Чтение онлайн

Вот на неизведанных высотах, средь бескрайних просторов Вселенной зародился маленький рыжий огонек, который постепенно вырос в алое пламя, устремившееся неудержимым пожаром из мрачных глубин Космоса к Земле. Быстрый, как метеор, на кровавый берег полыхающим вихрем спустился гигантский волк. Даже самый крупный матерый хищник не пошел бы ни в какое сравнение с этим зверем.

От него веяло неимоверной Силой. Волчья шерсть так и сверкала грозным небесным огнем, только, вот странность, Игорь не чувствовал жара.

Некоторое время Семаргл бродил среди трупов, обнюхивая искалеченные, порубанные в грозной сече тела. Наконец, он выбрал кого-то, достойного чертогов Вышнего. Это был Ратич, что в последней своей битве прикрывал Ингвару спину. Здесь он нашел свою Смерть, но теперь обретал Бессмертие. Игорь видел, как Семаргл слизнул пламенеющим языком запекшуюся кровь с лица молочного брата, и у того мигом срослись лопнувшие вены, затянулись неизлечимые рваные раны на груди.

– Садись ко мне на спину! – сказал волк Ратичу. – Я отнесу тебя в Светлый Ирий.

– Я не поеду один. Возьми со мной Ингвара. Брат храбро бился и достоин встретить новую зарю.

Семаргл наклонил волчью морду к Ингварову лицу, и бездонные глаза бога проникли в самую суть, заметив присутствие Игоря.

И человек увидел в очах Огненного Волка свет далеких вечных звезд, нежность летних зорь, гнев подземных глубин и недоступное разуму смертного Знание.

– Я не могу это сделать. Час твоего брата еще не пробил, да и мне он не принадлежит! Пусть каждому воздастся по его вере.

Ратич не посмел спорить с Волком. Он лишь поцеловал Ингвара в лоб и двинулся вслед за Огнебогом.

Ночь соткала из тишины и пустоты женщину в длинных черных одеяниях. То была Желя – Богиня скорби и печали. Несколько слезинок обожгли щеку.

Игорь потерял чувство времени и реальности всего происходящего. Он будто-бы отвлеченно взирал на эту фантасмагорию со стороны. Между тем на поле брани, на арену, усеянную трупами актеров, ангелом Смерти спустился… Да нет! Поднялся из «ада» Пекельного царства, черный ворон.

Птица сверкнула оком и уставилась на Ингвара, оценивая важность и ценность добычи. Ворон, вестник скорой кончины, неуклюже перешагивая через тела, подбирался все ближе и ближе. Вот, он нацелил огромный острый клюв и совсем уж было приготовился полакомиться человечьим глазом… Если сеча – у посланца Смерти на ужин вечно зеркало души.

Игорь зажмурился. То было его первое осмысленное движение в сторону Жизни.

Бац! Чудовищная кошачья лапа вынырнула из Пространства и прищемила птице хвост. Следом за лапой показалась передняя половина ее обладателя. Хвост и задние лапы хищника находились еще в какой-то иной действительности, которую чаще называют другим измерением. Баюн насмешливо разглядывал трепыхавшееся в когтях создание.

– Гляди, – улыбнулся кот Игорю во весь рот, – сейчас снова про малых детушек вспомнит!

– Не губи меня, могучая Киска! Пожалей моих воронят! Худо им без старика! – взмолился Ворон.

– Сколько раз я тебе говорил, чернец, не называй меня Киской, – вспылил кот.

– Сам такой… Ой! Виноват! О, всесильный! Обознался я сослепу. Владыка, ну зачем же так? – канючил Ворон.

– Ладно, проваливай! После поговорим? Лети себе, и в следующий раз будь внимательней! – фыркнул Баюн и ослабил хватку.

Птица не замедлила воспользоваться любезностью кота и взмыла в воздух, растворившись во тьме.

На этом, однако, злоключения Игоря не кончились. Не успел посланец Велеса куда-то бесшумно исчезнуть, как внезапно среди поля брани возникла колесница, влекомая двумя голубыми кошками, величиной с хорошую пантеру. Ими правила женщина удивительной красоты и непередаваемой словами той таинственной внутренней силы, которую по праву можно было бы назвать божественной. Две валькирии склонились пред ней в почтительном поклоне, в котором не было и тени услужливости.

Асиня повелительно указала на колесницу двум-трем мертвым, если это слово вообще применимо, девушкам в иссеченных кольчугах. Словенки, среди которых парень узнал Власту и Гориславу – подруг Влады, безропотно подчинились.

– Я забираю и этого, – обратилась Богиня к помогавшим ей валькириям, указывая на Ингвара, – Он мне нравится. И в нем больше от крови ванов, чем асов.

– Великая Фрейя [54] , этот человек еще жив.

– Он достаточно хорош, чтобы служить мне в Фолькванге. И если Харбард не взял воина в Вальхаллу – его душа принадлежит Фрейе по праву. Юноша утешит меня, как некогда Одд. Что с того, если мальчик жив – он все равно умрет. Я так желаю, я так хочу! – и она взошла на повозку, где странным образом уместились выбранные ею павшие.

– Мало ли что ты хочешь? – дерзко выступил из пустоты Баюн. – Уж нельзя и отлучиться?! Ищи себе другую забаву – парень мой!

Фрейя окинула взглядом громадный кошачий силуэт и, вдруг, в бессильной женской ярости вскинула по направлению к коту точеные персты. Валькирии схватились за оружие.

– Колдуй – не колдуй, а надо мной у тебя власти нет! Ты еще пешком под лавку в нашей горнице ходила, когда я освежевал Апопа [55] .

Только тут Игорь понял, что котище все это время жмурился, поскольку Баюн наконец открыл глаза, и тьма заметно рассеялась. Нимб мощи, окружавший Богиню при свете колдовских кошачьих очей и вовсе померк, так выглядит настольная лампа рядом с прожектором.

– Долг платежом красен, как говорят ваны. Теперь, моя очередь. А тебе, ведьма, легкая встряска не повредит? Ну-ка, котята, несите эту бабу куда-подальше! – заложив два когтя в пасть, Баюн оглушительно свистнул, запряженные в колесницу звери рванули в галоп, потом в карьер.

– Вы тоже, брысь отсюда, маленькие негодники! – зашипел он на крошечных крылатых созданий, чей лучезарный сонм кружился рядом. Те в испуге скрылись, улетели искать более добропорядочную жертву.

– Старуха с косой просто слепа, или, может, вредина, если из-за нее такие сложности у небожителей, – мелькнула у Игоря шальная мысль.