Чтение онлайн

Полина замолчала. Она давно поняла, что родила чудовище. Но если в молодости ее дочь очень способно маскировалась, то сейчас все это превратилось в какой–то буйный кошмар — Зина даже притворяться не пытается, пожалеть мать, скрыть в себе эту гадость, которая вылезает из–за угла и расцветает во всей красе.

— Что ты теперь будешь делать? — спросила Полина, — ведь он тебя выгнал.

— Сойдусь с Сергеем, раз у него деньги водятся, — без тени сомнения выпалила Зина, — а то мы без денег скоро совсем останемся, а они у него есть, и он не прочь со мной пообщаться, видать по–прежнему один одинешенек.

— Зина, — ответила Полина, — ты хочешь снова его использовать, чтобы он опять скатился туда, откуда судя по всему выполз благодаря своей силе воли?

— Один раз выполз, значит и второй выползет, — ответила Зина, — меня он всегда раздражал. Единственная польза от него была, когда он за меня замуж вышел, когда я Надькой забеременела.

— А теперь твоя Надя встала точь–в–точь на ту же траекторию, с которой ты начала свое восхождение. Хотя, я боюсь, — перевела дух Полина, — что твои подвиги она переплюнет.

— Мне совершенно наплевать на то, куда это убожество улетит, — сказала Зина.

— Между тем она твоя дочь, — напомнила Полина, — и ты должна ее любить.

— Ты прекрасно знаешь, мама, — вскочила Зина, — если бы я родила ее от того, кто сам желал этого ребенка, и кого я любила и люблю всю свою жизнь, даже после его смерти, я бы боготворила это дитя. Но я родила его не от того человека! Она не плод любви, а скорее плод случайности, досадного упущения. У этого гада просто не было денег на кондомы, он их видите ли просадил, спортивное оснащение покупал. Гадость он, вот кто.

— Ты мне так никогда и не говорила, кто ее настоящий отец, — напомнила Полина.

— И не стоит тебе этого знать, — заявила Зина, — все равно от того знаешь ты или нет — легче не станет.

Зина вернулась к себе в комнату, а Полина решила заварить чаю и успокоиться. Не совсем понимала она того, что происходит. И не могла остановить ситуацию, поправить ее. Не умела. Не знала. Хотела бы — но не могла. Какой резон? И дочь и внучка — обе идут прямой дорогой к саморазрушению. И Полина не в силах хотя бы замедлить этот процесс или вывести своих девочек из под удара.

Андрей сидел в кресле на новой квартире вместе со Сворти и смотрел альбом архитектурных достижений Озерска. Кошка нежно растянулась на его коленях и зычно урчала. Потом это ей надоело, она свернулась калачиком, спрятав нос под лапой, задремала.

Андрей взял в руки мобильный телефон, быстро нашел в своем телефонном справочнике номер Антона и собрался было написать ему. Но тут же остановился — а если сейчас его мать рядом, если он навредит Антону своим смс. Нет. Он лучше подождет. Тимофей обещал предупредить Антона, передаст ему адрес и они увидятся. А если Андрей поторопится, то может все испортить. Он очень тяжело переживал то, что Антон сейчас мучился, метался между любовью к родной матери, и тому чувству, которое он испытывал.

Андрей закрыл глаза. Стены вокруг него рухнули, потолок сложился и исчез. Остался только пол. Он парил в воздухе над городом и звезды, только что появившиеся на небосводе освещали ему дорогу. Андрей снял кошку с ног и пошел по следу, который отбрасывала самая яркая звезда. Идти по звездной тени было очень приятно. В какой–то момент Андрей сбросил с себя тапки и пошел дальше в носках, так как мягкая и приятная на ощупь тень согревала его. Он шел прямо к этой звезде, к которой его влекло. Голос сердца подсказывал — что именно она является главным приоритетом на пути — а значит надо пройти весь этот путь.

Вокруг Андрея летали невесомые частицы всех цветов радуги и благоухали подобно самым нежным цветам. В этом радостном объятии реальности и сна он бы пребывал значительно дольше. Но вдруг послышался знакомый рингтон — звонил телефон.

Андрей очнулся от этого короткого, но очень приятного сна. Кошка по прежнему спала на его коленях. Андрей взял в руку телефон — звонил Тимофей:

— Да, я слушаю, — сказал Андрей.

— Привет, — услышал он, — как обживаешься?

— Отдыхаю в легкой меланхолии, — ответил Андрей.

— Тоже неплохо, — сказал Тимофей, — в общем я звоню сообщить что мы в больнице. Клара у травматолога, так как твой любимый и единственный треснул ее дверью по ноге. А я сейчас в реанимации. Только что говорил с врачом.

— И что он сказал?

— Он думает, что в течение месяца–полутора они должны пойти на поправку и не сомневается что из комы они выйдут.

— Это замечательно, — сказал Андрей, — и я хочу тебя спросить.

— Андрюш, адрес я ему передал и он скорее всего на пути к тебе, — сказал Тимофей, — но очень прошу вас — будьте осторожны. Со своей стороны я постараюсь контролировать Клару.

— Спасибо, Тим, — сказал Андрей и закончил разговор. О да, пронеслось по нему приятное предвкушение встречи — его Солнышко едет к нему. Он так его ждет!

Тимофей подошел к Рите:

— Поговорили? — спросила она.

— Да, — ответил Тимофей, — он достаточно спокоен, но узнав, что Антон к нему едет очень неплохо воспрял духом.

— И то хорошо, я смотрю на них и все думаю, что они просто должны быть счастливы. Они же так смотрят друг на друга.

— Ты уже говорила. Когда я это слышу, то начинаю немного ревновать, — ответил Тимофей, — пойдем искать Клару и вывозить ее отсюда.

Рита согласилась и они спустились в травматологию, где встретили Клару. На ее пострадавшую ногу наложили тугую повязку и выделили трость. Врач сказал, что значительных повреждений не видит и считает, что пациентке надо срочно ехать домой и пить чай с ромашкой, чтобы успокоиться. В противном случае она рискует быть выброшена из травматологии через окно, так как своей нервозностью успела достать в отделении всех.

Тимофей и Рита одолжили в отделении коляску, на которой вывезли Клару на автостоянку, посадили в машину и отвезли домой. Возле калитки их поджидала Надя, которая никак не ожидала, что ее никто не впустит в дом и ей придется ждать под дверью сорок минут. Клара долго перед ней извинялась: