Непокорный друид
Шрифт:
– Ты знаешь, что попала к друиду?
– Он владеет своим ремеслом так же хорошо, как я играю на арфе.
– Ты играешь на арфе?!
– Нет, не играю.
– Ясно.
– Мой отец знает о лесе и о растениях куда больше этого вашего друида. По-моему, ему должно быть стыдно. Кажется, он использует свой громкий титул лишь для того, чтобы заманивать хорошеньких девушек в постель.
– Какой титул? – снова насторожился Джим.
– Друида, конечно, какое же еще!
– Да-да, конечно… Но неужели прозвание «друид» способно кого-то куда-то заманить?
– Честно говоря, я вообще не понимаю, как ему удается кого-то завлечь. Как по мне, то он просто… хм… неинтересен.
– О, это не так, – горько усмехнулся Джим. – Уверяю тебя, более интересного человека трудно себе представить.
Элен посмотрела на него испытующе.
– Ты смеешься надо мной?
– Вовсе нет, – серьезно ответил Джим, но тут же прикусил язык. В его планы не входило отдавать Элен Сильвестру на съедение. – Я имел в виду, что он очень непоследователен, никогда не знаешь, чего от него ожидать.
– Тогда он – не интересный, – твердо сказала Элен.
– А какой?
– Чокнутый!
Ну, наконец-то! Хоть кто-то еще согласен с ним! Нет, Элен не просто согласна с ним, она думает точь-в-точь так же, как он! Райли почувствовал, как в нем начинает разрастаться что-то горячее. Это был прилив благодарности. Преклонение перед умом и проницательностью. А еще перед твердостью характера. Эта женщина выделяется в ряду других. Несомненно, природа неделила ее всеми достоинствами, создав новый, совершенный вид существа прекрасного пола!
«Ну, это меня уже заносит, – вернулся к реальности Джим. – У меня слишком долго не было женщины».
– Я вдруг подумала… зачем друиду оруженосец?
– Ну… – замялся Джим. – По правде говоря, он не всегда жил в лесу. Раньше он был благородным рыцарем.
– Вот благородства я в нем как раз и не заметила, – фыркнула Элен.
Слова спутницы пришлись Джиму по душе. И все же он очень не любит, когда девушки фыркают.
Оставшуюся часть пути они прошли, не сказав друг другу ни слова. Каждый думал о своем. Лес кончился. Райли вот-вот ждал, что Элен его «отпустит». Но даже в родной и знакомой деревне она не сочла нужным распрощаться. Словно стараясь как можно добросовестей соблюсти взаимную договоренность, она так же уверенно вела его к своему дому, как до этого Джим вел ее по лесу.
– Уже близко, – прервала она молчание.
– Это твой дом? – удивился Джим.
– Да, а что?
– Уютный… наверное…
По правде говоря, Райли считал, что дом владельца лесопилки должен быть куда больше. Его же взгдяду предстал маленький домик от силы на пару комнат. Пару очень крошечных комнат.
– Нам пришлось продать большой дом, чтобы расплатиться с частью долгов, – опустила глаза Элен. – Только не думай, что я жалуюсь. Я просто отвечаю на твой вопрос.
– Но я ничего не спрашивал!
– Рот молчал, глаза сказали. Что, по-твоему, маленькой семье нельзя прожить в маленьком доме?
– Ну…
– Нас всего двое. Комнат тоже две. Нам хватает.
– А твоя мать?
– Давно умерла.
– Ясно. Я…
Джим не договорил, потому что дверь дома отворилась и на улицу вышел богато одетый человек. Высокий и тощий старик, он едва нес на себе все то золото, которое имел неосторожность нацепить. Презирающий, казалось, все вокруг себя, он даже не взглянул на стоящую в двух шагах от него пару. Зато Элен долго смотрела ему вслед.
– Кто это, интересно?..
Дверь снова открылась, и к ним выбежал невысокий пожилой человек с приятным лицом. Он широко улыбался и весь сиял.
– Элен! Вот так счастье! Мы спасены, милая!
Он заключил дочь в объятья, а она ласково чмокнула его в щеку. Была в этом какая-то такая нежность, что Джим тут же почувствовал себя лишним. Он уже собирался уйти, когда отец Элен вдруг заметил его.
– Радость моя, а кто этот славный малый? Представь же нас!
Джим густо покраснел, а Элен заговорила быстро и весело.
– Это Джим Райли. Я повстречала его в лесу. Он – очень честный и благородный человек.
– Что ты делала в лесу? – не удержался от вопроса отец.
– Хотела найти старое дерево, но…
– Но вместо этого заблудилась, – нашелся Джим.
– Да, заблудилась, – подхватила Элен, она тоже не видела необходимости рассказывать все. – А господин Райли счел возможным помочь мне, проводив до дома. Джим, это – мой отец…
– Майкл Холборн! – перебил ее отец. – Мне очень, очень приятно!
Пожимая руку новому знакомому дочери, он вдруг заметил ее укоризненный взгляд.
– О, прости моя милая! Ты так не любишь, когда тебя перебивают. Но я не в силах унять себя, такое радостное произошло событие. Мы богаты!
– Что?! Богаты? Но как…
– Прошу меня простить, – вставил Джим. – Я должен идти. У меня друг болен. Был рад встрече.
– Как, уже? – расстроился Майкл.
Джим кивнул. Ему было любопытно, но он не считал себя в праве слушать о семейных делах без особого позволения, а отец Элен, казалось, был так воодушевлен, что собирался выболтать все и сразу. Но тут заговорила сама девушка. И то, что она сказала, очень удивило Райли.
– Отец, Джим в самом деле очень честный и достойный человек. Он помог мне, когда я оказалась в затруднительном положении. Думаю, мы должны пригласить его на ужин.
– Да-да, конечно! – горячо согласился Майкл. – Я думал, это само собой разумеется.
– Джим?
– Но Сильвестр…
– Твой друг не так болен, как может показаться. И потом, ты ведь помнишь, что он занят? Не станешь же ты спешить к «больному», а потом бродить вокруг дома или стоять под дверью, пока он занимается двойным «оздоровлением»!