Чтение онлайн

— А что мне еще делать? Я ничем не рискую, терять мне уже давно нечего. А так я могу попытаться сделать хоть что-нибудь.

— Всю душу?.. — задумалась светловолосая волшебница. — И Зверя?

— Да, собрала всё, что было, — подтвердила кахоли. — Окончательно разделить себя не получилось, связи между частями всё равно оставались. Как оказалось, к счастью. По этим каналам можно перераспределять душу в любых пропорциях, в том числе полностью слить в одном месте. Что я и сделала. Но сработало бы это только на территории кахолитета.

— Ты — страшный человек, — задумчиво протянула Эрлада. — Делаешь с собой противоестественные вещи, требующие нездорового воображения, железной воли, стальных нервов и очень изощренного ума.

— Спасибо.

— Только… Ты бы приоделась что ли…

— Во что?! — усмехнулась женщина. — Боюсь, одежда вместе с душой не перемещается. Интересно, откуда взялось тело? Я думала, оно там должно было остаться.

— О. С этим мы сталкивались, — Филара потыкала демона пальцем. — Регенеративная сила Намбату, восстановление материальной оболочки и всё такое. Только там ситуация другая была. Крылышками-и-и… ты меня слышишь?

— Чего тебе? — мрачно отозвался тот, не шевелясь.

— Сделай одежду, пожалуйста, а!!!

— А не жирно ли тебе будет, мамочка?! — похоже, действие валерьянки подходило к концу.

Юноши шли по площади. Помятые и разбитые. Нарядные камзолы исчезли, что лишний раз доказывало, что в данный момент они находились за пределами время-местника. Полученные при падении ушибы и ссадины ныли и раздражали. Левый рукав рубашки кузнеца был порван и заляпан кровью из разбитого локтя. У обоих резко исчезло желание куда бы то ни было торопиться. Шун семенил рядом, виновато поглядывая на сердитых спутников. Мраморная лестница была всё ближе и ближе.

— Они внутри же, да? — поинтересовался кот, когда товарищи остановились у ее основания.

Широкие каменные ступени, тянувшиеся вдоль чуть ли не всего фронтона, уходили наверх к распахнутым дверям.

— Похоже на то, — буркнул иролец, обнимая раненую конечность, и посмотрел на свежепорушенную часть дворца.

— Значит, придется зайти, — Ральдерик помрачнел еще сильнее.

Подъем по лестнице занял какое-то время. От мысли проникнуть с черного хода гендевец отказался практически сразу. Какой смысл таиться и осторожничать, если о твоем присутствии и так всем известно? В последнем герцог практически не сомневался.

Ступени закончились. Дальше были терраса, вход в Лданрис и коридор. В стенных нишах горел свет. Некогда туда ставили подсвечники, но в связи с тем, что большую их часть либо растащили, либо поломали, свечи крепились воском прямо к камням. Они были разной толщины, длины и цвета. Толстые и короткие, длинные и тонюсенькие, совсем новые и практически догоревшие, просто фигурные застывшие лужи с торчавшим из середины обугленным кончиком фитиля. К вопросу освещения здесь отнеслись серьезно. Видимо, одной из обязанностей наблюдателей было воровство свечей всюду, где бывали — вряд ли они стали бы их покупать.

А потом они увидели кахоли. Ральдерик, ожидавший, что тот будет сидеть где-нибудь в тронном зале или другом подобном помещении за неимением первого, скрипнул зубами с досады. До этого момента он еще лелеял слабую, безумную надежду, что девушек можно будет быстро найти, забрать и попытаться покинуть Калливард, ни с кем не встречаясь, и вернуться уже с готовым планом. Он не думал, что человек, знакомства с которым он искренне хотел избежать или отложить на длительный срок, будет сидеть практически у самого входа.

Им оказался мужчина неопределенного возраста и внешности. В нем не было абсолютно ничего примечательного, встретишь такого на улице — пройдешь мимо, не обратив внимания. Он сидел на лестнице, ведшей на следующий этаж, и скучал. В полном одиночестве, если не считать пять или шесть крупных мутных полупрозрачных яйцеподобных штук, приросших к стене на площадке этажом выше. Внутри виднелись темные, едва различимые силуэты, и требовалась огромная сила воли, чтоб на них не смотреть.

Дворянин был разочарован и даже немного задет. Окажись на месте кахоли классический харизматичный злодей с хорошо поставленным дьявольским смехом, горящим безумием взглядом и эффектной внешностью, он бы чувствовал себя лучше. Это было бы логично и ожидаемо, это было бы ПРАВИЛЬНО. А, глядя на этого совершенно обычного, серого, лысоватого субтильного человечка, который просто молчал и скромно сидел, даже не пытаясь зверски хихикать и кичиться своими планами по захвату мира, он начинал злиться, словно его в чем-то жестоко обманули. Высокомерие и самолюбие всегда были неотъемлемыми чертами личности дворянина. Последнее время они всё больше отходили на задний план, а вот теперь заявляли о себе во весь голос. Гендевец практически глох от их воплей: «Ты не можешь проиграть ЕМУ! Кому угодно, но не ЕМУ!». Герцог скрипнул зубами, сдерживая бушевавшее раздражение. Если раньше он еще в чем-то сомневался, боялся, волновался и думал о том, как умереть с наименьшими потерями для себя, семьи и друзей, то теперь всё это грубо отметалось в сторону поднимавшейся волной ярости. Как ЭТОТ посмел потратить наследному герцогу Заренги столько нервов и здоровья?! Кто ОН такой, что из-за него член дома Яэвор должен выбирать между гибелью и необходимостью бежать до конца жизни, не смея остановиться где-нибудь надолго, нищий, оборванный и затравленный?! Кто дал ЕМУ право?!

— Эй, тихо, тихо! — Гудрон заметил, в каком состоянии находился товарищ.

Кахоли, занятый до этого своими мыслями, и не обращавший внимания на происходившее вокруг, вздрогнул и обернулся на голос.

— А нельзя ли что-нибудь другое? — обернулась к демону Филара. — Попроще.

— Вы и так мне должны быть бесконечно благодарны! — проворчал тот. — Сам не понимаю, почему я сегодня такой добрый…

— Это не важно, — седая девушка оглядела внезапно появившееся на ней платье илдратской придворной дамы с кучей рюшей, бантиков, декольте, кринолином и корсетом. — И так сойдет.

— Эй, ты себя нормально чувствуешь? — Эрлада не могла не заметить, что женщину била дрожь.

— Ну, полагаю, это плата за эксперименты над своим телом и душой, — ухмыльнулась та, шагая вперед по коридору и держась за стенку для устойчивости. — Такие вещи не должны проходить даром, хотя… Наверняка это всё скоро пройдет. С моей-то регенерацией…

— Кахолитет начинается тут… А что, тогда…

— Было бы несправедливо, если кто-то ютится в небольшом нагромождении камней, а кому-то достается целый дворец со всеми удобствами, вы не находите?

Действительно, уже через пару минут она была в полном порядке, будто это у кого-то другого стучали зубы при разговоре. Три девушки проходили мимо спален и кабинетов, столовых и гостиных. Сейчас уже было практически невозможно определить, где что располагалось, но по логике они обязаны были тут находиться. Крылышками отказывался снова зажигать свет, поэтому довольствоваться приходилось только светлячком черноволосой волшебницы.

— Куда теперь? — спросила Филара, когда коридор, по которому они шли, раздвоился.