Чтение онлайн

Если так трудны для нас наши земные дела, то не тем ли труднее небесная наука – внутренняя ко Господу Иисусу молитва, и в ней таинственное единение с Ним наших душ. Это самое, согласно от святых отцов, называется наукою из наук, искусством из искусств и таинством из таинств. Поэтому всякий, вступивший в подвиг упражнения Иисусовою молитвою, хотя бы и не видел никакого плода, даже бы и в продолжении многих лет, пусть не смущается и не приходит в безнадежие, что суетен труд его. Семя жизни о Христе пребывает внутри его, и, конечно, пока еще только во внешнем человеке, но на верном пути ко внутреннему. И всяко – придут те блаженные времена тишины и отрады, когда Солнце Правды озарит горизонт его жизни невечерними лучами вечного света. И он, ставши на верные стези, свободно взойдет в Небесные чертоги, имея в сердце своем светильники, горящие Божественным огнем.

Никто не будет спорить о том, что Господь Иисус Христос есть Спаситель наш и что мы должны вселить Его в сердце свое еще прежде исшествия из сей жизни в будущую, соединившись с Ним единением таинственным, духовным, внутренним, сердечным. Для сего, по разуму святых отцов, два пути: деятельный и умозрительный; первый состоит в исполнении всех Христовых заповедей, а второй в зрении Бога умом, – где зримый Бог истребляет в нас всю греховную нечистоту.

Как и говорит святой Иоанн Златоустый: «одного умного Боговидения достаточно к тому, чтобы сокрушить всю сопротивную силу». Сей последний путь кратчайший, потому что он прямо и непосредственно поставляет нас пред Лицо Божие, а первый продолжительный, утомительный и не столь удобный. О сем святой Григорий Синаит говорит так: «Бога стяжаваем или деланием и трудом, или художным призыванием имени Иисусова».

Поэтому всякий может благонадежно приступать к занятию Иисусовою молитвою – во смирении, покаянном настроении души, в чувстве виновности пред Богом в грехах своих, никого не оскорбляя и не осуждая, а себя почитая худшим всех, и дело его спасения будет идти спешно, радостно и благонадежно.

Прежде всего, пусть терпеливо пребывает в устном упражнении Иисусовою молитвою, не скучая и не тяготясь, хотя бы только языком и устами мог произносить Божественное имя Спасителя нашего. – Тут нет ни внимания, ни усердия, ни охоты, ни сердца. Не смущайся! Это так по началу, а далее будет лучше, только не бросай, а, пребывая во смирении, трудись и непременно достигнешь блаженного состояния.

Последнее же слово об упражнении всякому Иисусовою молитвою состоит в том: как бы человек не занимался ею, душеполезно, спасительно и невыразимо хорошо, потому что показует его благое произволение, пребывать устремлением своей души в высочайшем деле, которое неотъемлемо дает ему честь, похвалу и уважение. То не служит ему уничижением, что он, по слабости своих сил и по непривычке к делу сему, еще не может достодолжно пребывать в сей Божественной службе.

Приемлется его произволение, а немощь – это наше природное свойство, исцеляемое единственно Господнею благодатию. Поэтому не будем смущаться тем, что не можем молиться чистым умом и горящим сердцем, а как можем.

Будем читать Иисусову молитву, хотя бы и море помыслов нас обуревало и сердце кипело злосмрадными страстьми. Бог дает, все пройдет и исчезнет, изгонится из душ наших прирожденное зло, а вселится Божия святыня, мир и любовь, и узрим свет вечной жизни о Христе Иисусе.

Общий вывод о молитве изо всего, доселе о ней сказанного. Откуда явилась Иисусова молитва и частию ее содержание.

Необходимо нужно знать, что не воссияет молитва в нашем сердце, если не будет в нас глубокого сознания своей греховной растленности и своего падшего состояния, всеконечной неспособности на всякое истинно-доброе и Богу угодное дело, сокрушенного о сем сердца и плача о грехах своих. И вследствии этого, живейшего и неотложного сознания нужды в Божией помощи, без которой, по слову святого апостола, мы даже и помыслить не можем ничего доброго, но довольство наше от Бога (2 Кор.3,5). Молитва наша неотложно должна быть возносима от глубины скорбных чувств и многоболезненного сердца, с целью примирения Бога и умилостивления, а потом и соединения с Ним.

Не нужно желать – а тем более искать каких-нибудь пламенных восторгов, восхищений ума к Богу и духовных радостей сердца: все это и многое другое придет само собой при правильном и смиренном производстве Иисусовой молитвы. В духовной жизни восход на высоту состоит в погружении себя в самоуничижение, смирение и духовную нищету, словом в том, чтобы сознать себя худшим всей твари и при этом соединить свое сердце со Ипостасным Словом Божиим. В этом вся высота духовного преуспеяния, – это первое.

Второе по нем качество, необходимо нужное для приобретения Иисусовой молитвы, есть искренняя любовь к ближним и ко всякой твари, а потом нужно, по силе возможности, исполнять все евангельские заповеди.

Старец Паисий Величковский сообщает, что молитва Иисусова в первый раз на земле сообщена была Приснодевственной Богоматери, когда Она в превышеественной чистоте Своей, несравненно чистейшей солнечных лучей, пребывала во святом святых, возрастая девственно – чистейшею плотию, и развиваясь и укрепляясь духом, готовила Себя в Божие жилище, веселое и красное, – в это время, как бы в предобручение приятилища Божества, предварительно была свыше научена сему Божественному Священнодейству – всегдашнему призыванию имени Спасителя рода человеческого – Творца Своего и Господа.

И это сказание старца вполне согласуется с обстоятельствами дела, потому что прежде, нежели Преблагословенная имела в Приснодевственной утробе Своей плотью зачать от Духа Святого Сына Божия, должна была соединится с ним в духе Своем и быть едино с Сыном Божиим, как истинная Матерь Его, всепречистую плоть Свою Ему взаимодавшая и рождшая Создателя Своего.

Потом, – продолжает старец, – Преблагословенная Владычица научила сей священной и Божественной молитве святых апостолов, а они передали ее всему христианскому миру.

И вот молитва сия, будучи священна и Божественна и по существу своему и по происхождению, являет собою добродетель первенствующую, высочайшую, равной которой нет и не может быть, как имеющая своим содержанием любовь Божию – Самого Бога.

В молитве совмещается исполнение всех добродетелей, являя ее материю их. Вера в Бога составляет ее внутреннюю силу и содержание, в ней имеет свое движение и шествие вперед и живет в молитве, как в сродной себе стихии. Любовь Божия есть само ее существо, ее сущность, природа и внутренняя сила. Надежда имеет в ней свою вечную обитель и неразлична с нею, как от солнца луч. И всякая другая добродетель от нее происходит, как рождение и в ней вмещается, как в лоне.