На хвосте удачи
Шрифт:
– Я не смею входить. Там бог.
Нэтти присел рядом на корточки.
– Ты что, Хосе? Нас и так мало, а там этих индейцев наверняка целая армия! Чего ты испугался? Ну пожалуйста, Хосе, идем с нами!
– Не надо, Нэтти, – сказал Лис. – Хосе, присмотри за ле Пикаром и золотом.
– Но…
– У всех у нас сложные отношения со своим богом.
– Но нас остается всего трое!
Лис сверху в задумчивости поглядел на Нэтти. Он бы предпочел, чтобы в храм пошли только он и Берни. Нэтти, угадав его мысли, предупредил сквозь зубы:
– Даже и не думай!
– Тогда не забывай вовремя перезаряжать пистолет!
Внутри оказалось множество колонн – за ними и впрямь могла спрятаться целая армия. Но появившаяся обычная четверка мертвых воинов действовала напролом, как и в предыдущих мелких храмах, даже поредевший отряд корсаров легко справился с ними.
Правда, в следующем пролете храма обнаружилась еще одна четверка защитников. И в следующем…
Индейцы нападали кучей на одного, почему-то всегда предпочитая Лиса. Корсары выработали свою тактику: прятались за колоннами, пока Нэтти перезаряжал пистолеты, потом приманкой выходил Фокс, а с флангов на индейцев нападали Берни и Нэтти.
…Казалось, защитников было несчетное количество. «Около двух десятков», – педантично указал Берни позже. Но вдруг как-то разом кончились колонны, а с ними – и мертвые индейцы. Корсары вылетели на открытое пространство и остановились, озираясь.
Кажется, они очутились в самом сердце храма. Огни в знакомых чашах освещали нечто, похожее на алтарь – если алтарь можно представить в виде огромной, украшенной резьбой монеты, стоявшей на ребре. С пилястр колонн, огораживающих алтарь, на пришельцев смотрели мрачные каменные лица.
Эндрю вглядывался в темный небольшой предмет, стоявший перед монетой между двумя светильниками. Кажется, это то, за чем они пришли. Оглянулся на соратников. Нэтти выглядел таким измученным, что казалось, не сделает ни шагу, даже если сейчас явится весь сонм разгневанных индейских богов. Берни и не собирался ступать на открытое пространство, благоразумно предоставив это своему капитану.
Фокс направился к алтарю – эхо его быстрых шагов разлетелось по всему храму, возвращаясь многочисленными отголосками. Поднял темно-зеленый череп – какой тяжелый! Ликующий крик был в этом месте как-то… не к месту. Поэтому Фокс просто приподнял череп над плечом, показывая соратникам. Те так же молча закивали и замахали ему руками: хорошо, мол, хорошо, но пора отсюда убираться!
Он сделал шаг – и замер. Казалось, волосы шевельнулись у него на затылке, словно кто-то провел по ним ледяной рукой. За спиной раздался низкий глухой голос:
– Как ты посмел, смертный?
Очень медленно обернувшийся Фокс увидел темную фигуру с черепом вместо головы. На одежде из кожи или ткани были подробно прорисованы кости скелета. Ряженый или нет – но этот… человек? существо? производил сильное впечатление. Да еще странный голос, от которого в теле просто вибрировали все кости…
– Став хозяином Теночтитлана, я поднимаю мертвых для несения службы, заставляю мертвые тела жить новой жизнью.
Фокс очень медленно опустил череп на место. Сделал скользящий шаг в сторону.
– Ты – Миктлантекутли?
– Я выбрал тебя, но видел, как ты расправился со стражами – а в прошлом они великие воины, – и решил дать тебе шанс выжить!
Поверх его костлявого плеча Эндрю увидел, что Берни удерживает вырывающегося Нэтти, надежно запечатав юнге рот ладонью. Да, бог смерти так внимательно следил за самим Фоксом, что даже не замечал его соратников!
– И этот шанс?..
– Надо всего лишь сразиться со мной. Иначе – смерть.
– И тогда ты снова поднимешь меня – мертвого? – Лис все так же медленно – точно во сне или в воде – вынул свою шпагу.
– И ты будешь вечно охранять этот город!
– Невеселая перспектива!
Фокс даже не успел заметить, как в руке его противника-бога оказался меч. Первая же блокировка удара Миктлантекутли отозвалась гулом во всем теле: ничего себе тяжесть! Меч что, каменный?! На мгновение светильники осветили его грани – темно-зеленый цвет, как у черепа… Нефритовый?!
Казалось, что крепкая сталь сейчас сломается, точно соломинка, хотя Лис и отражал удары бога вскользь. Каждый удар нефритового меча Миктлантекутли по шпаге отдавался дрожью во всем теле. Отскочив, Фокс успел выхватить пистолет и выстрелить: бог смерти и не заметил попадания в упор – не то что его поднятые «великие в прошлом воины».
Но Лис умирать не собирался и отражал удары, как только мог, иногда даже успевая контратаковать. Он вертелся на месте, словно уж, но не мог даже взгляда отвести, чтобы убедиться, что у Берни хватило ума удрать из храма вместе с Нэтти.
Силы уже покидали его, когда бог смерти остановился.
– Ты прошел испытание.
Эндрю с трудом удержался, чтобы опустить, а не просто выронить шпагу. В голове и ушах шумело, ноги подкашивались, пот заливал лицо, и глаза застилало пеленой. Всего один взмах нефритового меча сейчас – и Лис готов.
И в мертвецы, и в слуги бога смерти.
Но Миктлантекутли тоже опустил оружие.
– Можешь забрать нефритовый череп. И все сокровища, которые найдешь в этом городе.
Спасибо, мертвый бог!
– С нефритовым черепом Монтесума наконец найдет вечный покой.
Ну да. Если, допустим, дать ему этим черепом по голове…
– Это как же? – еле выговорил Эндрю. Уж до чего всегда был любопытный, а сейчас желал лишь одного – чтобы этот проклятый Миктлантекутли убрался наконец в свой родной Миктлан. Там, поди, все в запустении – хозяин невесть сколько времени отсутствует, Теночтитлан от корсаров охраняет, заняться ему больше нечем…
Но видимо, богу смерти хотелось поболтать на прощание – да и то, с кем тут ему было беседовать, с мертвяками? Поэтому Лис поневоле узнал о незавидной судьбе индейца у озера. Оказалось, что он действительно тотек, вождь Монтесума II. Почти сто пятьдесят лет назад он отвернулся от своих богов и хотел принять христианство от испанцев в обмен на жизнь. Но сделка сорвалась, а Монтесуму прокляли то ли его собственные боги, то ли его собственные подданные. До конца вечности он должен ходить по берегам Тескоко. Разве что этот нефритовый череп ему поможет…