Чтение онлайн

Недели две тому назад он остановился, чтобы сделать сэлфи на фоне одной прикольной рекламы. Он встал возле рекламной коробки и уже вынул смартфон, как тут прямо на его глазах произошла авария. Метрах в пяти от него мотоциклист внезапно подрезал легковушку. Тачка закрутилась, пошла юзом и зацепила еще пару машин. Байкер с ревом укатил, а три машины еще покрутились на дороге и перегородили целых три полосы.

 Никита тут же сообразил, что это прикольный сюжет для Ютуба. Он снимал минут пятнадцать: как на тротуаре собралась толпа, как подъехали менты с мигалкой, а потом и «Скорая», как из побитой легковушки выволокли два тела и положили на асфальт. Водя смартфоном туда-сюда, он искренне наделся, что ему хватит зарядки доснять все происшествие.

Дома он перекачал видео на компьютер, наложил римейк из «Берегись автомобиля», смонтировал крутой клип и выложил его в Сеть. Зачем он это сделал – Никита и сам не знал. Наверное, ему просто нравилось снимать, монтировать и, микшировать. Ну, конечно, он не исключал и возможности слегка заработать на всем этом.

В прошлую пятницу ему вдруг пришел месседж с Ютуба. Оттуда сообщали, что за две недели его клип посмотрело двести тысяч человек, и предлагали продолжить сотрудничество. За передачу авторских прав ему предлагалось получить пять тысяч рублей. Он тут же настрочил ответ и уже через полчаса обналичил бабки. Вот это было, действительно, прикольно!

Он достал смартфон и нашел в Яндексе карту их района. До старого четырехэтажного дома, где жила Тонька, от колледжа было двадцать три минуты пешком.

9

В это двухэтажное здание на улице Первой Революции Скрягину уже довелось заезжать пару раз. Постройка была старой, приземистой и какой-то невразумительной. На плане сверху она была похожа на причудливо изогнувшуюся гусеницу. Фасад, смотрящий на улицу, впечатлял помпезностью евроремнта, но если зайти с заднего двора, то этот же самый дом поворачивался к гостю совсем иной стороной – заброшенной и обветшалой.

Когда-то здесь располагался секретный завод. Лет пятнадцать тому назад предприятие закрыли, а все его здания, в том числе и это, распродали разным хозяевам. Нескладному сооружению, где когда-то испытывали авиационные двигатели, придали новый имидж: фасад отштукатурили, вставили массивную дубовую дверь с позолотой, поставили возле нее двух львов, покрашенных под мрамор и произвели не менее впечатляющие перемены. Яркая неоновая реклама на крыше зазывала в прохожих в развлекательный комплекс «Огонек». Владелец заведения Тельман Исмаилович Мамцуров приходился Скрягину дальним родственником по линии жены.

Когда они встретились тут в первый раз три с лишним года назад, владелец «Огонька» принял Василия Петровича весьма радушно. Скрягин тогда вышел в отставку и искал непыльную работу. Он также остро нуждался в средствах, так как собирался сочетаться законным браком с родственницей Мамцурова. Он был не прочь стать компаньоном будущего свояка, но тот лишь неопределенно сказал: «Всему свое время». В непыльный бизнес Мамцуров его не пригласил, но десять тысяч долларов ссудил без всяких условий.

– Когда сможешь, тогда и вернешь, – уклончиво сказал он тогда.

И вот вчера Скрягину позвонили из приемной Мамцурова и пригласили на встречу.

Василий Петрович припарковал свою белую «Тойоту» за углом бывшего КБ и велел Валику ждать его в машине. Утро было хмурым, под стать настроению директора колледжа. «Черт бы тебя побрал, – без всякого пиетета думал он про дальнего родственника. – С твоими-то доходами мог бы и забыть про эти баксы. Да и я, осел, зачем-то связался с этим кавказцем!»

Скрягин поднялся по массивным гранитным ступеням, открыл дубовую дверь с позолотой и оказался перед рамкой безопасности. Безликий секьюрити в ослепительно белой рубашке проверил его паспорт, что-то произнес в рацию и указал на дверь с табличкой «Только для персонала».

Скрягин пошел по коридору. Чем дальше он шел, тем сильнее колотилось его сердце. Дойдя до нужной двери, он набрал в грудь побольше воздуха и аккуратно постучал.

Юноша-секретарь, служивший в приемной у Мамцурова, вежливо поздоровался с посетителем и кивнул ему на дверь в кабинет шефа.

«Черт!» – снова пронеслось в голове у Скрягина, и он шагнул в кабинет, точно в камеру пыток.

Тельман Исмаилович был небольшого роста. Спинка черного кожаного кресла возвышалась над его желтой лысиной. Одет он был с иголочки – в серый костюм с отливом и белоснежную рубашку. Несколько вычурный галстук был закреплен бриллиантовой заколкой. Стол красного дерева внушительных размеров был пуст, если не считать золотого телефона, который чуть вибрировал перед хозяином. Тельман Исмаилович сидел, точно школьник за партой, положив перед собой обе руки. Запонки на ослепительно-белых манжетах были, как и положено, золотые. Правая кисть была крупной, с частыми черными волосками. Вместо левой на столе покоилась блестящая стальная клешня.

Скрягин почувствовал, что его сердце ушло в пятки и приготовился к самому худшему.

Мамцуров улыбнулся, отчего его черные с проседью усы чуть разъехались в разные стороны. Здоровой рукой он указал гостю в сторону маленького кожаного диванчика:

– Василий, дорогой! Рад тебя видеть! Заходи, садись.

Скрягин с опаской опустился на неудобное сиденье и тоже изобразил улыбку:

– Спасибо, что не забываете, Тельман Исмаилович! Всегда рад вашему приглашению.

 Кожаный диванчик издал утробный звук и засосал гостя, как булькающая трясина.

– Ну, как живешь? Рассказывай! – живо поинтересовался хозяин, повернувшись в сторону увязшего Скрягина.

Василий Петрович попытался принять удобное положение и как-то смешно дернулся вперед:

– Да нормально живу, работаю. Спасибо.

Он изо всех сил старался не косить глазом на стальную клешню.

– А супруга твоя как? – продолжал Мамцуров непринужденную светскую беседу. – Все так же красива?

«Из-за этой чертовой красоты я и увяз в этом болоте!» – со злостью подумал Скрягин. Именно с подачи своей невесты он влез в кабалу к нечистой силе.