Чтение онлайн

Но существовали еще и специальные прогулочные седла, которые вмещали до пяти седоков. Впрочем, в гвардейском драконарии таковых не было. За ненадобностью…

Сило-Нумо очень обрадовался, завидев Томми, завозился радостно, а на Дари покосился с подозрительностью. Но Томми его успокоил:

— Это свои, Сило-Нумо, свои… Ее зовут Дари, теперь она наша подруга. Мы просто хотим прокатиться…

И Сило-Нумо его понял. Он подставил крыло, позволив седокам взобраться по нему и сесть в седло. Томми крепко пристегнул Дарии на заднем месте и проверил натяжку — чтобы ладонь туго входила под ремни. Он это сделал на автоматизме, как учили, но вдруг густо покраснел, когда почувствовал под своими пальцами упругую грудь девушки.

— Извини… — сказал он.

Дари не ответила. Скорее всего она и не поняла, за что извиняется перед ней левый фланговый. Весь вид ее выражал нетерпение и предвкушение. Томми прекрасно ее понимал. Нечто подобное испытывал и он сам перед своим первым полетом.

Дракон-мастер Ривз потянул рычаг, и крыша над стойбищем неторопливо раскрылась. Томми даже не пришлось использовать поводья, он просто хлопнул дракона по шее и сказал: «Вперед, Сило-Нумо», и боевой ангел его понял. Он расправил крылья, мягко оттолкнулся задними лапами от пола, и в следующее мгновение они уже были в воздухе. Огромное помещение драконария отползло назад и пропало из вида, а вскоре они увидели прямо под собой и заведение Лютого Микка, где в эту самую минуту пировали и веселились их друзья.

— Уи-и-и! — закричал Томми, заставив Сило-Нумо на бреющем полете пронестись над самой крышей таверны.

Дари у него за спиной восторженно взвизгнула. А Томми по большой дуге обогнул центр столицы, полеты над которым были строго запрещены, и направил Сило-Нумо к окраине. Они пролетели над школой медикусов, где уже не было ни души в это час, потом пересекли весь Полуостров и скользнули на самой «калиткой самоубийц», около которой тоже не наблюдалось очереди из желающих спрыгнуть вниз.

А потом как-то сами собой вылетели за пределы летающего острова, несущего на себе всю Небесную Столицу. Даже сквозь ветер в ушах Томми услышал, как охнула позади него девушка, и понимающе усмехнулся. Здесь все охали в первый раз, и это было нормальной реакцией.

Летающий остров Столицы по форме был похож на прямоугольник с волнистыми сторонами, в одном из углов которого торчал округлый отросток Полуострова. Длина большей стороны острова составляла почти тридцать миль, меньшей — около двадцати, и парил он на высоте двух миль над земной поверхностью. Толщина острова была около мили, и нижняя его поверхность не являлась плоской — скорее напоминала перевернутую вниз головой гору. С «вершины» это горы свисал длинный иззубренный «киль».

Низкие облака плавали снизу, а высокие парили сверху, порой же в остров «въезжало» облако, оказавшееся на той же высоте, и тогда город погружался в густой туман.

Повсюду — слева, справа, чуть выше или чуть ниже — висели в пространстве такие же острова. До самого ближнего из них и одновременно самого маленького — менее мили в поперечнике — было совсем рукой подать, и к нему был даже перекинут мост, по которому сновали туда-сюда конные экипажи. Островок это назывался Сантрос, и представлял он собой жилой квартал для состоятельных граждан Столицы. Но среднее расстояний между летающими островами составляло пятнадцать миль, и уже до них можно было добраться либо на драконах, либо на пассажирских дирижаблях…

Томми сделал круг над Сантросом, поднырнул под рейсовый дирижабль, а потом повел Сило-Нумо круто вниз на огромной скорости. Они прошили тонкий слой облаков и сразу оказались в вечерних сумраках подоблачного мира. Внизу раскинулись поля и леса, вдали слева и справа виднелись горы с покрытыми снегом вершинами, за которыми серебрился Восточный Рифт. Томми сразу направил дракона к одной их них, Пику Богов, потому что точно знал: тот, кто хоть раз увидит вблизи эту вершину, уже никогда ее не забудет…

Он дважды сделал круг над самым пиком, а потом заскользил вниз над склоном, вспугнув при этом семейку горных козлов. Пролетев немного по-над рекой, которая называлась Утренница, Томми свернул к Спящему Миру. По всему периметру его охраняли сторожевые отряды Энскардии, и у Томми сейчас не было допуска, чтобы пройти за периметр, но он знал, как обойти этот запрет. Пешком по земле сделать это было невозможно, но если у тебя есть дракон, то и невозможное становится возможным.

С юго-востока Спящий Мир закрывали высокие отвесные скалы, преодолеть которые было не под силу даже горным козлам, снующих здесь, казалось бы, повсюду. Потому и сторожевых отрядов там не было. Первое время их туда еще доставляли десантными дирижаблями, но после того, как один из них разорвал свою оболочку о скалы, в результате чего погибло полтора десятка легионеров, отряды туда больше не посылали. Все равно охранять те места было не от кого. Где горный козел не пройдет и дирижабль не пролетит — там все-равно не проберется ни одно живое существо. Из тех, у кого нет крыльев, разумеется…

И поэтому Томми направил Сило-Нумо на юго-восток, к скалам. Он посадил дракона на большое плато, закрытое от ветров, расстелил прямо на камнях меховой плащ, который всегда имелся в седельной сумке, и поставил на него припасенную корзинку с фруктами и бутылкой вина.

— Ты хочешь меня напоить, Томми Вектор? — со смехом спросила Дари.

Томми покачал головой.

— Просто маленький пикник перед тем, как я покажу тебе кое-что интересное…

— Весьма заинтригована! — У Дари действительно был очень заинтересованный вид.

Тем временем Томми распечатал бутылку вина, ругнулся из-за того, что забыл бокалы, и вручил бутылку Дари.

— Бокалов нет, придется пить из бутылки, по очереди.

Дари с улыбкой приняла бутылку и сделала глоток прямо из горлышка. Вернула ее Томми. Тот тоже сделал пару глотков, потом разломил пополам брызнувшее соком яблоко, и одну половину вручил девушке. Она откусила, утерла подбородок кулачком.

— Ничего романтичнее у меня в жизни не было, — сообщила она.

— Правда? — Томми улыбнулся. — У меня тоже…

— А когда ты меня поцелуешь, Томми Вектор, левый фланговый? Это будет сегодня?

Томми с трудом проглотил недожеванное яблоко.

— Конечно… — ответил он.

И придвинулся на плаще ближе к Дари. Ее лицо теперь было прямо перед его лицом, он чувствовал ее запах, видел, как бьется у нее на тонкой шее венка. Глаза у нее были закрыты.

— Только знаешь, я должен признаться… Я не очень хорошо умею целоваться…

Дари открыла глаза, рассыпая искорки.

— Я тоже, левый фланговый. Значит, будем учиться этому вместе…