Наблюдатели
Шрифт:
Не потому ли ее родители отдали ее чужим людям? Бери, боже, что нам негоже.
Но откуда им было знать? И откуда взялось это призрачное агентство?
Это было так несправедливо.
Ева встала и зашагала по комнате.
Рюкзак, исполосованный световыми штрихами, смотрел на нее.
Она взяла его и вытащила оттуда бумаги, которыми снабдила ее Кейт.
Ева видела их и раньше. Компьютерные распечатки. Записи от руки. Странички из Интернета. Списки.
На одном документе ей попалось имя Алексис. Оно венчало список, озаглавленный: «Скончавшиеся на сегодня».
Очаровательно, Кейт!
Она пробежала глазами список и остановилась на одном имени.
Брианн Дейвис из Рейсин-Джанкшн.
Брианн.
Печальная, тонкая Брианн.
Одно из имен. Одна из личин, которые я надевала. Как Алексис.
— О боже! — прошептала Ева.
Брианн, судя по списку, умерла три года назад. Через год после Алексис. Ей было четырнадцать.
Ева стала лихорадочно просматривать список в поисках имен.
— Селестайн Померанц.
Непроницаемая Селестайн. Она замыкалась в себе, когда дела принимали скверный оборот.
Умерла два года назад. Тоже четырнадцати лет.
Они тут. Трое из них.
Евины подруги. Давно потерянные подруги.
Все мертвы.
Алексис, Брианн, Селестайн.
По спине у Евы пробежал холодок.
«A». «B». «C».
Четыре года тому назад. Три. Два.
«D».
Даниель.
А что с Даниель?
Если все так, то она должна была умереть в прошлом году.
Ева вновь и вновь перечитывала список.
Даниели нет.
Она жива!
А может, нет.
Она попыталась вызвать в себе ее образ. Как делала это, когда была маленькой. Она пыталась представить ее себе такой, какой она была бы сейчас, в пятнадцать лет.
Но образ не появлялся.
Неужели я утратила способность?
Или Даниель мертва?
Может, так оно и есть, только Кейт и Ева не нашли ее нигде в списках.
«Е».
Ева пыталась не думать об этом.
«Е» следующая.
«Е» — это Ева.
Пять девочек, и все погодки. Пять маленьких смертей, все поочередно.
Абсурд. Это не укладывается в голове.
Но имена.
Алексис ведь реальна. И ты была с ней связана всю жизнь. А как насчет других?
Таня?
«Т». Не подходит.
Как и множество других имен.
Все очень просто. У других то же, что и у тебя. Не только ты и…
Хватит!
Твои сестры.
НЕТ!
Твои четырнадцатилетние сестры. Четырнадцати…
Она попыталась вспомнить, какой сегодня день. Яростно роясь в рюкзаке, она, наконец, нашла календарь.
Когда она открыла его, в комнату ворвался поток солнечного света.
9
Еще девять дней.
Если ей повезет.
— Должен признаться, мне это имя ничего не говорит, и я не знаю, куда ехать, — признался таксист. — Рейсин-Джанкшн довольно большой городишко.
— Брианн было четырнадцать, — пояснила Ева. — И она, как я полагаю, похожа на меня.
— Могу высадить вас у средней школы. Там, по крайней мере, могут что-то сказать.
— Разве сейчас не каникулы?
— Со следующей недели.
Хоть тут повезло!
Ева сняла куртку и устроилась поудобнее. За окном такси проносились серые промышленные здания. Строительные площадки со штабелями кирпича, залитые жарким южным солнцем. Детишки носились на велосипедах по ровненьким, как почтовые марки, лужайкам перед жмущимися друг к другу домиками. Как все не похоже на Колд-Харбор!
Нелегким оказалось утреннее прощание с четой Уэйнрайтов. Она видела это сквозь их стоическую и даже бодрую маску. Она понимала, что они не хотели бы вообще отпускать ее.
Ева сначала отказывалась взять у них деньги. Но они очень настаивали. Предложенной суммы с лихвой хватало на авиабилет и неделю в отеле. «Найди свои корни, — говорили они. — Может, приемные родители Брианн не были такими простаками и знают больше нас».
Перед тем как уехать, Ева обзвонила всех Дейвисов в Рейсин-Джанкшн. Но безрезультатно. Оставалось, правда, еще несколько номеров, не напечатанных в справочнике. Словом, она забронировала комнату в гостинице и заказала билет на самолет местной авиалинии, летящий на юг.
Такси долго кружило по маленьким улочкам и наконец подъехало к кирпичному школьному зданию, возвышающемуся напротив футбольного поля.
— Кажется, мы в самое время, — бросил таксист.
Из дверей вывалились гурьбой мальчишки и девчонки с ранцами за плечами и со счастливыми лицами. Конец занятий.
Ева расплатилась и вышла из машины.
Такси уехало, а она направилась к школьному зданию, стараясь повнимательнее рассмотреть школьников.
Но никто не обращал на нее внимания.