Чтение онлайн

— Но Хозззссяин, он не просссто ссмертный! — вследствие боли и волнения Рептилия верещал громче. — Он едва не превратилсссс Рептилию в ледсссс!..

— Ты — рассказываешь — мне? — по прозрачным пластинкам ногтей колдуна потекла ядовитая ящеричья кровь. Саб-Зиро припомнил: она жжет… но не Шэнг-Цунга. — Рептилия, я приказал в семь раз увеличить мощь Рва, я ставил десять к одному, что его такая-благородная — и идиотская выходка со щитом убьет его, тебя назначил исключительно в качестве запасного варианта — и ты не справился с полумертвым?! Рептилия, ты меня… разочаровываешь!..

Последнее звякнуло кинжалом об ножны. Рептилия завизжал: Шэнг-Цунг погрузил в свежий порез пальцы до первой фаланги.

(Вот как?.. Я, стало быть, мешаю ему… больше Лю? Интересно…)

Внезапно Шэнг-Цунг оторвался от пытки слуги.

— Кто здесь?

Саб-Зиро пригнулся: белый взгляд Шэнг-Цунга сканировал каждый уголок, каждый камушек и трещинку зала. Саб-Зиро вызвал у себя состояние медитативной отстраненности…

(Охотник, я Охотник)

Тень теней. Фантом. На Земле мало кто сумел бы засечь Лин-Куэй. Но колдун рангом повыше…

Шэнг-Цунг повел головой, принюхиваясь. Потом вернулся к истязанию Рептилии:

— Тебе прекрасно известно, что мне необходим Замораживатель. Его душа. Ты позабыл о Раскладе?..

— Нет-ссс!..

— Ты провалил задание, раб. Как мне поступить? — со спокойствием маньяка задал вопрос он.

— Помилуй!.. Хоззсссяин, помилуй-ссс… Рептилия исссправит, Рептилия зажшшиво ссъесссст ззсслого сссмертного… Хоззссяин!..

— Хорошо. Я не убью тебя. Но возмездие обязано следовать, верно?

В правой руке некроманта появился стилет, словно выпавший из пергамента. Шэнг-Цунг поиграл узким ножом, и неспешно, с садистским упоением принялся вырезать концентрические круги вокруг раны Рептилии. Зеленая кровь шипела на каменных плитах, кое-где мрамор дымился. Агонизирующий крик существа был настолько ужасающ, что Саб-Зиро подумал: кем бы ни был этот гуманоид-ящер, он не заслужил такой участи.

Впрочем, выяснить тут больше не удастся. Пока хозяин и слуга заняты, он выскочит незамеченным.

Он сделал шаг.

Недостаточно выверенный.

Саб-Зиро активировал одну из бессчетных ловушек. Четырехрукий идол обрел псевдо-существование, залязгал гранитными клыками. Восьмиметровые конечности задвигались, пытаясь схватить Саб-Зиро.

(Нет!)

Не его день. Невезет. Вот и попался, теперь Рептилия исполнит обещание.

Шэнг-Цунг получит душу, успокоится… как просто.

Саб-Зиро замер, замер и Шэнг-Цунг. В нарушаемой скрежетом механизма паузе тихонько похныкивал Рептилия.

Саб-Зиро сиганул через половину зала, растворяясь в полумраке колонн и коптящих факелов. Воспользовавшись замешательством, Рептилия рванулся из тисков хозяина, по-собачьи отползая от Цунга. Идол грохотал, бессмысленно молотя лапами-дубинами по стенам.

Шэнг-Цунг выругался на древнекитайском, затем произнес Останавливающее Заклятье. Идол застыл в неловкой скособоченной позе.

Шэнг-Цунг быстрыми шагами направился к тому месту, где затаился Саб-Зиро. Колдун склонился над ним, Посвященный Холода глядел в белесое восковое лицо колдуна. Ноздри Шэнг-Цунга вздувались, будто у хищного зверя. Несомненно, он выискивал миазмы страха… Непрошенный гость — крохотный ничтожный кролик.

(тебе известна кара?)

Люминесцентное марево глазниц едва не вперилось в сжавшегося в комочек Саб-Зиро…

Мимо.

Шэнг-Цунг распрямился. Никого. Что ж, Башня порой преподносит сюрпризы.

Он вернулся к его магическому пергаменту, и Саб-Зиро моментально выскочил из зала. Уже снаружи он диагностировал, что не дышал несколько минут и не дышит до сих пор. Он закашлялся.

"Ну, все ведь обошлось. Зато я добыл какую-то информацию".

Он развернулся, возвращаясь в их "гостиную".

Руны волшебного свитка больше не складывались в удобочитаемые строки. Шэнг-Цунг сорвал изукрашенный пергамент с алтаря. Капля ящеричьей крови соскользнула с кончика ногтя, образуя в драгоценном источнике магии круглую коричневую дырочку. Шэнг-Цунг прошипел проклятье в адрес Рептилии, свитка и Древних Богов.

"Вторженца" он больше не искал. С Башней не шутят, а вот она — может всякое. Не угодил он ей, видите ли, вот и пробудила своего голема.

Ничего. Шэнг-Цунг привычен и к более впечатляющим монстрам.

Он мерял шагами залу. Стук собственных каблуков действовал на нервы. Неудачи преследовали его еще с первого турнира и смерти.

Его передернуло. Он не любил вызывать в памяти образы не-жизни.

Итак, ров не уничтожил ледяного воина, и Рептилия завалил свою миссию. Плохо. Очень плохо, отсчет не в его пользу, а в Колоде Таро Шиннока он не сомневался.

— Двое. Огонь и Лед, но Огонь — это Свет, а Лед — Тьма-истинная, не искаженная Шинноком, — вслух проговорил Шэнг-Цунг пророчество Расклада. Один из вариантов… но отнюдь не самый невероятный. В недюжинных способностях монаха Ордена Света колдун уже убедился, а перед Саб-Зиро-старшим как-то спасовали и боги, вряд ли младший далеко отстал от него.

Но в конечном итоге Лю Кэнг и Саб-Зиро — люди. Ничего кроме.

Всего-то пара смертных! Почему они создали столько проблем?!

Шэнг-Цунг остановился перед потрескавшейся фреской, изображающий бой кентавров и шоканов, потирая лоб.

Так. Лю Кэнгом займется крошка-Милина, злобный, словно бультерьер, клон принцессы, зато сама Китана… она опытней ниндзя, но полагаться на нее и ее раскаяние в пользу Империи было бы самообманом.

Оставался второй вариант. Для него придется изменить планы собственно Турнира, но мы ведь не в игрушки Богов играемся, у нас миссия поважнее.

Шэнг-Цунг взмахнул рукой. Это был призыв. Минут семь спустя в зал, оглушительно топая, ввалился нетрезвый Кэйно.

— У тебя завтра дуэль, а ты пьянствуешь, — брезгливо бросил Шэнг-Цунг.

— Да хрен с ним, с Джаксом! Я такими пиво закусываю! — Кэйно привалился к фреске, и Шэнг-Цунг подметил поразительное сходство одноглазого уголовника с шоканами. Вот только пары конечностей да трех футов роста не хватает. — Ну, типа это… Чего звал?

— Кэйно. Я попросил бы тебя. Соблюдать вежливость, — гладко сказал Шэнг-Цунг и от вкрадчивости той Кэйно мигом протрезвел: так колдун говорил перед тем, как начать мучить его… и наказание страшно. Кэйно сглотнул слюну. Прошлый раз за "невежливость" Шэнг-Цунг наслал на него какие-то глюки, от коих бандит чуть не выдрал себе второе глазное яблоко, и выдрал бы, если бы не наручники, пираньями гложущие вены. Повторять опыт не хотелось.