Чтение онлайн

Он подъехал к зданию муниципалитета в тот момент, когда стрелка таймера под мостом приближалась к отметке 5, и припарковался прямо позади желтого фургона. Телевизионного, на первый взгляд.

Норрис выскочил из машины и под проливным дождем бросился в Контору шерифа искать Алана.

10

Полли, размахнувшись, ударила резиновым концом вантуза и на этот раз не промахнулась. Руки ее взорвались болью, когда огромный паук, оказавшись в ловушке, обхватил чашку вантуза волосатыми лапами и с силой потянул на себя. Полли, не выпуская деревянной ручки, отшатнулась, едва удержавшись на ногах, и с ужасом увидела, как чудовище ползет по ручке вантуза, словно толстяк по канату.

Полли глубоко вдохнула, чтобы закричать, и в это время лапы паука легли ей на плечи, словно похотливые руки наемного танцора. Рубиновый взгляд неподвижных глаз смотрел ей в лицо. Клыкастый рот открывался и закрывался, выпуская облако зловонного дыхания - смесь переваренного мяса с пряностями.

Одна из волосатых лап монстра скользнула в открытый для крика рот Полли. Грубые жесткие волосы щекотали десны, язык, небо. Паук стонал от нетерпеливого вожделения.

Первым инстинктивным побуждением было выплюнуть мерзкое насекомое, но Полли отказалась от этой мысли. Вместо этого она схватила паука за ногу, забравшуюся ей в рот, и крепко сомкнула челюсти. Что-то хрустнуло, как будто рот у нее был полон орехов, и Полли ощутила горький привкус холодной жидкости, похожей на древневосточный чай. Паук взвыл от боли и попытался выдернуть ногу. Жесткие волосы царапали сжатую ладонь Полли, но она, невзирая на боль, стиснула кулак еще крепче, чтобы не отпустить тварь... и принялась выкручивать мерзкую лапу, как хозяйка выкручивает ножки запеченной индейки, разделывая ее, перед тем как подать на стол. Послышался резкий скрип, и паук снова издал болезненный вопль.

Он пытался освободиться. Выплюнув темную горькую жидкость, заполнившую рот, и понимая, что она еще долго не сможет избавиться от отвратительного привкуса, Полли не выпускала паука. Какая-то часть ее существа не переставала удивляться силе собственного тела, но другая часть прекрасно понимала, откуда такая сила черпается. Она была потрясена, исполнена страха... но более всего другого Полли была разъярена.

"Меня использовали, - думала она. Мысли несвязно и нестройно плясали в голове.
– Я продала жизнь Алана вот за это! За это чудовище!".

Паук пытался дотянуться до ее лица клыками, но задние ноги обхватывавшие деревянную ручку вантуза, ослабевшие от борьбы, соскользнули, и он упал бы... упал бы, если бы Полли ему позволила.

Но она не позволила. Обхватила горячее толстое тело насекомого обеими руками от запястья до локтей и сжала изо всех сил. А затем подняла. Теперь волосатые ноги суетливо болтались у нее над головой, над поднятым кверху лицом. Черная кровь закапала и потекла по рукам Полли горячими обжигающими ручейками.

– Все!
– Кричала Полли.
– ВСЕ! ВСЕ! ВСЕ!

Она отшвырнула чудовище. Он ударился о кафельную стену за ванной и расплющился о нее, выпустив струю гноя. Повисев немного на стене, приклеенный собственными внутренностями, стал постепенно сползать и наконец влажно и тяжело шлепнулся на дно ванны.

Полли снова схватила вантуз и бросилась на паука. Она колотила его, как колотит щеткой мышь хозяйка дома. Но это не помогало. Паук только вздрагивал и продолжал ползти, скребя ногами по резиновому душевому коврику, цепляясь за желтый выпуклый орнамент. Тогда Полли перевернула вантуз, замахнулась, резко выбросила руку вперед, ткнув паука концом деревянной ручки, словно пикой.

Она попала в цель, в самую середину полураздавленного, развороченного, истекающего кровью и смрадным гноем чудовища. Внутренности мерзкого существа с громким чмоканьем брызнули в разные стороны... Остались только волосатые ноги, которые, дернувшись еще несколько раз, свернулись обняв деревянную ручку вантуза, пронзившую его сердце... Все стихло.

Полли отступила на шаг, закрыла глаза и почувствовала, как кружится голова. Она готова была упасть в обморок, когда имя Алана вспыхнуло в мозгу, словно римская свеча. Сжав кулаки, она соединила их перед грудью - суставы к суставам. Боль отозвалась незамедлительно резкая, неожиданная. Сознание вернулось, окатив Полли холодным потом.

Она открыла глаза, шагнула к ванне и заглянула внутрь. Поначалу ей показалось, что там ничего нет. Но тут же позади резиновой чашки вантуза она увидела паука. Он был теперь не более ногтя на ее мизинце и окончательно и бесповоротно мертв.

Всего остального не было, все остальное случилось только в твоем воображении.

– Неплохая получилась потасовка, - дрожащим голосом прошептала Полли.

Но паук - не главное. Главное - Алан. Алан в опасности, и она тому причиной. Она должна его отыскать и как можно скорее, пока не поздно. Если еще не поздно.

Она пойдет в Управление шерифа. Кто-нибудь там наверняка знает где...

"Нет, - заговорил кто-то внутри Полли голосом тете Эвви.
– Не ходи туда. Если пойдешь, будет действительно поздно. Ты, знаешь куда идти. Ты знаешь где он".

Да.

Да, конечно она знает.

Полли бросилась к выходу, и лишь одна мысль трепыхалась у нее в голове, словно мотылек над горящей свечой: "Прошу тебя, Господи, не позволяй ему ничего покупать. Господи, ты все можешь, не позволяй ему ничего там покупать".

Глава двадцать третья

1

Таймер под мостом через Касл Стрит, с незапамятных времен известный жителям Касл Рок как Тин Бридж, остановился на отметке "О" в 19.38 вечера во вторник 15 октября 1991 года от Рождества Христова. Тонкая струйка электричества облизывала оголенные провода, обмотанные Тузом вокруг клемм девятивольтовой батареи, которая и была сердцем всего устройства. Зазвенел звонок таймера, но тут же потонул в грохоте и ослепительной вспышке света, когда электрический язычок лизнул запал, а тот в свою очередь набросился на динамитную шашку.

Мало кто в Касл Рок перепутал взрыв с очередным раскатом грома. Гром небесный казался лишь погремушкой по сравнению с мощным артиллерийским залпом взрыва. Южный конец моста, построенного не из стали, а из старого ржавого железа, подпрыгнул с берега в воздух не менее чем на десять футов, изобразив собой плавно изогнутую тетиву, и плюхнулся обратно в груду развороченного бетона и железа. Скверная оконечность моста тоже освободилась, выпихнутая взрывом на поверхность, и вся конструкция рухнула в Касл Стрит, вызвав своим падением резкий подъем уровня воды. Южный конец моста придавил погибший раньше от удара молнии старинный вяз.