Чтение онлайн

Джейн, казалось, разрывалась на части – с одной стороны, ей следовало торопиться за мужем, с другой, ей было необходимо успокоить дочь.

– Идите за ним, – тихо сказала Пейдж, взяв Джилл за руку. – Девочка же поедет ко мне домой.

Джейн конвульсивно дернула головой.

– Но ведь вы не можете…

– Считайте, что я наняла вашу дочь на работу. Мне нужен человек, на которого я могла бы оставить дом. Джилл мне подходит. – Пейдж проводила Джейн до дверей. – Идите и постарайтесь как-нибудь разрядить ситуацию. Мы поговорим позже.

Джейн ушла, и на ее лице застыло удивление. В наступившей тишине Пейдж рассказала Джилл о Сами.

– Мне кажется, это почти идеальное решение, – заключила она. – Если ты собираешься уйти из школы (а Джилл и в самом деле собиралась сделать это, хотя Пейдж делала все возможное, чтобы ее переубедить), тебе понадобится какое-нибудь занятие. Мне нужен человек, который бы ухаживал за Сами, пока я на работе или когда меня срочно вызывают в больницу ночью. – Если Джилл займет комнату наверху, она может совершенно спокойно поселить Сами в другой. Тот факт, что ее маленький дом все больше и больше наполняется людьми, казался ей второстепенным. – Это очень ответственная работа. За Сами необходимо ухаживать уже прямо сейчас. Как ты думаешь, сможешь справиться?

– А как думаете вы? – осторожно спросила Джилл. Пейдж улыбнулась.

– Без всяких сомнений. – Улыбка сошла с ее губ, но потом появилась снова. – У тебя, случайно, нет аллергии на кошек? – Тут она взглянула на часы. – Все складывается очень удачно. У меня тренерские занятия в Маунт-Корте через час, и я хотела было взять Сами туда, хотя директор, конечно, этого не одобрил бы. Ей стало даже любопытно, будет ли он ее высматривать, или нет. – Зато теперь везти туда девочку не надо. Мы отпустим миссис Басби домой, посадим Сами в коляску, и, пока я буду бегать, ты отправишься с ней на долгую-предолгую прогулку. Это будет полезно для вас обеих. Девочка – просто ангелочек. Впрочем, ты увидишь сама. – Пейдж поднялась, чтобы привести в порядок стол, когда раздался телефонный звонок.

– Тут какой-то парень говорит, что ему нужна Мара, – отрапортовала Джинни. – Он звонит из Нью-Йорка. Из помещения компании Эйр-Индия. Может быть, вы хотите переключить разговор на себя?

Пейдж инстинктивно почувствовала, что разговор будет важным.

– Да, конечно, – сказала она и взяла трубку. – Говорит Пейдж Пфейффер. Я коллега Мары О'Нейл. Чем могу быть вам полезной?

– Да, уж пожалуйста, – произнес голос с английским акцентом. Человек представился и назвался инспектором. – Я пытаюсь связаться с доктором О'Нейл, но номер, который она мне дала, почему-то не отвечает. Я понял, что тот, по-видимому, ее домашний номер, а этот рабочий. Я прошу извинить меня за то, что побеспокоил вас, но для меня чрезвычайно важно переговорить с ней.

– Могу ли я узнать, о чем вы хотите с ней поговорить? Человек на противоположном конце провода откашлялся.

– Возможно, вам покажется мой ответ странным, но мне необходимо перед ней извиниться. Скажите, доктор О'Нейл где-нибудь поблизости?

– Нет, но я бы с радостью передала для нее сообщение.

– О Господи. Мне необходимо переговорить с ней лично.

– Но это будет не так просто устроить. Поэтому я предлагаю свои услуги только из чисто практических соображений.

Человек на другом конце провода замолчал, по-видимому, раздумывая над ее словами.

