Мы - до нас
Шрифт:
Печаль-туга и боль-беда,
Да что там – вопль до содроганья!
А я тут – да иль нет?.. Да! Да!!
(решительно)
Когда в реке не знают броду,
В нее с обрыва – и плывут!
(уже окончательно - гридню)
Зови скорее воеводу!
Одна нога чтоб там, другая…
Гридень
(радостно):
– Уже тут!
Гридень выбегает и почти тут же в гридницу входит воевода.
Мономах:
– А говорили, ты со стен не сходишь!
Ратибор:
– Ну, почему же? Иногда схожу.
Мономах:
– Как время только-то на все находишь?
Садись. И я с тобою посижу!
Ратибор:
– Звал меня, князь?
Мономах:
– Да, велю сядь!
И на слов вязь
Время не трать…
Недосуг нам
Тратить свой час
Знаю и сам
Все без прикрас.
Половца стан
Ждет мою месть…
Что там за план
У тебя есть?
Ратибор:
– Волка – по-волчьи надо бить:
Раз! И стрела чтоб в нем торчала!
Мономах:
– Но там – мой сын! Как с этим быть?
Ратибор:
– Мы его выкрадем сначала!
Есть торки. Вид и речь у них -
Не отличишь от ханов даже!
И в половецком – за своих
Они сойдут для сонной стражи!
Мономах:
– На всякий случай, пусть возьмут
Для сына шубу и пусть скажут,
Коль что, мы к княжичу, мол, тут
И эту шубу им покажут!
Ратибор:
– Добро. Они пройдут к шатрам,
И, тихо перебив охрану,
Уходят с княжичем, а там
И мы нагрянем в гости к хану!
Затем всех прочих перебьем,
Никто, поверь, и не проснется!
Ну, а потом, сегодня днем
Мой сын за Итларя возьмется.
Мономах:
– Да, не напрасно чин свой носишь…
Придумал много ты всего!
А много ли на подготовку просишь?
Вот-вот заря…
Ратибор:
– Да ничего!
(торопливо)
Готовы торки, рать готова
Нельзя, ты прав, нам ждать зари!
Ждут одного лишь только слова…
Приказа князя…
Мономах
(пожимая плечами):
– Так бери!
Ратибор
(немедленно поднимаясь):
– Князь, ты пока что и не чаешь,
Что начинается…
Мономах:
– Постой!
За Святослава отвечаешь
Передо мною - головой!
Ратибор уходит быстрым, решительным шагом.
Мономах:
– Стрела умчалась с тетивы…
Да так, чтоб не остановили!
Ну, что Кидан? Иду на вы!
Как мои предки говорили!
Мономах смотрит на летописца, но тот отворачивается.
Мономах:
– Конечно, было бы достойно
В глаза сказать…
(после молчания - гридню)
Жене не говори!
Пусть хоть она поспит спокойно…
Хотя б до утренней зари!
Гридень выходит.
Мономах
(летописцу):
– А ты пиши, что не жалея жизни…
Да что там жизнь, добуквенно пиши:
Князь Мономах сегодня для Отчизны
Не пожалел и собственной души!
Летописец пишет. Мономах в ожидании опускает голову на руки…
Летописец:
– То было время и добра, и зла,
Как, впрочем, всякое другое время.
Короткий мир и войны без числа,
Тепло любви и ненависти бремя.
Всё так же, как века тому назад
И как опять спустя века, повсюду –
В одних местах был словно райский сад,
В других – несладко приходилось люду.
Все также, жизнью дорожа своей,
Болели, торговали, покупали,
Мирились, ссорились, лелеяли детей,
Ходили, ели, бодрствовали, спали….
Как всякие другие времена,
И это время думало, что вечно.
А годы шли, как за волной волна,
За горизонтом тая быстротечно…
Мономах
(слыша стук в дверь):
– Без стука заходи – велю!
Гридень:
– Ух, разыгралась непогода!
Мономах:
– И не тяни, я не люблю!
Что сообщает воевода?
Гридень:
– Всё, торки вышли из ворот
И подползают шито-крыто,
Чтобы потом наоборот
Среди шатров пойти открыто!
Летописец продолжает писать, Мономах – сидеть в томительном ожидании.
Летописец:
– То было время и добра, и зла,
Как впрочем, всякое другое время,
И сеяло в потомков без числа
Оно и злое, и благое семя…
Умней живущие ли тех, кто прежде жил,
Или глупее тех, кто позже будет -
Ответа нет. И я бы не решил
Давать его – грядущее рассудит!