обидел ты кого из подданных Короля?
– Понимающе прищурился Привратник.
– Если так, то не жди милости, рыцарь Казимир. Повелитель к обидчикам смертным очень строг. На меня посмотри, если не веришь. Давно уж то было, что от дел моих неразумных да забав неуемных пострадала тварь из нечисти, подвластной Королю, да с тех пор сколько столетий уж длится мое наказанье? Сижу здесь в оцепенении в тщетной надежде на девы появление, что подарит мне немного жизни. А после опять - застываю, и вновь в ожиданье.

– А что стряслось-то с тобою, рыцарь?
– С сочувствием спросила Сколопендра, страшась представить для кого-либо подобную участь.
– И когда конец-то мучениям твоим будет, про то ты ведаешь?

– Конец мне только смерть принесет, - медленно проговорил Привратник.
– Только и смерти я не подвластен без решения Короля. Давно, когда предки ваших предков еще не думали появиться на свет, служил я сюзерену моему Витайлу Второму Сильному. Да не столько служил, сколько дни свои проводил в забавах да развлечениях. Молод был я, да беспечен. Не думал о делах своих. Раз, на охоте с друзьями, такими же беззаботными рыцарями, как и я сам, довелось заехать нам в заповедные рощи, что издавна считались запретными для охоты. Да не вняли мы тогда предостережениям ни жрецов, ни предков. И меры не проехали мы, как увидали добычу, показавшуюся нам тогда знатной...

Перед глазами Кали мелькнули и пропали косые солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь густые кроны вековых деревьев, заросли папорота под копытами горячих лошадей, собачий лай и азартные выкрики. И еще - гневный и испуганный взгляд девичьих зеленых глаз...

– Долго гнались мы за той дриадой, - рассказывал меж тем кёльстерский рыцарь, не пряча взгляда.
– Да только не суждено было нам тогда поймать ее да позабавиться, как мы того хотели. Спустя короткое время вырвался конь мой вперед, но поспеть за быстроногой девой я все же не мог. И вовсе неожиданно деревья расступились вдруг, явив крутой обрыв, и вожделенную мою добычу у самого его края. Но не успел я приблизиться к ней, как гневное что-то выкрикнула она, да сама прыгнула вниз.

Казимир бросил короткий взгляд на застывшее Калино лицо.

– А три дня спустя по дороге в замок понесла моя лошадь, - отрешенно и спокойно закончил Привратник, словно не замечая гнева своей гостьи.
– Да так, что не удержался я в седле и пал обземь со страшной силой. Очнулся уж в чертогах самого Горного Короля. За глупость да жестокость мои признал он правоту проклятия дриады, да отправил сюда, вину свою искупать. Лишь смерть может освободить меня от заточения, но наперед должен я получить прощение за дела свои из уст того, в чьих жилах течет кровь дриад. А лесной народ, - впервые за рассказ Привратник криво усмехнулся, - не больно жалует подземные чертоги. Никогда мне не видать дриады, и мука моя - до скончания веков. А может, еще дольше. Сижу тут и не ведаю - что там, наверху, происходит. Может, дриады все уж давно повывелись, сколь их на свете было? А ты, - он медленно повернул голову в сторону Казимира.
– Сам к Королю идешь провину свою перед подданным его раскрывать. Неужто так уверен в правоте своей?

Комес опустил глаза. Разом вспомнились казавшиеся такими нужными облавы на нечисть, которые он проводил в землях своих, да братания с ее исконными врагами - мракоборцами. По-новому взглянул он в измученное, восковое лицо Привратника, затем поспешно перевел глаза на Калю, но не поймал ее взгляда.

– Хуже, чем уже есть, не будет, - пересиливая себя, выговорил он.
– Если отступиться, недолго проживу, да и незачем мне будет тогда жить. Как решит Король, так и будет.

Некоторые люди, как знала Сколопендра, особенно из тех, что на свет появлялись с родовым именем и гербами, умели говорить и двигаться по-королевски, привлекая внимание самым мелким, незначительным жестом.

Когда кёльстерский рыцарь величественно поднялся во весь рост, выглядело это так, словно перед путниками, башня за башней, вырос цельный собор, во всем своем темном великолепии.

– Пусть будет так, - сказал Морган. Слова его заметались между стен, порождая гудящее эхо.

Подобрав щит, рыцарь нагнулся над столом, вытягивая из ножен меч. Длинный клинок прочертил на столе глубокую царапину и гулко звякнул об пол острием. Пол пещеры гудел и содрогался, когда рыцарь подошел к дальней, залитой тенью стене. Подняв меч, Морган ударил в гранит, проводя острием сверху вниз, от потолка до самого пола, разделяя стену надвое.

На месте удара вначале слабо, а затем, набирая силы, разгорелась узкая полоса. Со стоном, идущим из самой толщи камня, стена подалась в разные стороны, разделяясь на две створки. Изнутри пыхнуло жаром, запахом нагретой смолы и серы. Прглядевшись, шляхтич увидел слабое свечение, идущее от стен. Похоже, путникам не грозило заплутать в темноте. Штергенссон, выполнив предназначение, отступил в сторону. Меч он поставил между ног, тяжело оперевшись на рукоять обеими ладонями.