– Что ж, пожалуй. – Он вдохнул в себя воздух. – Видите ли, доктор О'Нейл звонила нам в прошлый вторник, чтобы узнать, как завершился полет из Калькутты в Бомбей. Наш служащий, который разговаривал с ней, человек у нас новый и не всегда умело оперирует компьютером. Боюсь, что он по ошибке сказал ей, что самолет, на котором должен был находиться ребенок, потерпел аварию.

Пейдж закрыла глаза.

Голос в трубке продолжал свое повествование.

– Действительно, один из наших самолетов в ту ночь и в самом деле разбился, но не тот, на котором летел ребенок и его сопровождающий. К сожалению, мы все были заняты ответами на телефонные звонки людей, у которых на том самолете находились родственники и близкие, и наш служащий понял, что совершил ошибку, только в конце недели, когда он выяснил, что и ребенок, и сопровождающее его лицо благополучно приземлились в Бостоне. Он рассказал мне о случившемся и очень переживал свою ошибку. Мы хотели бы принести извинения доктору О'Нейл за весь тот ужас, который ей пришлось пережить. Компания «Эйр-Индия», как правило, не передает непроверенную информацию. Мы искренне сожалеем о случившемся. Я уверен, что ребенок доктора О'Нейл сейчас находится под ее родительской опекой и все завершилось самым лучшим образом.

Пейдж завела левую руку за спину. Тихим голосом она спросила:

– Вы можете назвать точное время, когда доктор О'Нейл звонила вам?

– Было четыре двадцать пять. Мы получили сведения о катастрофе всего лишь за десять минут до этого, и подробности о случившемся продолжали поступать, поэтому вы можете себе, надеюсь, представить, какой ад кромешный царил у нас…

Что такое ад кромешный по сравнению с полным отчаянием Мары, которая хотела заполучить Сами больше, чем кто-либо на свете. Она так долго искала надежное агентство, столько извела чернил и бумаги, столько всяческих собраний комитета посетила. Те предоставили ей полную информацию. Они согрели ее душу. Она оценила свои финансовые возможности, оплатила все необходимые расходы, купила колыбель, детскую одежду, детское питание. Она смотрела на приезд Сами как на начало нового этапа своей жизни.

– …Мы еще раз приносим наши искренние извинения, – подытожил инспектор авиакомпании «Эйр-Индия».

Пейдж удалось выдавить из себя тихое:

– Благодарю вас. – Ей понадобилось две попытки, чтобы положить трубку на рычаг. Ни о чем другом, кроме ужасной боли, испытанной Марой, она не могла думать.

– Доктор Пфейффер, что-нибудь случилось?

Она подняла глаза и вздрогнула, увидев Джилл Стикли перед собой, но уже через секунду она вернулась к реальности. Она справилась с собой и глубоко вздохнула.

– Тебе, по крайней мере, волноваться не о чем, – мягко сказала она и жестом показала Джилли на дверь.

Пока они ехали на машине домой, Пейдж старалась не думать о телефонном разговоре. Она познакомила Джилл с Сами, которая сразу узнала Пейдж. Она была уверена в этом, хотя, как она ни старалась, она не могла изобразить на лице хотя бы подобие улыбки. Пейдж отправилась сразу же в Маунт-Корт, где девушки под ее руководством пробежали несколько спринтерских дистанций, затем пару кругов вокруг лагеря, совершили трехмильный забег по пересеченной местности, а потом снова несколько спринтерских забегов. Она бежала с ними вместе, стараясь добиться от них максимальной скорости, и, когда они все уже были в изнеможении, произнесла свое сакраментальное:

– Это – ради вашего же блага.

Кого ей совсем не хотелось встретить – так это Ноа Перрини, который лично следил за последними забегами, стоя на крыльце дальнего административного комплекса. Но он стоял, скрестив руки на груди и поблескивая стеклышками очков в заходящем вечернем солнце. Раздраженная таким контролем, она остановилась и, прижав руки к вздымающейся от прерывистого дыхания груди, перешла с бега на ходьбу, поджидая, когда девушки соберутся вокруг нее.

– Все видит как на ладони…