Чтение онлайн

Экономическая сила, политическое влияние, международные связи и вековые реакционные традиции — совокупность многих факторов дает основание для вывода, что семейный клан Фуггеров относится к ультрареакционному крылу аристократической ветви монополистической буржуазии ФРГ, связанной узами союза со Штраусом, Абсом, Шпрингером и явными неофашистами.

Последнее слово принадлежит бывшему федеральному канцлеру Конраду Аденауэру: победа «свободного экономического строя» после второй мировой войны не могла быть завоевана в Федеративной Республике без таких людей, как князь Фуггер [195] . Если отбросить шелуху красноречия, то смысл этих слов состоит в том, что в возрождении западногерманского империализма у Фуггеров большие заслуги.

Баварией — самой крупной землей Федеративной Республики — правит триумвират: финансовый капитал, аристократия и ХСС. И Фуггеры не исключение, а типичный пример; в одном ряду с ними находятся многочисленные баварские бароны, графы, князья, принцы, которые играют важную роль не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности и банковском деле. Будь то графы Фаберы—Кастеллы, в руках которых сосредоточена часть мирового производства карандашей и канцелярских товаров, или князья Лёвенштайн—Вертгеймы, владеющие 12 тыс. га земли и долевыми паями множества крупных строительных фирм, или графы Тёрринг—Еттенбахи, которые наряду с богатыми сельскохозяйственными угодьями, большими пивоваренными заводами имеют предприятие, выпускающее магнитофоны, — все они в силу своих экономических позиций занимают важное место в обществе и политике.

Вот частный банкир барон фон Финк, который столь много сделал и пожертвовал для нацистов, что Гитлер назначил его членом Генерального совета по экономике и членом руководства Академии немецкого права, разрешив ему «аризировать», то есть разграбить важнейший берлинский банк Дрейфуса, а после оккупации Австрии — имевший международное значение банк барона Ротшильда. Другие после второй мировой войны были наказаны за менее значительные преступления — фон Финк остался безнаказанным. Будучи управляющим банкирским домом «Мерк, Финк и компания» в Мюнхене, председателем наблюдательного совета крупных страховых компаний и строительных предприятий, Финк также играет решающую роль в производстве высококачественной стали на предприятиях Рура и Рейна. Являясь крупным помещиком, он хозяйничает на 4 тыс. га земли; его состояние оценивается примерно в 5 млрд. марок.

Вот господа фон Сименсы, которые после второй мировой войны перевели управление своим концерном в Мюнхен и, достигнув общего оборота капитала на сумму 15 млрд. марок, выдвинулись на девятое место в списке крупнейших капиталистических предприятий мира.

Вот управляемая из Мюнхена военно–промышленная империя семейства Флика.

А вот и «Мессершмит—Бёльков—Блом» — расположенный в Мюнхене концерн, выпускающий самолеты и космическую технику, опаснейшая кузница оружия Федеративной Республики. Главный акционер и председатель наблюдательного совета Вилли Мессершмит женат на баронессе фон Михель—Раулино из широко разветвленного рода фон Маффейев, перечисление земельных владений которых, а также промышленных предприятий и банков, совладельцем которых он является, заполнило бы целые страницы. В наблюдательный совет концерна Мессершмита входит также Ханс Хайнрих фон Србик, заведующий «аризированным» при Гитлере банкирским домом «Ауфхойзер» в Мюнхене. Руководство концерном дополняют три генерала бундесвера, разумеется — военно–воздушных сил.

Вот всемирно известные «Байрише моторенверке», входящие в концерн Квандта, но располагающие все же основным капиталом более четверти миллиарда. Во главе их наблюдательного совета стоят господа фон Кюнхайм и фон Хинкельдей, а за экспорт продукции отвечает граф фон Монжело, который также имеет кресло и право голоса в экономическом совете ХСС.

К числу пользующихся политическим влиянием бездельников–аристократов Баварии относятся князья фон Турн унд Таксисы, владельцы дюжины замков, фамильного банка, 35 тыс. га земли в ФРГ и втрое больших угодий в Бразилии, Канаде (пров. Британская Колумбия), а также множества предприятий легкой промышленности. Наследного принца называют «крупнейшим владельцем лесов и лугов Германии» [196] .

