Чтение онлайн

– Есть.

– Когда будешь поить девочку, подлей немного ортиса в воду. Пусть спит. Я с восходом уйду в пустыню, постараюсь добыть еды побольше, на четверых. А вечером – наведаюсь-ка я по старой тропинке к пещерникам. Муравьи после заката спят, кроме немногих дозорных, но их не так сложно обойти. Дорогу я знаю хорошо. Думается мне, Айрис обрадуется моим вестям, да пришлет кого-нибудь, дабы девочку назад проводить.

– Кира нам никогда этого не простит.

– Может быть. Переживем. Зато я себе никогда не прощу, если она уйдет в пустыню и сгинет там навсегда. Да и Правительница, боюсь, нас тогда по головке не погладит. Как считаешь?

– Ты прав, конечно. Но девочку жалко. Богвар смолчал. Женщины! Разве мужчина когда-нибудь сможет их понять? Только что она сама хотела вернуть Киру к бабушке, а теперь вот – «жа-алко». Жалко будет, когда кто-нибудь из охотников наткнется три-четыре луны спустя на ее выбеленные кости. Да поздно будет.

Раймика погладила мужа по голове, совершенно неожиданно спросила о том, что мучило ее весь вечер:

– Как ты думаешь, Редар жив?

Охотник вздохнул. Сам он, честно говоря, не очень в это верил. Этот парнишка слишком опасен был для раскоряк своими знаниями. Огненного разгрома муравьев Богвару не довелось увидеть своими глазами, но даже по рассказам он неплохо представлял себе страшную мощь нового оружия.

Однако расстраивать Раймику он не хотел, и так с вечера глаза на мокром месте.

– Не знаю. Но если раскоряки его связали и унесли на шаре, а не убили сразу, как того, другого паренька, – значит, он им зачем-то нужен. Скорее всего, все дело в этой крегговой науке. Будь проклят тот день, когда я привел парня к норе этого сумасшедшего старика! Раскоряки, наверняка, испугались его огненной смерти. Может, решили узнать секрет – у них это быстро, сама знаешь. Но парень не пропадет, в этом я уверен. Если у него появится хоть какая возможность, он убежит. Ведь беглецы из раскорячьей Долины не такая уж редкая вещь, а? Я думаю, он вернется.

Раймика всхлипнула, обняла мужа и уткнулась мокрой от слез щекой ему в плечо.

– Ну, ну. Не плачь, все будет хорошо. Великая Богиня… Беглецы ее частенько поминают, ты, наверняка, должна знать… Так вот, говорят, она не любит смертоносцев, даже жуков-бомбардиров создала, чтобы прижучить раскоряк. Глядишь, поможет и нашему парню.

Редар проснулся от ощущения человеческого присутствия.

– Кто здесь?

На лоб легла узкая прохладная рука. Редар открыл глаза. Ему снился пещерный город, ночь Первого Дождя, когда все они танцевали под упругими водяными струями. Но сейчас вокруг были лишь склизкие стены и гнилой, застоявшийся воздух.

Рядом с ним сидела Ная, почти не различимая в темноте, лишь блестели ее немного испуганные глаза.

– Всего лишь я, Редар.

Ная сама не понимала, что с ней происходит. Поначалу она действовала разумно и целенаправленно. Она не для того рискнула ослушаться приказа и сохранила жизни странному пустыннику, чтобы он сдох в подземелье от голода или болезни – а потому женщина не только приказала хорошо кормить его и выдать побольше старого тряпья для постели, но и сама часто спускалась, проверяя состояние пленника и беседуя с ним. Но постепенно к обычной прагматичности Управительницы огромным городским хозяйством стало примешиваться что-то еще. Ее почему-то все сильнее тянуло к этому пустыннику, абсолютному чуждому для всего, что ее окружало и к чему она привыкла. Своенравный и непреклонный, он казался ей настоящим мужчиной – не то, что многие ее соплеменники, не способные вообще ни на какие душевные переживания. Даже эта его неприкрытая ненависть к Повелителям, постоянная язвительность нравились ей.

Редар перевернул все ее представления о мире. Молодая Управительница искренне полагала, что предназначение людей – служить смертоносцам, и те, кто этой радости лишены, во многом ущербны и несчастливы. Раньше она была уверена, что «свободные» люди пустыни чем-то сродни диким, не прирученным зверям, что они примитивны и даже отвратительны. Тот же Велиман, например, стал таким, каким он известен всем сейчас, лишь проведя несколько дождей в плену у смертоносцев. Что именно здесь, в Акмоле, он превратился из варвара в настоящего человека, достойного служить Повелителям, в непобедимого мастера войны.

Оказалось, все совсем не так. Редар – простой «свободный», из тех, кого в Долине Третьего Круга презрительно зовут песчаными крысами, – оказался стойким и мужественным. Мало того, дикий и невежественный дикарь смог изобрести новое смертельное оружие, гибельное даже для всесильных Повелителей.

Управители и их помощники являлись особой кастой среди паучьих слуг, Повелители доверяли им, у этих людей с малолетства воспитывались инициативность и цепкий, острый ум. Но с Редаром Нае едва ли не впервые в жизни захотелось почувствовать себя просто женщиной, и она не могла и не хотела противиться этому желанию.

Редар приветствовал Управительницу, как всегда, немного язвительно:

– О, Управительница Ная! Как я рад, что мы встретились снова! Твой Повелитель, я смотрю, никак не может оставить меня в покое.

– Не надо, Редар, – сказала Ная почти просительно. – Мой Повелитель Фефн не посылал меня к тебе. Я же тебе говорила уже: он считает, что ты погиб. Я пришла сама, без приказа. Потому что мне так захотелось.

Ная лгала. Минувшим вечером Повелитель открыл в ее мозгу, что ценный пленник еще жив. Ну, конечно! Как она могла надеяться скрыть от него хоть что-то? Ведь он видит каждую ее мысль, даже те, в которых она сама себе боится признаться.

Как она и ожидала, Фефн не разгневался, а наоборот – похвалил свою верную прислужницу. Теперь, после страшной гибели того неопытного паренька, Редар остался единственным пленником, знающим секрет огненной смерти. Заставить его силой изготовить несколько огненных снарядов – бесполезно, непокорный двуногий скорее умрет, чем подчинится, это Фефну уже стало ясно. Но, может, стоило попробовать другой способ.

Симпатии, дружба, любовь – все это было смертоносцам мало знакомо. Их разум подчинялся холодной логике и суровой необходимости. Поэтому в странном желании сохранить строптивому пленнику жизнь Младший Повелитель усмотрел лишь попытку Наи перевоспитать гордого пустынника. Сделать его еще одним полезным рабом. Правы были мудрые древние смертоносцы: двуногие охотнее служат себе подобным.

Редар почувствовал фальшь в голосе Наи, но расценил это по-своему.

– Ага! Опять «просто проведать»? Кстати, Совсем забыл поблагодарить тебя за мягкую подстилку в моем уютном жилище. – Редар хлопнул ладонью по вороху паутинной ткани.

– Это ведь ты распорядилась. А скажи, за то, что Лези приносит теперь больше еды, я тоже должен благодарить тебя?

– Да, это я приказала.

– О, я так польщен. Ты думаешь, что, чем мягче будет моя постель и чем больше кусок еды, тем быстрее я начну прислуживать твоему раскорячьему хозяину? Я не Сим, Управительница, я от твоих Повелителей столько навидался, что даже за все мясо мира и гору одеял высотой с песчаный бархан не буду лизать их мохнатые лапы.