Чтение онлайн

Исписав массу черновиков, они с Арианной остановились на варианте, в котором, как им казалось, Каланик принимает на себя всю полноту ответственности за свои действия. Трэвис был уверен, что сотрудники оценят его позицию по достоинству. В этом письме он впервые принес извинения и признал собственные недостатки. Он понял, что давно должен был признать свои ошибки, и теперь рассчитывал, что письмо поможет ему сохранить работу.

Команда,

За последние семь лет наша компания сильно выросла, но не повзрослела. Всю свою жизнь я был предпринимателем. Большую часть времени я стоял на грани неминуемого краха и банкротства. Я никогда не нацеливался на создание процветающей организации. В основном я просто выживал.

Когда стартовал Uber, я впервые в жизни стал руководителем предприятия, которому ежедневно не грозит крах. Только в последние три с половиной года наш сервис и наша компания росли с беспрецедентной скоростью… Вроде бы можно праздновать, но без системы сдержек и противовесов рост может привести к серьезным ошибкам. Если взглянуть шире, наши ошибки гораздо больше влияют на работу подразделений, на клиентов и сообщества, которые мы обслуживаем. Вот почему методы работы небольшой компании должны меняться, когда она растет. Я преуспел с маленькой фирмой, но потерпел неудачу, когда она стала большой…

Уверен, вы понимаете, что в последние дни я думал в основном о своей семье. Мать всегда учила меня держаться как можно ближе к тем замечательным, талантливым, вдохновленным людям, которые сделали Uber тем, чем какой он сейчас. Она всегда ставила людей на первое место, и мне пора признать ее правоту. Отец твердил, что дела говорят лучше слов и что нужно служить примером. Поэтому я считаю важным чистосердечно признать наличие вызовов, с которыми мы столкнулись в Uber, и тем не менее выразить уверенность, что мы безотлагательно примем меры, чтобы исправить положение.

Надеюсь, вы присоединитесь ко мне в строительстве того Uber, который будет еще лучше261.

Сгорбившись над ноутбуком в коридоре Holiday Inn, Каланик уставился на строчку «иногда важнее доказать не свою правоту, а свое неравнодушие к людям». Он устал, давно не высыпался по-настоящему, но сейчас чувствовал, что письмо получилось основательным. Трэвис собирался отослать его в ближайшие несколько недель, когда после доклада Холдера нужно будет заново вдохнуть в людей веру в его, Каланика, руководство.

В тот момент он не мог знать, что так и не отправит это письмо своим сотрудникам.

Часть пятая

Глава двадцать седьмая. Доклад Холдера

Прошло четыре с половиной месяца с тех пор, как Трэвис нанял Эрика Холдера и его партнеров из Covington & Burling для расследования в Uber. За это время в сознании сотрудников и сторонних наблюдателей предстоящий доклад приобрел какие-то мифические очертания. Кто-то воспринимал его как «Некрономикон», некий оккультный документ, наполненный самыми мрачными тайнами компании. Другие рассматривали доклад как шанс навести порядок в доме, признать ошибки и приступить к их переосмыслению. В любом случае компания планировала во вторник, 13 июня, огласить рекомендации, содержащиеся в докладе Холдера, на общем собрании всех сотрудников.

Все понимали, что снова услышат плохие новости. Вопрос заключался в том, насколько плохие. Руководители отделов решили за оставшееся до великого дня время свести ущерб к минимуму. 6 июня на внутреннем собрании было объявлено об увольнении двадцати человек в связи с фактами, вскрывшимися в ходе расследования262. В эту группу входил и Джош Морер, генеральный менеджер в Нью-Йорке, который шпионил за одним репортером и заигрывал с персоналом. Мореру позволили уйти без шума. Сам он говорил, что уволился, потому что ему предложили стать партнером в Tusk Ventures, фирме, основанной одним политтехнологом, в прошлом сторонником и советником Uber. У остальных имелись такие же удобные альтернативы[95].

Увольнениями дело не ограничилось. Тридцать один сотрудник получил направление на консультации и дополнительное обучение, а еще семеро – письменные предупреждения относительно их поведения.

В воскресенье 11 июня совет директоров Uber собрался в центре Лос-Анджелеса в офисе Covington & Burling для обсуждения приведенных в докладе выводов и рекомендаций фирмы. Каждый из семи членов совета явился в тот день в офис фирмы со своей повесткой дня. Венчурный инвестор Билл Герли хотел, чтобы прекратились скандалы. Дэвид Бондерман, магнат прямых инвестиций, мечтал, чтобы Uber вырвался из-под огня прессы. Им обоим хотелось, чтобы компания пришла к первичному размещению акций и их фирмы смогли собрать миллиарды взамен своих первоначальных инвестиций.

Гарретт Кэмп, человек, придумавший компанию с нуля, уже много лет подвергался проверкам. Отошедший от дел управления основатель был счастлив, что передал бразды правления Каланику. В конце концов, Каланик сделал его очень, очень богатым и собирался сделать еще богаче. Райан Грейвз, первый гендиректор, а ныне почетный глава операционного отдела, демонстрировал преданность Каланику. Грейвз, как и Трэвис, считал, что пресса несправедливо придирается к Каланику. Он не думал, что Каланика следует отстранить, но полагал, что Трэвису будет полезно побыть какое-то время вдали от Uber, как и компании от него.

Ясир аль-Румайан, представитель суверенного фонда Саудовской Аравии, с самого начала занимал сторону Каланика. Саудиты искали пути диверсификации активов королевской семьи, чтобы перестать быть только нефтяной монархией. Именно Каланик принял их в лоно Uber. Аль-Румайану нравился Каланик; саудит считал, что у Трэвиса нет причин покидать компанию. Он лично согласился бы работать под его руководством.

Арианна Хаффингтон, независимый член совета директоров, была далеко не беспристрастна. Даже когда расследование уже шло полным ходом, она публично выражала поддержку Каланику. «Он определенно пользуется моим доверием и доверием совета»263, – говорила Хаффингтон о Каланике на одной из конференций в марте. Остальные члены совета нервничали; верхушке компании становилось ясно, что Хаффингтон в «команде Трэвиса» и подаст голос за то, чтобы оставить его во главе Uber. Эти двое стали ближе за то время, что Арианна состояла в совете Uber. Что важно, она понимала: пока Кэмп, Грэйвз и аль-Румайан остаются союзниками Каланика, у него по-прежнему большинство голосов. На публике Хаффингтон могла изображать независимость, но все в Uber знали, на чьей она стороне.

И наконец, оставался сам Каланик. Он рассчитывал, что доклад Холдера позволит Uber, измотанному вниманием общественности, перевести дух. И, какие бы рекомендации ни содержались в докладе, Трэвис не собирался покидать пост главного исполнительного директора.

Чтобы избежать утечки информации, решили особенно позаботиться о безопасности. Каждый член совета должен был прочесть печатный экземпляр прямо в офисе Covington & Burling, не имея при себе никаких электронных устройств. Цифровой вариант должен был остаться исключительно на жестких дисках в офисе Covington & Burling.