Наряду с другими богатыми аристократами следует назвать лесопромышленников и владельцев бумажных фабрик князей фон Вальдбург-Вольфег-Цейль с их 17 тыс. га угодий, промышленными и торговыми предприятиями. Князья Вальдбурги гордятся одним из своих предков, который был просто негодяем, но оставил своим потомкам огромное состояние. Речь идет о трухзесе фон Вальдбурге, главнокомандующем вооруженными силами Швабского союза, потопившем в крови великое восстание немецких крестьян 1525 г. [197] . И вот мы снова вернулись к Фуггерам: ведь это они оплачивали наемников, их предводителя, стяжавшего богатство уничтожением отрядов крестьян. Он присвоил собственность многих тысяч крестьян, которые до этого по его приказу были обезглавлены или ослеплены. Одновременно он обогащался за счет денежных штрафов, которыми облагал деревни и города.

Таково оставленное грабителем–предком политическое и экономическое наследие, ставшее источником влияния нынешнего князя Георга фон Вальдбурга — владельца газетного концерна на юге ФРГ, женатого на принцессе из дома бывшего короля Баварии, шурина чешского — в прошлом — князя Николая фон Лобковича, который в свою очередь, будучи ректором Мюнхенского университета, возглавляет борьбу реакционных сил в высших учебных заведениях ФРГ против студентов, придерживающихся левых и либеральных взглядов. А прожженный политик ХСС Вальдбург в своих газетах (ему принадлежат крупнейшие провинциальные газеты Альгау, Бадена и Вюртемберга) прославляет Лобковича, так же как прославлял Франко, с которым он поддерживал личные связи. Его богатство позволяет ему финансировать правые консервативные и монархические группировки вроде находящейся в Мадриде «Западноевропейской академии» и другие центры реакционных группировок в странах Западной Европы.

Все перечисленные выше лица и многие другие — это сплав аристократии, экономики и политики ХСС. С середины пятидесятых годов они превратили Баварию в область, где приоритет отдан развитию современных отраслей промышленности, одновременно имеющих важное значение производственной базы вооружения и придающих Баварии особый экономический и политический вес в ФРГ.

Это было в 1935 г. Крикливая фашистская пропаганда, этот пролог готовившихся погромов, достигла предела, оглушив большую часть населения Германии. Прежде чем лишать евреев жизни, их лишили основы существования. Дело шло о том, чтобы путем чудовищного обмана отвлечь внимание от обогащения богатых и приступить к широкому вооружению нацистского рейха, готовившегося ко второй мировой войне. Была спущена с цепи вся свора журналистов

режима, от псевдоученых и эсэсовцев — редакторов газет «Schwarzer Korps» и «Reich» до подонков, подвизавшихся в берлинской «Angriff», в бульварном листке «St"urmer» нюрнбергского гаулейтера Штрейхера. На читателей ежедневно и повсеместно обрушивались потоки статей, в которых при помощи выдуманных фактов неопровержимо доказывалось то, что было приказано доказать: что евреи всегда были бедствием для немцев, что они ввели в обиход в немецких землях ростовщичество, что они повинны в появлении коммунизма, — и много другого подобного зловещего вздора. Впрочем, эта ложь взросла не на собственной навозной куче нацистов, а была списана у лжеученых типа Зомбарта, отчего все это дело не стало, однако, более правдоподобным.

Фашистская принудительная организация «Немецкий рабочий фронт», созданная гитлеровским правительством после разгрома Всеобщего германского объединения профсоюзов, под заголовком «Труд и мировоззрение» опубликовала так называемое теоретическое приложение к своим отраслевым печатным органам. В нем давалось следующее объяснение возникновения капитализма (против которого НРФ время от времени выступал с формальными протестами, чтобы тем активнее поддерживать капитализм на практике) :

«Капитализму предшествовал общественный строй, который называют феодально–цеховым. Господствующей идеей того времени для любой экономической деятельности была та, что никто не должен зарабатывать больше того, чем требовалось для жизни. Налицо было стремление никоим образом не допустить, чтобы в руках отдельных лиц накапливались крупные состояния. Чрезвычайно важным средством для этого был общий запрет давать деньги взаймы под проценты. Каждому истинному христианину под угрозой спасению его души запрещалось взыскивать проценты. Тот факт, что в течение всей эпохи средневековья деньги под проценты ссужали только евреи, был одной из причин накопления крупных богатств в их руках… Ссуда денег с ее различными методами и формами, несомненно, является предпосылкой и важнейшим строительным материалом капиталистической системы» [198] . Это было «теоретическим» обоснованием для последующего уничтожения миллионов евреев.